Воспитание в первобытном обществе

ЗАРОЖДЕНИЕ ВОСПИТАНИЯ В ПЕРВОБЫТНОМ ОБЩЕСТВЕ

Тысячелетия отделяют нас от того времени, когда на Земле появился человек современного типа. К этому периоду (40-35 тысяч лет назад) относится и зарождение воспитания как особого вида человеческой деятельности.

Восстановление картины воспитания в первобытном обществе осложняется отсутствием серьезных источников, письменных свидетельств.

Современная мировая наука предлагает несколько концепций происхождения воспитания. К числу традиционных относятся эволюционно-биологическая теория и психологическая теория. Представители эволюционно-биологической теории связывали воспитательную деятельность людей первобытного общества с инстинктивной заботой о потомстве, присущей высшим животным. Сторонники психологической теории объясняли происхождение воспитания проявлением у детей бессознательного инстинкта к подражанию взрослым. Сходно в обеих теориях утверждение, что первобытное воспитание возникло как постепенное приспособление детей к существовавшему порядку вещей. Как писал в этой связи П. Монро, «мир первобытного человека сосредоточен в настоящем. У него почти нет сознания прошлого и будущего. Его воспитание есть лишь приспособление к среде».

Многие современные исследователи, соглашаясь с необходимостью учитывать при рассмотрении вопроса о происхождении воспитания преемственность между формами рассудочной деятельности у некоторых высших животных и у человека, делают акцент на качественных социальных характеристиках, которые отличали человеческое воспитание при его зарождении в виде особого вида деятельности.

Жизнь и воспитание первобытного человека выглядели весьма примитивно. Смысл существования предков человека был предопределен его миросозерцанием. Окружающий мир воспринимался как нечто живое, наделенное сознанием. Стихийно возникшие цели воспитания заключались в подготовке к простейшему существованию и осознанию мира как анимистического феномена. Зачатки педагогической мысли развивались только на уровне обыденного сознания. Они сводились к практическому воспитанию и проявлялись в традициях и фольклоре.

Воспитание зародилось как физическое, умственное и нравственно-эмоциональное взросление. Первоначально (2-3 млн. лет назад в эпоху выделения человека из животного мира) воспитание у предков современного человека выглядело бессистемно, стихийно. Его содержание и приемы усложнялись по мере обогащения общественного опыта и сознания.

Выделение человека из животного мира сопровождалось постепенным переходом к сознательной передаче опыта собирательства и охоты. Предкам современных людей для обеспечения и сохранения своей жизни следовало хорошо знать съедобные растения, рельеф местности, повадки животных, быть сильными и выносливыми.

Поэтому, воспитание являлось, прежде всего, частью повседневной борьбы за выживание.

Постепенно воспитание как передача опыта из поколения в поколение приобретает черты особого вида деятельности. Изготовление и использование орудий труда, совершенствование хозяйственных связей являлись непременными условиями существования древних, что неизбежно повышало роль взрослых и побуждало их развивать воспитание как специфический род деятельности. Кроме того, мощным средством передачи жизненного опыта стала возникшая у первобытных людей речь.

Таким образом, можно предположить, что воспитание возникло из потребности людей в общении и оказалось тесно связанным с эволюцией форм примитивного труда.

На заре истории специфической особенностью человечества являлось групповое, коллективное начало в воспитании. Первобытное воспитание готовило всех одинаково к повседневной жизни. Единственными и почти абсолютными ориентирами дифференциации воспитания оказывались пол и возраст детей. Воспитание проистекало из общинного образа жизни, питая и цементируя подобный способ существования.

С появлением человека современного физического типа в генезисе воспитания начался новый этап. В нем все более усиливалась социальная заданность.

В IX – VIII-ом тысячелетиях до н.э. в ряде регионов мира, в частности, Малой, Передней и Средней Азии, происходит социальное и имущественное расслоение первобытного общества. Основной социальной ячейкой становится семья. Эти процессы качественно изменили смысл и содержание воспитания.

