Смерть как философская проблема

ПРЕДНАЗНАЧЕНИЕ ЧЕЛОВЕКА. ПРОБЛЕМА ЖИЗНИ И СМЕРТИ

Проблема цели жизни, предназначения человека, проблема жизни и смерти всегда волновала и доселе волнует человека, религию, социоло­гию, медицину, искусство, философскую мысль. Смерть — завершающий момент существования живого существа. Переживание смерти для че­ловека выступает как один из решающих компонентов его мировоззре­ния, сопровождает исторический процесс становления личности. Не­отъемлемой чертой абсолютного большинства религий является пред­ставление о смерти как о конце плотской, земной жизни и переходе к вечной — бестленной, духовной жизни. Так, в архаичной философии вообще нет пропасти между живым и мертвым; для античной филосо­фии характерна идея вечного возвращения; с осознанием противостоя­ния материального и идеального, возникновением представления о бес­смертии души (Сократ, Платон) смерть рассматривается как переход в новое состояние, как освобождение души из темницы тела. По религии ислама, в Последний день все будет уничтожено, а умершие воскреснут и предстанут пред Аллахом для окончательного суда. В новом мире восторжествует принцип верховенства законов морали. Богочеловече-ская сущность христианства проявляется в том, что бессмертие лично­сти мыслимо только через воскресение, путь к которому открыт иску­пительной жертвой Христа через крест и воскресение. Это сфера тайны

и чуда, ибо человек выводится из сферы действия природно-косми-ческих сил и стихий и ставится как личность лицом к лицу с Богом, который тоже есть личность.

Отношение к смерти и бессмертию в буддизме отличается от му­сульманского и христианского. Одна из ключевых идей буддизма — бла­гоговение перед любой формой жизни. Признается только один вид «дивного бессмертия» — нирвана, сущность которой — отсутствие жела­ний, страстей, уход от мира, полный покой. Человек становится твор­цом собственной судьбы и самого себя.

Существуют нетрадиционные концепции бессмертия человека. Они нашли свое отражение в философии русского космизма (Н.Ф. Федоров, К.Э. Циолковский и др.). Н.Ф. Федоров сложным путем регуляции при­роды силами науки и техники, переустройства человеческого организма и управления космическими процессами видел возможность «воскре­шения отцов» — возвращения жизни всем нашим предкам. Для К.Э. Ци­олковского космос является живым существом, а человек — союзом бессмертных одухотворенных атомов, блуждающих во Вселенной и приходящих из одного организма в другой. «Мы везде жили и будем жить», — утверждал он.

Естественно-научные мотивы исходят из соображения, что любое материальное образование, в том числе человек, имеет временные гра­ницы существования, определяемые объективными законами природы. Человек должен примириться с этой необходимостью, но бороться с болезнями, преждевременной старостью. Нормальный срок жизни чело­века, по И.И. Мечникову, — 100-120 лет.

Пантеистическая и материалистическая философия Нового времени отодвигает проблему личности на периферию философских исследова­ний, в связи с чем проблема смерти как индивидуального существова­ния теряет свою остроту. Преодоление смерти в философии марксизма — это растворение в жизни «рода», символическое бессмертие результа­тов человеческого творчества. В философии психоанализа стремление к смерти (Танатос) — обратная сторона противоположного влечения (Эрос). В работах экзистенциалистов Ж.П. Сартра, А. Камю говорится о противостоянии смерти, сопротивлении ей, освобождении от нее.

Нельзя не сказать о многочисленных попытках использовать новей­шие естественно-научные знания для обоснования бессмертия души. Высказываются предположения, что этому могут способствовать дости­жения методов генной инженерии и средств реанимации. Формируется новая наука о бессмертии — иммортология. Автор оригинальной кон­цепции биоисиполя белорусский ученый А.К. Манеев считает возмож­ным залогом бессмертия существующую безначально целостную реаль­ность невещественного полевого типа, субстанцию психическо-

биологического характера, являющуюся конечной причиной всего суще­го во Вселенной. Производные этой субстанции — биопсиполя. Возник­нув, они оказываются вечными, бессмертными реалиями. Входя в состав живых вещественных систем, они выполняют функцию «души» и сохра­няются после биологической смерти человека.

