Уложение 1845 года текст

План курсовой работы:

1 Вводная часть

2 Общая характеристика Уложения

3 Преступление

— Понятие преступления по Уложению 1845 года

— Основания уголовной ответственности

— Стадии совершения преступления

4 Институт соучастия

5 Обстоятельства, исключающие преступность деяния

— Институт крайней необходимости

— Институт необходимой обороны

6 Смягчающие и отягчающие обстоятельства

7 Система наказаний по Уложению 1845 года

— Уголовные наказания

— Исправительные наказания

8 Заключение

9 Примечания

10 Список используемой литературы

Вводная часть

15 августа 1845 года указом императора Николая I было утверждено Уложение о наказаниях уголовных и исправительных, введенное в действие с 1 мая следующего года. По существу это был первый уголовный кодекс России, поскольку предшествующие законодательные источники объединяли, как правило, нормы многих отраслей права. Артикул воинский Петра I представлял собой кодекс военно-уголовного права. В связи с этим Уложение о наказаниях 1845 года с полным основанием можно считать первым кодифицированным источником российского уголовного права. Необходимость кодификации уголовного законодательства была отмечена еще при работе над составлением Свода законов Российской Империи, изданного в 1832 году. Тогда же неоднократно ставился вопрос о создании нового уголовного уложения. Александр I (при нем была начата работа над Сводом законов) организовал специальную комиссию под руководством М.М. Сперанского для разработки нового уложения. Высшей формой кодификации Сперанский считал составление уложений, основанием для которых должен явиться Свод законов. В одной из записок, представленных Николаю I в начале 1826 года, он высказывал надежду, что Гражданское уложение можно окончить к началу 1827 года, но Николай I отнесся отрицательно к составлению уложений, которые казались ему «чем-то отвлеченным, слишком теоретическим»1 . Всякие новшества, даже в вопросах законодательства влекли за собой новые идеи, расшатывали, по его мнению, государственный организм. Поэтому все законодательные начинания того времени проходили под знаком приведения в стройный порядок и ясность уже существующих законов.

Однако крепостническое военно-полицейское государство второй четверти XIX века нуждалось в специальном кодексе, содержащем классификацию преступлений и систему соответствующих наказаний. Поэтому второе отделение Собственной Его Величества канцелярии под руководством Д.М. Блудова с начала 40-х годов приступило к разработке Уложения о наказаниях уголовных и исправительных. Согласно Высочайшей воле Николая I, авторы законопроекта должны были «не созидать нового уложения по началам науки, а только привести в надлежащее между собой соглашение разнородные части посредством исправления отдельных, но на одинаковых началах и, так сказать в одном духе»2 , то есть создать новое уголовное уложение, но придерживаясь «основных начал» уголовного законодательства, основой которого являлось еще Соборное Уложение 1649 года царя Алексея Михайловича, и в то же время разрешалось проводить некоторую редакционную правку старых норм с целью «устранить неточность и неопределительность выражений и самих положений»3 , а также сделать лишь некоторые дополнения, требуемые временем и указанные опытом. Велась очень серьезная работа, ведь предстояло впервые создать кодекс уголовных наказаний.

Свод законов, созданный Сперанским имел существенные недостатки: многие статьи, касающиеся уголовной ответственности, были рассеяны по всем пятнадцати томам. Кроме того, Свод устанавливал только вид наказания, никак не конкретизируя, например, ни срока каторжных работ, ни количества ударов плетьми и т.д. Судам был предоставлен широкий простор при определении меры наказания, что приводило к различным злоупотреблениям. Необходимость выработки нового уголовного законодательства насущно диктовалась жизнью. Соборное Уложение с незначительными дополнениями действовало без малого 200 лет. В то же время, «из всех областей права наиболее изменчивым является право уголовное: на понятиях о преступлении и наказании с наглядностью отражаются все социальные и политические перевороты, и чем быстрее развивается жизнь, тем быстрее совершаются эти реформы»4 .

Середина же XIX века в России была отмечена, прежде всего, началом развития капиталистических отношений. Поэтому сразу после издания Свода законов началась подготовка нового уголовного уложения. По мнению его составителей, в него должно войти все уголовное законодательство России того времени. Члены комиссии знакомились с ранее действующим законодательством, а также с судебной и административной практикой: была проделана большая работа по сбору, приведению в порядок и сличению с источниками различных законов о наказаниях, собранию с уголовных судов замечаний на уголовные законы, обобщению материалов отчетов Министерства юстиции за несколько лет, составив табель преступлений. Кроме того, учитывался зарубежный опыт: были изучены 15 действовавших в то время кодексов (шведский, прусский, австрийский, французский, баварский, неаполитанский, греческий, римский, саксонский и др.), уголовные законы Англии, а также разрабатываемые в те годы проекты новых уголовных кодексов – прусского (1830 год), баварского (1832 год), шведского (1832 год) и других5 .

