Септуагинта на русском читать

Септуагинта и Масоре́тский текст

⇐ Предыдущая1234Следующая ⇒

LXX или греческий текст Семидесяти Толковников– это первый по времени (от III в. до Р. Х.) греческий перевод Свящ. Писания Ветхого Завета, отражающий один из древних вариантов еврейского текста.

В середине III века до н. э. царь Птолемей II Филадельф, правитель эллинистического Египта и собиратель редких манускриптов для знаменитой Александрийской библиотеки, пожелал иметь в своем распоряжении греческий перевод еврейского Священного Писания. Возможно, он нуждался в адекватной версии Закона, по которому жила немалая часть его подданных (а в Александрии в то время была многочисленная еврейская община), а может, просто был заинтригован древним текстом. Как бы то ни было, еврейская община отнеслась к его приказу с энтузиазмом, ведь к тому времени евреи, рассеянные по Восточному Средиземноморью, говорили уже, в основном, на греческом.

«Перевод Семидесяти Толковников», «Семьдесят», «Септуагинта» (латинизированная форма), «LXX» (сокр.) – название по фигурирующему в истории перевода числу переводчиков (70 или 72), специально пришедших для этого из Палестины в Египет.

Когда в середине XX века около Мертвого моря были найдены свитки из собрания Кумранской общины, пролежавшие в пещерах девятнадцать столетий, оказалось, что даже во времена Иисуса Христа и апостолов единого варианта Писания у евреев просто не существовало. Одни рукописи легли в основу Септуагинты (до нас они не дошли), другие – в основу традиционных иудейских изданий Библии.

В ранней Церкви было принято пользоваться именно Септуагинтой. Апостолы, писавшие на греческом языке, обращались не к древнееврейскому тексту, а именно к Септуагинте. Ссылаясь на Писание, они имели в виду именно ее.

Масоретский текст (МТ) – это унифицированный текст еврейской Библии; в иудаизме – нормативный текст Священного Писания. Работа по стабильности и унификации еврейского текста в VI – IX вв. велась продолжателями традиции древних «книжников», так называемыми «масоретами» (от евр. «масора» – предание); отсюда и произошло название «масоретский текст». В период VIII – X вв. масореты снабдили древнееврейский текст огласовками. До этого текст Ветхого Завета на древнееврейском передавал согласные буквы.

О Ветхом Завете

Ветхий Завет рассказывает, как Господь открыл Себя в чудесных делах спасения и в неподкупных судах. Бог некогда призвал Авраама из всех народов и обещал ему и его потомкам благословение. Он вывел отцов из Египта и заключил с ними догово́р (завет) на Синае. Израиль — народ-собственность Бога, избранный Им из всех народов.

И, тем не менее, Библия открывается не этой историей избрания. В начале описана история начала (Быт 1 и дал), которая рассказывает о судьбе всех народов, об их путях и заблуждениях, даже о сотворении всего мира. В этой семье народов имеет начало и Израиль. Отцы Израиля некогда вышли из этнического мира языческих народов, и в конце путь Авраама и его потомков должен быть благословением народов (ср. Быт. 12,3). Таким образом, Израиль избран не ради самого себя. Даже в своих самых особых судьбах он связан с судьбой мира языческих народов.

Книги Ветхого Завета повествуют о том, что предшествовало этому договору (сотворение мира, грехопадение первых людей, призвание Авраама и история его потомков); о том, как этот договор был заключен и о том, как он воплощался в истории израильского народа. Все события из жизни этого народа понимаются, прежде всего, как та или иная ступень отношений Бога и Его народа, и только во вторую очередь они имеют политическое, социальное или экономическое значение.