Проблема смерти неодолимо порождает вопрос о цели и смысле жизни. Зачем, ради чего живет человек? В этом вопросе есть субъек­тивная и объективная сторона. Субъективная сторона проблемы смысла жизни не имеет однозначного ответа и решается каждым человеком индивидуально, в зависимости от мировоззренческих установок, культу­ры, традиций и т.д. Пределом стремлений могут быть наслаждение, ду­шевный покой и удовлетворенность, спасение души, личное самоусо­вершенствование, успех, благочестие и т.д. Сократ видел смысл земной жизни в подготовке к вечной, потусторонней жизни. В эпоху Возрожде­ния смыслом и целью существования провозглашали земные счастье и блаженство. Однако, гуманизм эпохи Возрождения породил и индиви­дуализм: индивидуалист видит жизнь в самом себе, а ее смысл — в соб­ственном удовольствии. Не лучше обстоит дело и в наш век. «Обилие низкопробной «культурной» продукции, стимулирующей разнузданность инстинктов, лишает жизнь человечности, снижая ее ценность до про­дажной цены», — с горечью пишет Л.П. Буева1.

Но каждый человек — частица рода человеческого. Осознание един­ства жизни человека и человечества со всем живым на планете, с ее биосферой и с потенциально возможными формами жизни во Вселен­ной имеет огромное мировоззренческое значение и делает проблему смысла жизни объективной.

К чести русской философии, на всех этапах ее развития, как уже указывалось выше, особо важную роль играло нравственное начало, философия Добра «через все осуществляемого», философия «мы», ут­верждающая, что спастись можно только всем вместе, принцип собор­ности не только в условном понимании, но имеющий значение для ре­шения проблем общественной жизни. Тот же русский космизм с его «общим» делом», с его гуманизмом воссоединения, заботы о Земле, биосфере, Космос с заботой о каждом человеке — пример объективного решения вопроса о смысле жизни.

«Смысл» есть разумное осуществление жизни, а не ход звездных ча­сов, смысл есть подлинное обнаружение и удовлетворение тайных глу­бин нашего «Я», а наше «Я» немыслимо вне свободы, ибо свобода … требует возможности нашей собственной инициативы, а последняя

1 Человеческая жизнь в социокультурном контексте // Сб. материалов сове­щания по философским проблемам современной медицины. М., 1997. С. 24.

предполагает … что есть нужда в творчестве, в духовной мощи, в пре­одолении преград». Жизненный путь — это «… путь борьбы и отрече­ния — борьбы Смысла жизни против ее бессмысленности, отречения от слепоты и пустоты ради света и богатства жизни», — писал С.Л. Франк1. Нельзя не привести отрывки из «Притчи о Белом Ките» рано ушед­шего от нас самобытного философа H.H. Трубникова, притчи, специ­ально посвященной проблеме жизни и смерти, проблеме смысла жизни и ответственности за нее ныне живущих.

«Полюби же ты, наконец, эту жизнь, твою, единственную, ибо другой не будет никогда… Полюби ее, и ты легко научишься любить и ту, другую, чужую жизнь, так по-братски переплетенную с твоею, — тоже единственную… Не бойся уме­реть, прожив. Бойся умереть, не узнав жизни, не полюбив ее и не по­служив ей. А для этого помни о смерти, ибо только постоянная мысль о смерти, о пределе жизни поможет тебе не забывать о предельной ценно­сти жизни»2. «… Мы уже не дети, нуждающиеся в опеке… не только призванные, но и избранные по достижении зрелого возраста стать Му­жами — Вседержителями этого мира, ответственные за все в нем проис­ходящее. Призванные и избранные устроить этот свой дом… Если наше дело есть дело мира, если мир мыслит себя нашей мыслью, говорит на­шим словом, продолжает себя в нашем продолжении, то с нас спрос, когда слово и дело мира расходятся»3.