Из всеобщего, равного, контролируемого общиной воспитание превращается в сословно-семейное. Дети воспитывались, прежде всего, на примере родителей. Воспитание представителей различных страт – вождей, жрецов, воинов, остальных членов общины – приобретает заметные различия. В семьях элиты увеличивается срок детства и соответственно усиливается воспитательное воздействие на подрастающие поколения.

Люди первобытной эпохи при передаче опыта пользовались определенными воспитательными приемами. Приемы вырабатывались под влиянием условий жизни, и поэтому первоначальные формы и методы воспитания носили примитивный, неосознанный характер. Например, детям показывали, что и как делать: как действовать палкой, выделывать шкуру убитого животного, находить и собирать съедобные растения и пр. Основным приемом эмоционально-психологического воздействия взрослых было механическое повторение. Со слов родителей и путем подражания дети воспринимали информацию и опыт предшественников. Этот опыт оценивался как тайна и волшебство.

Шло время, и человек от приспособления к природе все чаще переходил к воздействию на окружающий мир. По мере усложнения жизни и хозяйственной деятельности менялись задачи и приемы передачи социального опыта. Появляются зачатки организованных форм воспитания. Постепенно оно сосредотачивается в руках специально назначаемых для этого лиц.

В первобытных общинах охотников и собирателей срок детства и воспитания был весьма непродолжительным и ограничивался возрастом от 9 до 11 лет. Самых младших мальчиков и девочек отдавали под присмотр женщин, которые обучали их первым навыкам трудовой деятельности. В этот период дети много времени проводили в играх, имитируя жизнь взрослых. Старейшины и священнослужители следили, чтобы дети не нарушали установленных общиной запретов.

Взрослея, мальчики все больше времени проводили с мужчинами, приобщаясь к охоте, рыболовству и пр. Женщины обучали девочек-подростков ведению домашнего хозяйства.

В раннюю первобытную эпоху воздействие воспитания было минимальным. Маленьким членам общины предоставлялась значительная свобода в поведении. Наказания не были жестокими. В худшем случае это могли быть шлепки или угрозы физического наказания (удар палкой по следу ребенка в его присутствии). Но первобытное воспитание не было и не могло быть идиллическим, поскольку люди жили в сложных, тяжелых условиях борьбы за выживание.

В дальнейшем положение меняется. Расслоение общины и рост социальных противоречий ужесточили воспитание. Часто стали применяться физические наказания.

Коллективная традиция воспитания на исходе первобытно-общинного периода привела к появлению своеобразных домов молодежи для детей и подростков. По сути, это были предшественники школ, организованные для воспитания общественного человека, обучения его определенным трудовым навыкам, умениям, обрядам.

Основной формой воспитания оставались совместные игры и занятия.

Характер деятельности, состав воспитанников и наставников в домах молодежи постепенно менялись. В условиях матриархата до 7-8 лет мальчики и девочки воспитывались совместно под руководством женщин; в более старшем возрасте – раздельно. При патриархально-родовом строе дома молодежи становятся раздельными. Воспитание мальчиков полностью переходит к старейшинам и жрецам. Вследствие имущественного расслоения появляются отдельные дома молодежи для бедных и для состоятельных членов общины. Они существовали, например, у племен ацтеков и майя (Америка), племени майори (Новая Зеландия) на стадии разложения патриархальной общины.

Все подростки обоего пола, достигшие 10-15 лет, проходили инициацию – процедуру посвящения во взрослые. У мальчиков она была более длительной и сложной. Инициация проводилась в виде религиозного обряда, и сопровождалась традиционными песнопениями, ритуальными танцами, магическими заклинаниями. Ей приписывалась таинственная сила. Программа подготовки к инициации для мальчиков включала усвоение знаний и практических умений, необходимых охотнику, земледельцу, воину и т.д., программа для девочек – приобретение навыков ведения домашнего хозяйства. Запоминание наставления, закрепление определенных навыков сопровождались болевым ощущением от удара, щипка, укола, нанесенных наставником.