В 1844 году был составлен «Проект нового Уложения о наказаниях уголовных и исправительных с подробным обозначением оснований каждого из внесенных в сей проект постановлений»6 , а также подготовлена «Общая объяснительная записка к проекту нового Уложения о наказаниях уголовных и исправительных»7 . Оба документа были изданы для ознакомления и обсуждения.

После обсуждения проекта в специальном комитете под председательством Блудова, а затем в Департаменте законов и общем собрании Государственного совета «Уложение о наказаниях уголовных и исправительных» было 15 августа 1845 года высочайше утверждено.

Этот обширный кодекс учитывал и классифицировал преступления, проступки и соответствующие им наказания против государства, против православной веры, порядка управления, по службе, против постановлений о повинностях, имуществе и доходах казны, общественного благоустройства и благочиния, сословного строя, частной собственности, жизни, здоровья. Свободы и чести отдельных лиц.

Уложение 1845 года претерпело три редакции – 1857 год, 1866 год, 1885 год, две (последние) из которых существенно модифицировали некоторые основополагающие институты. В целом же Уложение о наказаниях уголовных и исправительных подготовило почву для разработки Уголовного Уложения России 1903г., впоследствии ставшего вершиной русской дореволюционной уголовно-правовой мысли, но так и не вступившего в силу в полном объеме.

Общая характеристика Уложения 1845 года

Следует сказать, что оценка Уложения о наказаниях 1845 года уже дореволюционными исследователями была неоднозначной. С одной стороны, в части учения о наказании и регламентации отдельных видов преступлений говорилось об архаичности, казуистичности и ярко выраженном сословном характере установлений. Полицейский характер крепостнического государства наглядно подтверждался тем, что почти 2/3 статей Уложения содержал восьмой раздел «О преступлениях и проступках против общественного благоустройства и благочиния»8 , наиболее полный из всех двенадцати разделов. Нормы Уложения были направлены на защиту феодальной государственности, классовых интересов и сословных привилегий дворян-помещиков, интересов верхов нарождающейся буржуазии, подчеркивали бесправие и приниженное положение простого народа9 .

Уложение 1845 года о наказаниях уголовных и исправительных состояло из 2224 статей. Его структура такова: 12 разделов, распадающихся на главы, некоторые главы – на отделения, отделения – на отделы. Достаточно четко прослеживалось деление закона на общую и особенную части (впервые общие понятия уголовного законодательства были выделены в самостоятельный раздел в Своде законов Российской Империи). Первый раздел Уложения «О преступлениях, проступках и наказаниях вообще» представлял собой общую часть уголовного кодекса. Он состоял из 5 глав, первая из которых («О существе преступлений и проступков и о степенях вины») включают институты, относящиеся к учению о преступлении. Последующие три главы («О наказаниях», «О определении наказаний по преступлениям», «О смягчении и отмене наказаний») содержали институты учения о наказании. Глава пятая («О пространстве действия постановлений сего уложения») включала нормы о действии уголовного закона в пространстве. «Из всех разделов Уложения первый – юридически наиболее совершенный и современный для той эпохи (многие его положения характерны для буржуазного уголовного права).

Исключение составляла система наказаний, типичная для феодального права, — откровенно сословная, прямо закрепляющая правовое неравенство»10 .

Даже по прошествии полутора столетий, с позиций сегодняшнего дня, видно, что нормы и институты общей части уголовного кодекса, и особенно учение о преступлении, разработаны на весьма высоком уровне. Некоторые же положения по своей сущности являлись более либеральными и прогрессивными по сравнению даже с действующим законодательством (конкретно это будет специально оговорено далее).

Преступление
Понятие преступления по Уложению 1845 года

В статье 1, 2 и 4 Уложения 1845 года дается понятие преступления: «Преступлением или проступком признается как самое противозаконное деяние, так и неисполнение того, что под страхом наказания уголовного или исправительного законом предписано» (Ст.4). Это определение позволяет выделить как минимум три основные характеристики преступного деяния. Во-первых, главным признаком преступления считалось противоправность деяния (так называемое формальное определение преступления). Во-вторых, преступные деяния подразделялись на преступления и проступки. В-третьих (и это было впервые указано в Уложении 1845 года), преступлением называлось как действие, так и бездействие.