Человек как биологическое индивидуальное существо смертен. Он не представляет собой исключения из материальных, в том числе био­логических, систем. Как и все, что обладает бытием, рано или поздно заканчивает свое существование и переходит в небытие, так и человек завершает свою жизнь процессом умирания. Вместе с тем индивид име­ет возможность вечного, т.е. относительно бесконечного, существования в ином — социальном — отношении. Поскольку существует род челове­ческий, постольку (по времени) может существовать и личность, то, что ею создано и в чем она воплощена. Жизнь человека продолжается в его детях, внуках, в последующих поколениях, в их традициях и т.п. Чело­век создает различные предметы, орудия труда, те или иные структуры общественной жизни, произведения культуры, научные труды, соверша­ет новые открытия и т.п. Сущность человека выражается в творчестве, в котором он самоутверждается и посредством которого обеспечивает свое социальное и более длительное, чем у индивида, существование.

1 Франк СЛ. Смысл жизни // Духовные основы общества. М., 1992. С. 197, 194.

2 Трубников H.H. Притча о Белом Ките // Вопросы философии. 1989. № 1.

ВВЕДЕНИЕ

В жизни каждого нормального человека рано или поздно наступает момент, когда он задается вопросом о конечности своего индивидуального существования. Человек — единственное существо, которое осознает свою смертность и может делать ее предметом размышления. Но неизбежность собственной смерти воспринимается человеком отнюдь не как отвлеченная истина, а вызывает сильнейшее эмоциональные потрясения, затрагивает самые глубины его внутреннего мира.

Поиском ответа на этот вопрос занимались и занимаются и мифология, и различные религиозные учения, и искусство, и многочисленные философии.

Но в отличие от мифологии и религии, которые, как правил, стремятся навязать, продиктовать человеку определенные его решения, если она не является догматической, апеллирует прежде всего к разуму человека и исходит из того, человек должен искать ответ самостоятельно, прилагая для этого собственные духовные усилия. Философия же помогает ему, аккумулируя и критически анализируя предшествующий опыт человечества в такого рода поисках.

Проблемы жизни и смерти

Жизнь и смерть — вечные темы духовной культуры человечества во всех ее подразделениях. О них размышляли пророки и основоположники религий, философы и моралисты, деятели искусства и литературы, педагоги и медики. Вряд ли найдется взрослый человек, который рано или поздно не задумался бы о смысле своего существования, предстоящей смерти и достижении бессмертия. Эти мысли приходят в голову детям и совсем юным людям, о чем говорят стихи и проза, драмы и трагедии, письма и дневники. Только раннее детство или старческий маразм избавляют человека от необходимости решения этих проблем. А. Л. Чехов в одном из писем написал: “Зафилософствуй — ум вскружится”, имея ввиду тот или иной способ решения проблем жизни и смерти. Однако подлинное философствование невозможно без обращения к этим вечным темам. Во всех философских системах так или иначе решался этот вопрос, а Шопенгауэр считал, что “смерть- подлинный гений, вдохновитель или Мусагет философии, отчего Сократ и определил ее как “подготовку к смерти”.

По сути дела, речь идет о триаде: жизнь — смерть — бессмертие, поскольку все духовные системы человечества исходили из идеи .противоречивого единства этих феноменов. Наибольшее внимание здесь уделялось смерти и обретению бессмертия в жизни иной, а сама человеческая жизнь трактовалась как миг, отпущенный человеку для того, что бы он мог достойно подготовиться к смерти и бессмертию.

За небольшими исключениями у всех времен и народов высказывались о жизни достаточно негативно. Жизнь — страдание (Будда, Шопенгауэр и др.); жизнь — сон (Веды, Платон, Лабрюйер, Паскаль); жизнь — бездна зла (древнеегипетский текст “Разговор человека со своим духом”). “И возненавидел я жизнь, потому что противны стали мне дела, которые делаются под солнцем, ибо все — суета и томление духа” (Экклезиаст); “Человеческая жизнь жалка” (Сенека); “Жизнь — борьба и странствие по чужбине” (Марк Аврелий); “Все пепел, призрак, тень и дым” (Иоанн Дамаскин); “Жизнь однозвучна, зрелище уныло” (Петрарка); “Жизнь — это повесть глупца, рассказанная идиотом, полная шума и ярости, но лишенная смысла” (Шекспир); “Жизнь человеческая не что иное, как постоянная иллюзия” (Паскаль); “Вся жизнь — лишь цена обманчивых надежд” (Дидро); “Моя жизнь — вечная ночь . что такое жизнь, как не безумие?” (Кьеркегор); “Вся человеческая жизнь глубоко погружена в неправду” (Ницше).