В книге “Психология игры” Д. Б. Эльконин, ссылаясь на исследования немецкого ученого Р. Алта, выделяет следующие характерные черты процесса воспитания детей на ранних ступенях развития общества: во-первых, одинаковое воспитание всех детей и участие всех членов общества в воспитании каждого ребенка; во-вторых, всесторонность воспитания – каждый ребенок должен уметь делать все, что умеют делать взрослые, и принимать участие во всех сторонах жизни общества, членом которого он является; в третьих, кратковременность периода воспитания – дети уже в раннем возрасте знают все задачи, которые ставит жизнь, они рано становятся независимыми от взрослых, их развитие заканчивается раньше, чем на более поздних ступенях общественного развития.

Дата добавления: 2017-08-01; просмотров: 1085;

Н.А.Константинов, Е.Н.Медынский, М.Ф.Шабаева

Вопрос о происхождении воспитания.

Вопрос о возникновении воспитания имеет большое принципиальное значение. По-разному к нему подходят буржуазные ученые и ученые, стоящие на марксистско-ленинских методологических позициях. Несмотря на то что среди буржуазных социологов существуют различные мнения по этому вопросу, всем им свойственно игнорирование тесной связи, которая существовала между экономической жизнью и трудовой деятельностью первобытных людей и воспитанием детей на самой ранней ступени общественного развития. Ряд концепций буржуазных ученых о происхождении воспитания создан под влиянием вульгарно-эволюционных представлений о развитии человека, что ведет к игнорированию социальной сущности воспитания, к биологизации воспитательного процесса.

Оперируя тщательно собранным фактическим материалом о наличии в животном мире «заботы» старших поколений о передаче младшим навыков приспособления к окружающей среде, сторонники таких концепций (например, Ш. Летурно, А. Эспинас) отождествляют инстинктивные действия животных с воспитательной практикой первобытных людей и приходят к неверному выводу о том, что единственная основа воспитания — инстинктивное стремление людей к продолжению рода и закон естественного отбора.

Среди буржуазных ученых распространено также мнение, сформировавшееся в конце XIX—начале XX века, о том, что основой воспитания является инстинктивное стремление детей активно подражать старшим (эту теорию развивал, например, американский автор П. Монро). Таким образом, биологической интерпретации причин возникновения воспитания противопоставлялась психологическая. Эта теория, как и всякая попытка объяснить возникновение социального явления исключительно факторами психологического порядка, носит явно идеалистический характер, хотя, конечно, элементы подражания и имеют место в процессе воспитания, общения детей со сверстниками и взрослыми.

Советская история педагогики, объясняя происхождение воспитания, опирается на учение классиков марксизма-ленинизма о развитии общества и человека как природного и социального существа.

Основным условием возникновения воспитания была трудовая деятельность первобытных людей и сформировавшиеся при этом общественные отношения. Ф. Энгельс в своей классической работе «Роль труда в процессе превращения обезьяны в человека» писал: «труд создал самого человека». Биологические предпосылки становления человека могли послужить основой для перехода от животного состояния к человеческому благодаря труду. Человеческое общество возникло с того времени, как началось изготовление человеком орудий труда.

Трудовая деятельность первобытных людей, направленная на удовлетворение их естественных потребностей выживания и размножения, преобразовала животного в человека, создала человеческое общество, в котором формирование человека стало определяться социальными закономерностями. Применение примитивных орудий труда и все расширяющееся и усложняющееся сознательное изготовление их повлекли за собой необходимость передачи трудовых знаний, умений и опыта подрастающим поколениям.

Сначала это происходило в процессе трудовой деятельности, всей бытовой и общественной жизни. В дальнейшем воспитание становится особой сферой деятельности и сознания человека.

Воспитание в первобытном обществе.

На первой ступени развития первобытного общества — в дородовом обществе — люди присваивали готовые продукты природы и занимались охотой. Процесс добывания средств существования был по-своему несложным и в то же время трудоемким. Охота на крупных зверей, тяжелая борьба с природой могли осуществляться только в условиях коллективных форм жизни, труда и потребления. Все было общим, между членами коллектива отсутствовали социальные различия.

Общественные отношения в первобытном обществе совпадают с кровнородственными. Разделение труда и социальных функций в нем базировалось на естественнобиологических основах, вследствие чего существовало разделение труда между мужчинами и женщинами, а также возрастное деление общественного коллектива.