Страница 1 из 4

Глава первая

О СУЩЕСТВЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И ПРОСТУПКОВ И О СТЕПЕНЯХ ВИНЫ

Отделение первое О СУЩЕСТВЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И ПРОСТУПКОВ

1. Всякое нарушение закона, через которое посягается на неприкосновенность прав власти верховной и установленных ею властей или же на права или безопасность общества или частных лиц, есть преступление.

2. Нарушение правил, предписанных для охранения определенных законами прав и общественной или же личной безопасности или пользы, именуется проступком.

3. За преступления и проступки, по роду и мере важности оных, виновные подвергаются наказаниям уголовным или исправительным.

4. Преступлением или проступком признается как самое противозаконное деяние, так и неисполнение того, что под страхом наказания уголовного или исправительного законом предписано.

5. Преступления и проступки суть умышленные или неумышленные.

6. В преступлениях и проступках умышленных различаются две степени: 1-я, когда противозаконное деяние учинено вследствие не внезапного, а заранее обдуманного намерения или умысла; 2-я, когда оное учинено хотя и с намерением, но по внезапному побуждению без предумышления.

7. Зло, сделанное случайно, не только без намерения, но и без всякой со стороны учинившего оное неосторожности, не считается виною.

Отделение второе

О УМЫСЛЕ, О ПРИГОТОВЛЕНИИ К ПРЕСТУПЛЕНИЮ, О ПОКУШЕНИИ НА ОНОЕ И О СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

8. При суждении о преступлениях умышленных принимаются в уважение и различаются: один лишь чрез что-либо обнаруженный на преступление умысел, приготовление к приведению оного в действо, покушение на совершение и самое совершение преступления.

9. Изъявление на словах, или письменно, или же иным каким-либо действием намерения учинить преступление почитается признаком умысла. К числу таких признаков принадлежат угрозы, похвальбы и предложения сделать какое-либо зло.

10. Приискание или приобретение средств для совершения преступления признается лишь приготовлением к оному.

Покушением на преступление признается всякое действие, коим начинается или продолжается приведение злого намерения в исполнение.

12. Преступление почитается совершившимся, когда в самом деле последовало преднамеренное виновным или же иное от его действий зло.

Отделение третье О УЧАСТИИ В ПРЕСТУПЛЕНИИ

13. В преступлении, содеянном несколькими лицами, принимается в уважение: учинено ли сие преступление по предварительному всех или некоторых виновных на то согласию или без оного.

14. В преступлении, учиненном несколькими лицами без предварительного их на то согласия, признаются из участвовавших в оном: главными виновными: во-первых, распоряжавшие или управлявшие действиями других; во-вторых, приступившие к действиям прежде других при самом оных начале или же непосредственно совершившие преступление; участниками: во-первых, те, которые непосредственно помогали главным виновным в содеянии преступления; во-вторых, те, которые доставляли средства для содеяния преступления или же старались устранить препятствия, к тому представлявшиеся.

15. В преступлениях, учиненных несколькими лицами по предварительному их на то согласию, признаются: зачинщиками: те, которые, умыслив содеянное преступление, согласили на то других, и те, которые управляли действиями при совершении преступления или покушении на оное или же первые к тому приступили; сообщниками: те, которые согласились с зачинщиками или с другими виновными совершить, совокупными силами или действиями, предумышленное преступление; подговорщиками или подстрекателями: те, которые, не участвуя сами в совершении преступления, употребляли просьбы, убеждения, или подкуп и обещание выгод, или обольщения и обманы, или же принуждение и угрозы, дабы склонить к оному других; пособниками: те, которые также, хотя не принимали прямого участия в самом совершении преступления, но из корыстных или иных личных видов, помогали или обязались помогать умыслившим оное, советами или указаниями и сообщением сведений, или же доставлением других каких-либо средств для совершения преступления, или устранением представлявшихся к содеянию оного препятствия, или заведомо, пред совершением преступления, давали у себя убежище умыслившим оное, или же обещали способствовать сокрытию преступников или преступления после содеяния оного.

Предыдущая — Следующая>>

Страница 1 из 4

Глава первая

О СУЩЕСТВЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И ПРОСТУПКОВ И О СТЕПЕНЯХ ВИНЫ

Отделение первое О СУЩЕСТВЕ ПРЕСТУПЛЕНИЙ И ПРОСТУПКОВ

1. Всякое нарушение закона, через которое посягается на неприкосновенность прав власти верховной и установленных ею властей или же на права или безопасность общества или частных лиц, есть преступление.

2. Нарушение правил, предписанных для охранения определенных законами прав и общественной или же личной безопасности или пользы, именуется проступком.