Об этом же говорят пословицы и поговорки разных на родов типа “Жизнь — копейка”. Ортега-и-Гассет определил человека не как тело и не как дух, а как специфически человеческую драму. Действительно, в этом смысле жизнь каждого человека драматична и трагична: как бы удачно не складывалась жизнь, как бы она не была длительна — конец ее неизбежен. Автор Экклезиаста так сказал об этом: “Кто находится между живыми, тому есть еще надежда, так как и псу живому лучше, нежели мертвому льву”. Столетиями спустя греческий мудрец Эпикур пытался решить этот вопрос вопросов так: “Приучай себя к мысли, что смерть не имеет к нам никакого отношения. Когда мы существуем, смерть еще не присутствует, а когда смерть присутствует, тогда мы не существуем”.

Смерть и потенциальное бессмертие — самая сильная приманка для философствующего ума, ибо все наши жизненные дела должны так или иначе соизмеряться с вечным. Человек обречен на размышления о смерти и в этом его отличие от животного, которое смертно, но не знает об этом. Правда, животные чуют приближение смерти, особенно домашние, и их предсмертное поведение чаще всего напоминает мучительные поиски уединения и успокоения. Смерть вообще — расплата за усложнение биологической системы. Одноклеточные практически бессмертны и амеба в этом смысле счастливое существо. Когда организм становится многоклеточным, в него как бы встраивается механизм самоуничтожения на определенном этапе развития, связанный с геномом.

Столетиями лучшие умы человечества пытаются хотя бы теоретически опровергнуть, этот тезис, доказать, а затем и воплотить в жизнь реальное бессмертие. Однако идеалом такого бессмертия является не существование амебы и не ангельская жизнь в лучшем мире. С этой точки зрения человек должен жить вечно, находясь в постоянном расцвете сил, напоминая гетевского Фауста. “Остановись мгновенье”,- это девиз такого бессмертия, импульсом которого является по словам Ортега-и-Гассета “биологическая витальность”, “жизненная сила”, родственная той, “что колышет море, оплодотворяет зверя, покрывает дерево цветами, зажигает и гасит звезды”. Человек не может смириться с тем, что именно ему придется уйти из этого великолепного мира, где кипит жизнь. Быть вечным зрителем этой грандиозной картины Вселенной, не испытывать “насыщения днями” как библейские пророки — может ли что-то быть более заманчивым?

Но, размышляя об этом, начинаешь понимать, что смерть — пожалуй, единственное, перед чем все равны: бедные и богатые, грязные н чистые, любимые и нелюбимые. Хотя и в древности, и в наши дни постоянно делались и делаются попытки убедить мир, что есть люди, побывавшие “там” и вернувшиеся назад, но здравый рассудок отказывается этому верить. Требуется вера, необходимо чудо, какое совершил евангельский Христос, “смертью смерть поправ”. Замечено, что мудрость человека часто выражается в спокойном отношении к жизни и смерти. Как сказал Махатма Ганди: “Мы не знаем, что лучше — жить или умереть. Поэтому нам не следует ни чрезмерно восхищаться жизнью, не трепетать при мысли о смерти. Мы должны одинаково относиться к ним обоим. Это идеальный вариант”. А еще задолго до этого в “Бхагавадгите” сказано: “Воистину, смерть предназначена для рожденного, а рождение неизбежно для умершего. О неизбежном — не скорби!”