Дородовое общество делилось на три возрастные группы: дети и подростки; полноценные и полноправные участники жизни и труда; пожилые люди и старики, не имеющие уже физических сил для полноценного участия в общей жизни (на дальнейших ступенях развития первобытнообщинного строя число возрастных групп увеличивается).

Родившийся человек сначала попадал в общую группу подрастающих и стареющих, где он возрастал в общении со сверстниками и стариками, умудренными опытом. Интересно, что латинское слово еducarе означает буквально «вытягивать», в более широком переносном значении «выращивать», соответственно русское «воспитание» имеет своим корнем «питать», его синоним «кормить», откуда «вскармливание»; в древнерусской письменности слова «воспитание» и «вскармливание» — синонимы.

Войдя в соответствующий биологический возраст и получив некоторый опыт общения, трудовые навыки, знания правил жизни, обычаев и обрядов, человек переходил в следующую возрастную группу. С течением времени этот переход стал сопровождаться так называемыми инициациями, «посвящениями», т. е. испытаниями, во время которых проверялась подготовка молодежи к жизни: умение переносить лишения, боль, проявлять храбрость, выносливость.

Отношения между членами одной возрастной группы и отношения с членами другой группы регулировались неписаными, нестрого выполняемыми обычаями и традициями, которые закрепляли складывающиеся социальные нормы.

В дородовом обществе одной из движущих сил развития человека остаются еще и биологические механизмы естественного отбора и приспособления к среде. Но по мере развития общества складывающиеся в нем социальные закономерности начинают играть все большую роль, постепенно занимая главенствующее место.

В первобытном обществе ребенок воспитывался и обучался в процессе своей жизнедеятельности, участия в делах взрослых, в повседневном общении с ними. Он не столько готовился к жизни, как это стало позже, сколько прямо включался в доступную для него деятельность, вместе со старшими и под их руководством приучался к коллективному труду и быту. Все в этом обществе было коллективным. Дети тоже принадлежали всему роду, сначала материнскому, затем отцовскому. В труде и повседневном общении со взрослыми дети и подростки усваивали необходимые жизненные навыки и трудовые умения, знакомились с обычаями, учились выполнять обряды, сопровождавшие жизнь первобытных людей, и все свои обязанности, полностью подчинять себя интересам рода, требованиям старших.

Мальчики участвовали вместе со взрослыми мужчинами в охоте и рыбной ловле, в изготовлении оружия; девочки под руководством женщин собирали и выращивали урожай, готовили пищу, делали посуду и одежду.

На последних этапах развития матриархата появились первые учреждения для жизни и воспитания подрастающих людей—дома молодежи, отдельные для мальчиков и девочек, где под руководством старейшин рода они готовились к жизни, труду, «посвящениям».

На стадии патриархальной родовой общины появились скотоводство, земледелие, ремесло. В связи с развитием производительных сил и расширением трудового опыта людей усложнялось и воспитание, которое приобрело более многосторонний и планомерный характер. Дети приучались к уходу за животными, земледелию, ремеслу. Когда возникла необходимость в более организованном воспитании, родовая община поручала воспитание подрастающего поколения наиболее опытным людям. Наряду с вооружением детей трудовыми умениями и навыками они знакомили их с правилами зародившегося религиозного культа, преданиями, обучали письму.

Сказания, игры и танцы, музыка и песни, все народное устное творчество играло огромную роль в воспитании нравов, поведения, определенных черт характера.

В результате дальнейшего развития родовая община стала «самоуправляющейся, вооруженной организацией» (Ф. Энгельс). Появились зачатки военного воспитания: мальчики учились стрелять из лука, пользоваться копьем, ездить верхом и т. д. В возрастных группах появилась четкая внутренняя организация, выделились вожаки, усложнилась программа «посвящений», к которым готовили молодежь специально выделенные старейшины рода. Стало уделяться больше внимания усвоению начатков знаний, а с появлением письменности и письму.