За преступления и проступки, по роду и мере важности оных, виновные подвергаются наказаниям уголовным или исправительным.

4. Преступлением или проступком признается как самое противозаконное деяние, так и неисполнение того, что под страхом наказания уголовного или исправительного законом предписано.

5. Преступления и проступки суть умышленные или неумышленные.

6. В преступлениях и проступках умышленных различаются две степени: 1-я, когда противозаконное деяние учинено вследствие не внезапного, а заранее обдуманного намерения или умысла; 2-я, когда оное учинено хотя и с намерением, но по внезапному побуждению без предумышления.

7. Зло, сделанное случайно, не только без намерения, но и без всякой со стороны учинившего оное неосторожности, не считается виною.

Отделение второе

О УМЫСЛЕ, О ПРИГОТОВЛЕНИИ К ПРЕСТУПЛЕНИЮ, О ПОКУШЕНИИ НА ОНОЕ И О СОВЕРШЕНИИ ПРЕСТУПЛЕНИЯ

8. При суждении о преступлениях умышленных принимаются в уважение и различаются: один лишь чрез что-либо обнаруженный на преступление умысел, приготовление к приведению оного в действо, покушение на совершение и самое совершение преступления.

9. Изъявление на словах, или письменно, или же иным каким-либо действием намерения учинить преступление почитается признаком умысла. К числу таких признаков принадлежат угрозы, похвальбы и предложения сделать какое-либо зло.

10. Приискание или приобретение средств для совершения преступления признается лишь приготовлением к оному.

11. Покушением на преступление признается всякое действие, коим начинается или продолжается приведение злого намерения в исполнение.

12. Преступление почитается совершившимся, когда в самом деле последовало преднамеренное виновным или же иное от его действий зло.

Отделение третье О УЧАСТИИ В ПРЕСТУПЛЕНИИ

13. В преступлении, содеянном несколькими лицами, принимается в уважение: учинено ли сие преступление по предварительному всех или некоторых виновных на то согласию или без оного.

14. В преступлении, учиненном несколькими лицами без предварительного их на то согласия, признаются из участвовавших в оном: главными виновными: во-первых, распоряжавшие или управлявшие действиями других; во-вторых, приступившие к действиям прежде других при самом оных начале или же непосредственно совершившие преступление; участниками: во-первых, те, которые непосредственно помогали главным виновным в содеянии преступления; во-вторых, те, которые доставляли средства для содеяния преступления или же старались устранить препятствия, к тому представлявшиеся.

15. В преступлениях, учиненных несколькими лицами по предварительному их на то согласию, признаются: зачинщиками: те, которые, умыслив содеянное преступление, согласили на то других, и те, которые управляли действиями при совершении преступления или покушении на оное или же первые к тому приступили; сообщниками: те, которые согласились с зачинщиками или с другими виновными совершить, совокупными силами или действиями, предумышленное преступление; подговорщиками или подстрекателями: те, которые, не участвуя сами в совершении преступления, употребляли просьбы, убеждения, или подкуп и обещание выгод, или обольщения и обманы, или же принуждение и угрозы, дабы склонить к оному других; пособниками: те, которые также, хотя не принимали прямого участия в самом совершении преступления, но из корыстных или иных личных видов, помогали или обязались помогать умыслившим оное, советами или указаниями и сообщением сведений, или же доставлением других каких-либо средств для совершения преступления, или устранением представлявшихся к содеянию оного препятствия, или заведомо, пред совершением преступления, давали у себя убежище умыслившим оное, или же обещали способствовать сокрытию преступников или преступления после содеяния оного.

Предыдущая — Следующая>>

Уложение 1845 года

⇐ Предыдущая123456Следующая ⇒

В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. было уделено большое внимание регулированию религиозной сферы и ответственности за государственные преступления.

Это Уложение представляло собой уже приближенный к подлинному кодексу законодательный акт. Наказывалось составление шаек для учинения разбоя, поджога, фальшивомонетничества (ст. 924), кражи, мошенничества (ст. 925), нарушений акцизных законов, законов о торговле и игре, контрабанды, подкупа чиновников (ст. 926). Однако законодатель точно дифференцировал ответственность организатора шайки и всех ее участников, а дополнительно он оговаривал, что для признания преступления оконченным не требуется совершения преступления, для учинения которого и создавалась шайка.

В шестой главе «О тайных обществах и запрещенных сходбищах» Уложение предусматривало уголовную ответственность лиц, организовавших и руководивших преступными сообществами. Так, согласно ст. 347 «основатели и начальники тайных обществ, имеющих вредную для спокойствия или целостности государства или противную установленным законом образу и порядку правления цель, приговаривались к наказаниям в виде лишения всех прав и смертной казни».

(Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 года // Хрестоматия по истории отечественного государства и права (X век — 1917 год) / Сост. В.А. Томсинов. М.: Изд-во «Зерцало», 2000. с. 235.)

Ни в одной из статей Уложения не сказано о степени тяжести преступлений, для совершения которых создавалось преступное сообщество. Зато в нем содержится ст. 348, которая предусматривала ответственность для «основателей и начальников обществ… хотя и не имеющих явно преступной направленности против спокойствия или целостности государства, но старающихся посредством каких-либо не указанных и не дозволенных законом действий или влияния произвести перемену в общих государственных, губернских и других местных учреждениях». Индивидуальная ответственность предусматривалась и для рядовых участников общества.

(Ж.В. Виденькина Ответственность за организацию преступного сообщества или участие в нем: Научно-практическое пособие (отв. Ред. Н.Г. Кадников, «Юриспруденция», 2014)

Определением преступления как юридического действия предрешается и вопрос о том, кто может быть его субъектом. В противоположность случаям посягательства на предметы, пользующиеся юридической охраной, субъектом преступления может быть только лицо» – указывал Таганцев Н.С.. Понятие «лица» распространяется не только на лиц физических, но и на так называемых лиц юридических», которыми признаются «единения лиц физических», с отдельными интересами и целями. В контексте уголовной политики признание принципа ответственности юридических лиц внесет «крайний произвол и неопределенность в установление объема и условий этой наказуемости». Кроме того, можно допустить привлечение к ответственности корпораций только за некоторые виды преступных деяний, прежде всего имущественного характера, злоупотреблений политическими правами, полицейских нарушений и проч.

По сути, такие санкции расцениваются как гражданско-правовые меры. При этом, как отмечает Н.С. Таганцев, важно учитывать, что «юридические лица всех категорий существуют только как продукт юридического вымысла», а уголовная ответственность обусловливается виновностью лица (умыслом, небрежностью, наличием реальной, но не фиктивной воли, правоспособностью, дееспособностью, возможностью мыслить и осознавать совершенное деяние). Деяния юридических лиц являются проявлением «виновности толпы, масс», простой совокупности физических лиц, особой формы коллективной вины, разновидности соучастия.

(В.И. Лафитский, О. И. Семыкина Уголовная ответственность юридических лиц в отечественном законодательстве: к истории вопроса «pro et contra» «Журнал российского права», 2014, № 2)

Определяя минимальный возраст за совершение указанного преступления, законодатель понимает, что подросток уже в таком возрасте должен понимать и осознавать общественную опасность своих действий.

Взгляд на признаки субъекта преступления как на элемент состава преступления утвердился в российском уголовном праве в XIX в.

Так, «Уложение о наказаниях 1845 г. в редакции 1885 г. в отношении несовершеннолетних в возрасте от 10 до 17 лет требовало от суда выяснения вопроса, действовали ли они с разумением или без разумения.»

(Т.Н. Рычкова О субъективных признаках заведомо ложного сообщения об акте терроризма/ «Российский следователь», 2009, № 12)

Уложение о наказаниях подвело итог почти двухвековому периоду кодификационных работ, которые имели большое значение для развития уголовного права. Именно в этот период сформировались и получили законодательное закрепление признаки субъекта преступления — вменяемость, возраст наступления уголовной ответственности. Субъектом преступления признается только физическое лицо.

Вменяемость субъекта, как условие осуществления карательной власти государства, становится краеугольным камнем всех теорий, признающих основанием наказуемости виновное посягательство на правопорядок.

В ст. 92 Уложения был дан подробный перечень состояний, исключающих способность к вменению: детство до 7 лет, безумие от рождения, сумасшествие, болезнь, доводящую до умоисступления и беспамятства, одряхление, лунатизм и глухонемота. Но вместе с этим перечнем в данной статье были упомянуты причины, устраняющие виновность безотносительно к вменяемости (случайность причиненного вреда, ошибка), и причины, устраняющие преступность деяния (необходимая оборона, крайняя необходимость).

Возраст привлечения к ответственности долгое время был неопределен, лишь в 1765 году возраст наступления уголовной ответственности был определен 10 лет. Уложение 1845 года понизило возраст до 7 лет.

Таким образом, признаки субъекта преступления были отражены в законодательстве.

⇐ Предыдущая123456Следующая ⇒

Рекомендуемые страницы:


Добавить комментарий

Закрыть меню