Вместе с тем, немало великих людей осознавали эту проблему в трагических тонах. Выдающийся отечественный биолог И. И. Мечников, размышлявший о возможности “воспитания инстинкта естественной смерти”, писал о Л. Н. Толстом: “Когда Толстой, терзаемый невозможностью решить эту задачу и преследуемый страхом смерти, спросил себя, не может ли семейная любовь успокоить его душу, он тотчас увидел, что это — напрасная надежда. К чему, спрашивал он себя, воспитывать детей, которые вскоре очутятся в таком же критическом состоянии, как и их отец? Зачем же им жить? Зачем мне любить их, растить и блюсти их? Для того же отчаяния, которое во мне, или для тупоумия? Любя их, я не могу скрывать от них истины, всякий шаг ведет их к познанию этой истины. А истина — смерть”.

Итак, можно выделить первое измерение проблемы жизни, смерти и бессмертия — биологическое, ибо это состояния являют по сути дела различные стороны одного феномена. Давно уже была высказана гипотеза панспермии, постоянного наличия жизни и смерти во Вселенной, постоянного их воспроизводства в подходящих условиях. Известное определение Ф. Энгельса: “Жизнь есть способ существования белковых тел, и этот способ существования состоит по своему существу в постоянном самообновлении химических составных частей этих тел”, акцентирует космический аспект жизни. Рождаются, живут и умирают звезды, туманности, планеты, кометы и другие космические тела, и в этом смысле не исчезает никто и ничто. Данный аспект наиболее разработан в восточной философии и мистических учениях, всходящих из принципиальной невозможности только разумом понять смысл этого вселенного кругооборота. Материалистические концепции строятся на феномене самопорождения жизни и самопричинения, когда, по словам Ф. Энгельса, “с железной необходимостью” порождаются жизнь и мыслящий дух в одном месте Вселенной, если в другом он исчезает.

Наиболее ярко и выпукло специфика человеческого бытия обнаруживается при рассмотрении смысла его жизни. Если жизнь человека заключается не в простом физическом выживании, не в сохранении тела, а имеет другие цели, которые заданы человеку извне или выбраны им самим, это значит, что она имеет смысл. Смысл жизни — это цели, идеалы и ценности, реализация которых выступает в качестве лейтмотива человеческого существования. На уровне обыденного объяснения смысл жизни — это, ради чего человек живет. Сократ, в ответ на обвинения его в распространении философских знаний, развращающих нравы, заявил, что он занимается философией потому, что она помогает ему разобраться в жизни. Жить, не разобравшись в том, что такое жизнь, не стоит. Сократ обнаружил, что многие его современники тратят свои жизни на достижение разнообразных целей, — богатства, славы, удовольствий, — и даже не задумываются, важно ли это.

Но если человек не задаст себе вопроса о смысле жизни и хорошо не поразмышляет над ним, он не может быть уверен в том, правильно ли он живет. И вся его жизнь может оказаться напрасным изживанием времени. Альбер Камю — французский философ, живший двумя с половиной тысячелетиями позже Сократа — писал: «Решить, стоит или не стоит жизнь того, чтобы ее прожить, — значит ответить на фундаментальный вопрос философии. Все остальное — имеет ли мир три измерения, руководствуется ли разум девятью или двенадцатью категориями — второстепенно».45 Ф.М. Достоевский назвал вопрос «для чего жить?» тайной бытия человеческого.
Размышляя о смысле жизни человек, по сути, занимается самооправданием своей жизни, пытается убедить самого себя в том, что он живет не потому, что его «родили» на этот свет, не спрашивая его согласия, а потому что он выполняет определенную «миссию» и без его участия мир никогда не восполнит себя до целостности. Иметь смысл — значит иметь объективное разумное назначение, быть причастным к бытию вне себя.
Поиск смысложизненных ориентиров — не простая задача. Её пытаются решать простые люди, обыватели, и профессиональные философы. Все выработанные в течение истории философии концепции образа жизни можно разделить на два типа: субъективистские и объективистские. Первые включают в себя представления о смысле жизни, сформированные отдельными людьми исходя из их субъективных представлений о достойной жизни. Сторонники такого подхода к определению смысла жизни настаивают, что каждый человек имеет свое индивидуальное призвание в жизни, свой смысл жизни, отличный от смысла, вкладываемого в жизнь другими людьми. Объективистские (метафизические) концепции исходят из того, что жизнь человека имеет смысл лишь постольку, поскольку она ориентирована к реализации целей, выходящих за пределы только его индивидуального бытия. Осмысленной может быть жизнь и деятельность, которые руководствуются не случайными влечениями, не капризной игрой страстей и произволом, а единым, разумным, высшим началом, проникающим все стороны жизни до конца. Этим началом, осмысливающим жизнь и деятельность, может быть только цель, имеющая безусловное значение, безусловную объективную ценность. Если человек ставит перед собой индивидуальные, субъективные цели, которые не соотносятся с объективными целями и ценностями, то рано или поздно встанет вопрос о смысле и значении этих индивидуальных целей. Очень ярко изобразил это несоответствие между условной целью и стремлением к безусловному А.П.Чехов в рассказе «Крыжовник». Мечтой жизни героя рассказа было приобрести небольшой домик с участком, на котором обязательно должен расти крыжовник. Эту мечту ему, в конце концов, удалось осуществить, однако можно ли считать достижение такой цели реализацией смысложизненного предназначения? Автор рассказа пишет, что когда он увидел этого человека, достигшего предела своих мечтаний, на него пахнуло страшной тоской, пустотой и бессмыслицей такого «счастья».
Индивидуальные цели и ценности, в реализации которых человек видит смысл своей жизни, не могут иметь безусловного, самодовлеющего значения. Они носят относительный и условный характер и требуют для своего обоснования безусловной и абсолютной цели. Содержание этой цели выступает в качестве одного из оснований для классификации философско-теоретических моделей смысла жизни. Историческая реконструкция этих моделей позволяет выделить несколько типичных представлений о смысле жизни, разработанных философами с античности до нашего времени.