Осуществление воспитания особыми людьми, выделенными родовой общиной, расширение и усложнение его содержания и программы испытаний, которыми оно завершалось, — все это свидетельствовало о том, что в условиях родового строя воспитание начало выделяться как особая форма общественной деятельности.

Воспитание в период разложения первобытного общества.

С появлением частной собственности, рабства и моногамной семьи наступило разложение первобытного общества. Возник индивидуальный брак. Семья стала одним из важнейших общественных явлений, основной экономической ячейкой общества, к ней перешли от родовой общины функции воспитания детей. Семейное воспитание стало массовой формой воспитания. Но продолжали существовать и «дома молодежи», стали возникать школы.

Появившиеся господствующие группы населения (жрецы, вожди, старейшины) стремились отделить умственное образование от обучения занятиям, требующим физического труда. Зачатки знаний (обмер полей, предсказания наводнений рек, приемы лечения людей и т. д.) господствующие группы сосредоточили в своих руках, сделали их своей привилегией. Для обучения этим знаниям создавались специальные учреждения — школы, которые использовались для укрепления власти вождей, жрецов, старейшин. Так, в Древней Мексике дети знатных людей были освобождены от физического труда, учились в особом помещении и изучали такие науки, которые не были известны детям простых людей (например, пиктографическое письмо, наблюдения за звездами, расчеты площадей). Это возвышало их над остальными.

Воспитание в первобытном обществе.

Воспитание появилось в первобытном обществе около 40 – 35 тысяч лет назад.

Целью воспитания была подготовка ребенка к удовлетворению практических потребностей, то есть овладение простейшими трудовыми навыками (охота, ловля рыбы, изготовление оружия и одежды, обработка земли) и включение подрастающего поколения в коллективный труд.

Воспитание в первобытном обществе условно делится на три самостоятельных периода: воспитание в дородовой обществе; воспитание в родовой общине; воспитание в период разложения первобытного общества.

Воспитание в дородовом обществе носило крайне ограниченный и примитивный характер. Дети были общими, принадлежали всему роду, с детства активно участвовали в жизни общины. В это время еще отсутствовали специальные формы воспитания, и оно не отделялось от совместной жизни детей и взрослых. В совместной деятельности со взрослыми дети и подростки наблюдали за поведением старших и, постоянно подражая им, приобретали соответствующие умения. Выработка у подрастающего поколения необходимых для того времени норм поведения являлась предметом заботы всей общины. Отсутствовало физическое наказание детей. Существовало разделение труда между мужчинами и женщинами (женщина – мать и хранительница семейного очага, мужчина – добытчик и воин). Поэтому мальчики вместе с взрослыми мужчинами отправлялись на охоту и рыбную ловлю, изготавливали орудия труда и оружие, защищали племя от врагов. Девочки, в свою очередь, с опытными женщинами занимались собирательством, готовили пищу, шили одежду, оберегали очаг и т. д.

Родовая община поручала старшим знакомить молодое поколение с обрядами, традициями и историей рода, с религиозными верованиями, воспитывать у младших почитание старших и умерших. На данном этапе расширяется объем и содержание передаваемых знаний. Наряду с приобщением детей к трудовой деятельности их знакомят с зачатками военного и нравственного воспитания, с правилами религиозного культа, обучали простейшему письму. Большое место в воспитании нравов и поведения детей занимало устное народное творчество: предания, песни и др. Переходу юношей и девушек в полноправные члены рода предшествовала специальная подготовка под руководством самых авторитетных и мудрых людей. Она заканчивалась посвящением, состоявшим из публичных испытаний, в которых проверялась готовность молодежи к выполнению обязанностей взрослого члена родового общества.

В позднеродовой общине появление парного брака изменило всю организацию родового общества, став зародышем домашне-семейной формы воспитания. С этого времени в семье стали закладываться основы физического и духовного развития детей. Инициации – обряды перевода юношей и девушек в категорию взрослых – стали исторически первым общественным институтом, имевшим целью преднамеренную организацию воспитания и обучения.