Философия о жизни, смерти и бессмертии человека

Жизнь и смерть – две грани человеческого бытия. Многие философы считают, что невозможно в полной мере понять сущность жизни, не поняв сущности смерти. В отношении к смерти проявляется отношение к жизни. Уже в учении Демокрита прослеживается идея диалектической взаимосвязи жизни и смерти.

Человек – единственное существо, которое в течение всей свой жизни осознает ее конечность, а не просто чувствует ее приближение, как животное.

С точки зрения науки, смерть – это, прежде всего, гибель индивидуального тела, переход его в особое состояние, несовместимое с жизнью.

В философском понимании смерть – это осознанная необходимость, предопределенная природой человека. Думать о смерти человека заставляют, как правило, сильные страдания. Страх смерти переживает каждый человек. Переживает за себя, своих близких и родственников. Страх смерти действует на человека угнетающе. Но страх смерти, как это ни парадоксально, в определенном смысле и полезное явление. Страх перед смертью служит предупреждением о надвигающейся опасности. Утратив его, человек как бы теряет свою защитную броню. Именно страх смерти удерживает человека от поступков и действий, опасных для жизни. Таким образом, страх смерти способствует сохранению человеческого рода.

В религиозных учениях страх перед смертью «нейтрализуется» верой в бессмертие души.

В мифах различных народов мира существует кроме земного мира царство мертвых. Смерть в представлениях древних народов не является естественным, неизбежным явлением, а представляет собой результат козней злых духов, которые, пробираясь в организм человека, постепенно уничтожают его. Поэтому, согласно мифологическим представлениям, люди должны бороться со злыми духами и божествами, которые несут человеку смерть. В одном из древнегреческих мифов повествуется о том, как Зевс, рассердившись на Сизифа за измену, послал к нему смерть, но Сизиф заковал ее в крепкие оковы, и люди перестали умирать. Однако, Аид освободил Смерть от оков и она одолела Сизифа. Этот древнегреческий миф говорит о бессилии человека в борьбе со смертью, тщетности его попыток перейти границы жизни.


Философы отмечают и положительную сторону смерти. «Смерть — это благо», — утверждают некоторые из них. По мнению М. Монтеня, смерть является не только избавлением от болезней, она – избавление от всякого рода страданий.

С научных позиций смерть является необходимой, неотъемлемой частью бытия всего живого. Она является регулятором и организатором жизни. Все организмы в благоприятной среде размножаются в геометрической прогрессии. Этот мощный «напор жизни» очень быстро переполнил бы земную биосферу. Одни поколения освобождают место для жизни других, и в этом видится залог эволюции организмов на планете.