Поделитесь с Вашими друзьями:

Воспитание в первобытном обществе. Педагогика древних славян

Воспитание как особый вид человеческой деятельности появилось в первобытном обществе около 40 – 35 тысяч лет назад. К этому периоду на Земле появляется разумный человек современного физического типа (homo sapiens). Жизнь и воспитание первобытного человека выглядели весьма примитивно. Характерной особенностью первобытного общества были общий труд и собственность, отсутствие эксплуатации и классов, коллективный быт, общие дети, отсутствие специально организованных форм воспитания.

Целью воспитания была подготовка ребенка к удовлетворению практических потребностей, то есть овладение простейшими трудовыми навыками (охота, ловля рыбы, изготовление оружия и одежды, обработка земли) и включение подрастающего поколения в коллективный труд.

Воспитание в первобытном обществе условно делится на три самостоятельных периода: воспитание в дородовой обществе; воспитание в родовой общине; воспитание в период разложения первобытного общества.

Воспитание в дородовом обществе носило крайне ограниченный и примитивный характер. Оно было коллективным, всеобщим, стихийным, бессистемным, утилитарным, прикладным. Дети были общими, принадлежали всему роду, с детства активно участвовали в жизни общины. В труде и повседневном общении с взрослыми они усваивали необходимые жизненные навыки и трудовые умения, знакомились с обычаями, учились выполнять религиозные обряды.

Разделение труда и социальные функции на стадии дородового общества основывались на естественно-биологическом фундаменте, вследствие чего существовало разделение труда между мужчинами и женщинами (женщина – мать и хранительница семейного очага, мужчина – добытчик и воин). Поэтому мальчики вместе с взрослыми мужчинами отправлялись на охоту и рыбную ловлю, изготавливали орудия труда и оружие, защищали племя от врагов. Девочки, в свою очередь, с опытными женщинами занимались собирательством, готовили пищу, шили одежду, оберегали очаг и т. д.

Дородовое общество делилось на три основные возрастные группы: дети и подростки; полноценные и полноправные участники жизни и труда (активные и трудоспособные члены общины); пожилые и старики не участвующие в активной трудовой жизни общества. За каждой возрастной группой были закреплены особые правила поведения, права и обязанности.

Расширение трудового опыта людей, появление на определенном этапе развития человеческого общества скотоводства, земледелия, ремесел, что привело естественным образом к усложнению процесса воспитания, которое приобрело в родовой общине более многосторонний и планомерный характер. Именно в родовой общине возникла объективная необходимость в организованном воспитании, которое стало выделяться как особая форма общественной деятельности.

Родовая община поручила воспитание подрастающего поколения пожилым, наиболее опытным членам общины. На данном этапе расширяется объем и содержание передаваемых знаний. Наряду с приобщением детей к трудовой деятельности их знакомят с зачатками военного и нравственного воспитания, с правилами религиозного культа, обучали простейшему письму.

ПЕДАГОГИКА ДРЕВНИХ СЛАВЯН

Народы, заселявшие территорию будущей России, в первые века нашей эры жили родоплеменной формацией, тогда вряд ли кто задумывался над наилучшими методами воспитания детей. Люди все силы направляли на то, чтобы сохранить и продолжить свой род в жестокой схватке с природной стихией, дикими зверями и вражескими племенами. Дети – будущие кормильцы и защитники – не только должны были овладеть необходимыми навыками и знаниями, но стать продолжателями тех обычаев и традиций, которые способствовали развитию жизни. Вера в различных богов, защитников рода и человека, гостеприимство и радушие, умение защитить своих близких и отомстить за их гибель, храбрость, бесстрашие, воинская удаль – эти и многие другие качества впитывало молодое поколение в реальности ежедневного существования, участвуя в хозяйственных делах рода, военных походах, проявляя заботу о своих сородичах.

Маленького россича приучали никогда не брать того, что тебе не принадлежит; даже если вещь забыта или потеряна кем-то, ее нельзя присвоить. Нельзя завидовать силе и ловкости других людей, надо самому стремиться быть сильным, ловким и умелым. Знание жизни передавалось молодежи в словах народных песен и сказаний, в пословицах, поговорках, шутках, прибаутках, пестушках и потешках. Так формировалась и «отчеканивалась» народная педагогика. Первым педагогом ребенка была мать, она рассказывала, показывала, объясняла, создавала, как теперь говорят, обучающие ситуации и вводила малыша в реалии жизни.