Проблема возможности жизни после физической смерти человека волновала человечество с глубокой древности.

Бессмертие – это понятие, которым обозначается проблема жизни после смерти.

Эта проблема ставит ряд философских вопросов. Бессмертие – это какая-то форма жизни после смерти физического тела или бесконечно длительная жизнь конкретного человека как телесно-духовного существа?

В философии, науке и религии рассматриваются различные варианты.

С религиозной точки зрения бессмертной является только духовная составляющая человека (душа), физическое тело неизбежно должно умереть.

Сходной является широко распространенная в философии материалистическая точка зрения, согласно которой бессмертными являются только плоды творческой деятельности человека: идеи и произведения. Они включают в себя и научные, и философские идеи, и произведения искусства, литературного и музыкального творчества, технические достижения, т.е. все, что создано человеком и представляет ценность для других людей. К элементам жизни человека, не исчезающим после его смерти, относятся также дети как телесно-духовное продолжение человека, хотя и не повторяющее полностью его самого. При этом надо помнить, что все творения человека имеют материальное воплощение, носителями идей являются люди, а, следовательно, они через определенный промежуток времени также могут перестать существовать.

При всем многообразии подходов к пониманию бессмертия человека их можно объединить в несколько типичных вариантов:

6. биосоциальное бессмертие – продолжение жизни в потомстве и продуктах деятельности. Такое понимание присутствует не только в материалистическом направлении философии, но и в мировоззрении патриархальных и восточных культур. П.С. Гуревич отмечает, что любой представитель этих культур стремится как бы раствориться в других представителях своего рода. Человек отождествляет себя не столько с самим собой, сколько с родом (племенем, кланом).

7. творческое бессмертие – продолжение себя в общественном сознании через индивидуальное творчество, индивидуальную деятельность на благо общества.

8. теологическое бессмертие – земная жизнь является лишь необходимым этапом на пути к истинной жизни – внеземной.

9. натуралистическое бессмертие – продолжение жизни в слиянии, единении с природой, ощущении себя частицей мира.

10. символическое бессмертие – попытки раздвинуть границы жизни при изменении состояния сознания, что достигается при помощи медикаментозных и других средств. Праобразом такой формы бессмертия в патриархальных культурах были различные празднества, которые создавали иллюзию возможности жизни в иных формах.

Но проблема бессмертия является предметом размышлений не только философов, но и ученых. Исследования С.П. Боткина и И.И. Мечникова по изучению процесса старения организма и увеличения продолжительности жизни, В.И. Вернадского, выдвинувшего идею вечности геологической жизни, Р. Моуди, изучавшего опыт людей, переживших клиническую смерть, С. Грофа, посвященные изучению различных состояний сознания человека, Н.П. Бехтеревой по нейрофизиологии мозга и многие другие дают все новые и новые данные для осмысления проблемы жизни, смерти и бессмертия человека.

В условиях рациональной цивилизации доказать бессмертие (хотя бы души) человека стандартными логическими и практическими процедурами невозможно, поэтому в области науки исследования жизни после смерти наталкиваются на большие трудности.

В начале 20 в. Американский биолог Алексис Карел (Рокфеллеровский центр в Нью-Йорке) поставил эксперимент: кусочек сердечной мышцы куриного эмбриона поместил в условия, обеспечивающие питание и удаление отходов жизнедеятельности. Эксперимент длился 35 лет, и ткань оставалась живой. Величина кусочка удваивалась каждые 48 часов. Новые слои ткани периодически удалялись для обеспечения питания и очищения. Данный эксперимент показал возможности значительного продления жизни тканей и, следовательно, организмов.

Н. Бердяев считал, что проблема бессмертия, прославления жизни как универсальной ценности – самая главная проблема человечества. Человек, по его мнению, — существо, стоящее перед смертью в течение всей своей жизни, а не только в свой последний час. Он ведет борьбу за жизнь и бессмертие.

Тема бессмертия человека постепенно перерастает в современном мире в тему бессмертия человечества.

Добавить комментарий

Закрыть меню