Стараясь украсить свой скромный быт, люди вырезали из дерева фигурки человека, птиц и зверей. Ребенок не только видел их, но и сам пытался сделать подобное. Дети активно участвовали в хозяйственной жизни рода. Они помогали в ведении домашнего хозяйства, собирали для пропитания грибы и ягоды, обучались стрельбе из лука и, став старше, могли охотиться на мелкого зверя и птицу. С ранних лет девочек учили прясть нитку из шерстяных, льняных и конопляных шматков, и к семи годам они становились настоящими пряхами.

Мальчиков с двенадцати лет направляли в военную слободу, где жили воины, готовые в любую минуту к защите племени от вражеских набегов. Подростков обучали искусству боя. Они тренировались тупыми мечами, чтобы по неумению не поранить друг друга. Овладение воинскими навыками проходило с огромной трудностью: мечи были еще слишком тяжелы для них, а тела мальчиков от таких упражнений покрывались синяками и пятнами. Им предстояло научиться не только владеть оружием, но и не бояться чужого клинка, стрелять из лука, метать копья, ловить арканами животных. В них воспитывали выносливость и терпеливость, заставляя в любую погоду, в слякоть и снег, бегать с заплечными мешками, набитыми песком. Чтобы развить силу ног, к ногам привязывали камни.

Таким образом, можно отметить, что воспитание и образование детей древних славян происходило в процессе их труда и деятельности рядом с родителями и соплеменниками. Существовало четкое разделение в воспитании мальчиков, будущих воинов и защитников рода, и девочек, будущих матерей и хранительниц домашнего очага. Складывалась народная педагогика, принципы которой передавались от поколения к поколению и позже легли в основу различных педагогических теорий..

Обращение к проблеме происхождения воспитания не только обусловлено логикой научного знания, но и продук­тивно, по крайней мере, в двух отношениях: во-первых, оно дает представить себе и понять сущность воспитания в реальности конкретно-исторических событий; во-вторых, осмысление этой проблемы позволяет более широко взгля­нуть на ставший столь привычным арсенал педагогических средств.

Социальная функция воспитания заключается в пред­намеренной и целенаправленной передаче общественно-ис­торического опыта подрастающему поколению, в овладе­нии им практическими трудовыми умениями, а также вы­работанными нравственными нормами и опытом поведения. Без этого последующее развитие общества невозможно. Вос­питание является, таким образом, органичной частью общего социального развития и неотделимо от всей истории человеческого общества.

Важнейшим источником изучения происхождения человека, самых ранних этапов его истории служат материал археологических раскопок. Восстановление историко-культурных процессов, происходивших на ранних этапах ис­тории человечества, основывается прежде всего на использовании данных этнографии, кото­рая собирает и описывает предметы и явления материаль­ной и духовной культуры разных народов.

В глубинах народной памяти зафиксированы вековые обы­чаи и традиции, в том числе и педагогические, в форме раз­личных образцов устного народного творчества: песен, ска­зок, легенд, былин, поговорок и т. д. Эти формы памяти народа восходят к древним пластам культуры, в которой скон­центрирована и извечная мудрость народного воспитания. Педагогическая мысль и воспитательные традиции каждого народа отражают многообразную историю его духовно-нрав­ственной жизни, являются важным подспорьем в деле вос­становления общей картины воспитания в древнейшие пе­риоды истории человечества.

При рассмотрении вопроса о происхождении воспита­ния в советской историко-педагогической литературе дли­тельное время была традиционна критика таких концепций происхождения воспитания, как эволюционно-биологическая (Ш. Летурно, Дж. Симпсон, А. Эспинас), сближающая воспитательную деятельность людей первобытного общест­ва с наблюдаемой у высших животных инстинктивной забо­той о своем потомстве, или психологическая (П. Монро), объясняющая происхождение воспитания присущим детям инстинктивно-бессознательным стремлением подражать взрослым.

Размышляя о преодолении человеком на путях своего ста­новления зверинообразных форм жизни, И. П. Павлов от­мечал, что сюда входил и процесс развития воспитания, ко­торый, как и все другие формы существования человека, лишь постепенно пробивался через животнообразные фор­мы в условиях формирования социума. Шаг за шагом на протяжении миллионов лет происходили преобразования присущей инстинктивной заботы родителей о потомстве и присущего потомству инстинкта следования-механизму пере­дачи социального наследования культуры предшествующих поколений.

В общинах палеоантропов совершенствовались способы изготовления орудий и охоты, другие виды хозяйственной коллективно-групповой деятельности. Общая эволюция хозяй­ственной деятельности вела к увеличению и разнообразию пищевого рациона, улучшению общих условий жизни. На­ряду с временными лагерями стали появляться постоянные стойбища. Создавались относительно более благоприятные условия для роста численности детей, удлинения периода детства, сохранения жизни неспособных участвовать в про­изводстве стариков.

Все это в исторической перспективе подготавливало воз­никновение условий, необходимых для зарождения собст­венно воспитания. Вместе с этим расширение эмпиричес­кого опыта орудийной деятельности порождало потребность в его сохранении и продолжении. В результате этих двух взаимосвязанных явлений детей стали привлекать к трудо­вой деятельности вместе со взрослыми. В этом совместном труде шло созревание и развитие детей и подростков. Их совместная деятельность осуществлялась в таких видах тру­да, как поддержание огня, приготовление пищи, сбор съе­добных кореньев и плодов, участие в ловле рыбы и т. д., которые были доступны детям и старикам, что объединяло их в обособленные группы.

Раннее включение детей в хозяйственный труд было обу­словлено бедностью и монотонностью жизненного цикла в первобытную эпоху, низким уровнем развития средств про­изводства. Нельзя не заметить, что в условиях роста рожда­емости в заботе старших о подрастающем поколении про­исходили качественные изменения: воспитание детей становится коллективным делом, а передатчиками подрастаю­щему поколению накопленных в сообществе традиций и опыта выступают представители старшего поколения.

Правда, следует отметить, что в это время еще отсутство­вали специальные приемы и организационные формы вос­питания, а воспитание не отделялось от совместного труда. Поэтому в данном случае можно говорить лишь о тенденци­ях, свидетельствующих о зарождении самых примитивных форм воспитания: полностью отсутствовал специально ор­ганизованный процесс обучения и воспитания; воспитатель­ное влияние осуществлялось как непосредственное и пре­имущественно спонтанное воздействие на ребенка окружаю­щей его социальной среды. Тем не менее этот совместный труд детей и взрослых приобретал со стороны старших обу­чающих направленный образ действий в соответствии с по­степенно осознававшимися ими целью и конечным резуль­татом. С другой стороны, детское подражание поведению взрослых в быту, совместном труде, в играх качественно осталось от животных форм: здесь наблюдается уже созна­тельная, целенаправленная деятельность, предполагающая волевые усилия и определенную систему социальных свя­зей.

Следует заметить, что воспитательные отношения с само­го момента своего возникновения базировались на актив­ности и самостоятельности подрастающего поколения.

Так начался процесс зарождения собственно человечес­ких форм воспитания с целью передачи не только опыта; хозяйственной деятельности, но и воспроизводства необходимого типа личности, соответствовавшего складывающемуся: опъпу хозяйствования. Обучающее-направленный с этой целью образ действий объективно требовал и определенного способа его организации. В этом формирующемся процессе содержались зародыши последующих собственно педагогики кто в каждое поколение училось у предшествующего, ж с этой целью формировалась общественная традиция передачи и преемственности приобретенных навыков.

По мере становления общей хозяйственной деятельности и складывавшихся социальных связей происходило качественное преобразование доставшегося в наследство от животного мира инстинктивного механизма заботы родителей о потомстве и присущего потомству инстинкта подражания в социальный механизм наследования человеческого опыта.

В общем, можно сделать вывод, что вместе с сознательной целенаправленной орудийно-трудовой деятельностью людей зарождается и воспитание как один из ее видов.

Добавить комментарий

Закрыть меню