Грех человека исказил как этот прекрасный мир, так и его самого, в результате чего любовь людей к Богу и между собой стала редким явлением в этом мире. Бог, будучи любящим Отцом человека, не пожелал, чтобы он погиб окончательно и вмешался в историю этого мира, дабы человек смог спастись и снова обрести общение с Ним, гармонию с самим собой и миром, движимую Духом Святым. Он призвал определенный народ для того, чтобы он стал носителем Его воли, живущим по принципам, отличающимся от многих принципов жизни окружающих его обществ, чтобы сталсвятым: «Будьте предо Мною святы, ибо Я свят Господь , и Я отделил вас от народов, чтобы вы были Мои» (Лев 20,26; также 20,24; Исх 19,5-6). Еврейское слово קֹדֶשׁ «qōdeš», обозначающее «святость», происходит от קָדַשׁ «qādaš» «отделить», «выделить». В самих текстах Ветхого Завета Бог Израиля именуется Святым: Пс 21,4; 70,22; Ис 40,25; 43,15; 57,15; Ос 11,9. Он несопоставим ни с кем в этом мире, Он совершенно иной: «Кому же вы уподобите Меня и с кем сравните? говорит Святой» (Ис 40,25). (Также Ос 11,9; Ис 43,10b; 44,6). Народ Израиля должен был быть выделенным от других народов для осуществления спасительных целей и замыслов Господа в мире. Научившись жизни, согласно замыслу Божьему, он стал бы светом и для остальных людей, чтобы все человечество узнало, что кроме Господа нет другого Бога и Спасителя. Откровение, данное Богом Израилю, должно было стать всеобщим достоянием всех людей, чтобы все народы обратились и вернулись к Единому Истинному Богу (Ис 2,1-4; 42,6; 43,10; 44,6-8; 49,6b; 51,4; Втор 4,5-8; Мф 5,16) и мир обрел потерянную гармонию и целостность.

Пятикнижие

Ветхий Завет открывается Пятикнижием, которое представляет собой комплекс, состоящий из пяти книг, объединенных единством сюжета и идейного замысла и представляющих собой краеугольный камень Библии. Его можно назвать сердцевиной Ветхого Завета, фундаментом, на котором покоится все здание Ветхого Завета. Последующие тексты Библии невозможно понять без Пятикнижия.

В еврейской Библии этот корпус книг именуется словом תּוֹרָה «tôrā», которое обычно передается как «закон» (греч. νόμος, лат. lex), но исходный его смысл – «учение», «наставление», «указание».

Пятикнижие (Тора) по своему содержанию представляет собой целое и завершенное произведение, включающее в себя следующие основные богословские темы:

Творение мира и человека Быт 1-11

Предки израильтян Быт 12-50

Исход Исх 1-15

Странствия в пустыне Исх 16-18

Синайское Откровение Исх 19,1 – Числ 10,10

Странствия в пустыне Числ 10,11 – 36,13

Истолкование Синайского Откровения Втор 1 – 34.

Богословским центром Пятикнижия является книга Левит, которая в основном состоит из законодательных текстов, цель которых дать возможность Израилю стать святым народом Божиим (Лев 19,2; 20,26 и др.).

В ней описан проект устройства жизни иного народа, с которым поселился Бог (Исх 25,8), Израилю указывается, как ему следует осуществлять Божественный план, определенный в словах Господа: «Моя вся земля, а вы (т. е. израильтяне) будете у Меня царством священников и народом святым» (Исх 19,5-6).

Понятие о Завете

Изначально общение между Богом и человеком являлось теснейшим и непреложным. Так происходило до вселенского события отпадения человека от Бога Творца, когда это общение было почти разорвано. Но человек по своему существу всегда нуждался в общении с Богом и в Его поддержке, он всегда нуждался в жизни вместе с Ним, поскольку принципиально не может существовать вне Бога. Он так устроен онтологически. И после грехопадения человечество различными путями всегда искало Бога, общения и связи с Ним.

Сами же люди между собой связывались на древнем Ближнем Востоке посредством договоров и контрактов, дающих им определенные права и возлагающих на них обязанности, которые были чаще всего взаимными. Мирные соглашения (Быт 14.13,21 слл; 26,28; 31,44 слл; 3 Цар 15,19), братские (Ам 1,9), дружеские (1 Цар 23,18) и брак (Мал 2,14) являлись соглашениями между равными группами или лицами в целях взаимопомощи. Существовали также и неравные договора, когда сильная сторона обещала свое покровительство слабой стороне, обязующейся со своей стороны служить ей и исполнять определенные обязательства. На древнем Востоке широко применялись эти вассальные договора: Нав 9,11-15; 1 Цар 11,1.

Отношения между богами/богом и человеком были представлены также в форме договоро́в и заветов (Исх 23,32). Это имелось на всем древнем Ближнем Востоке. Например, один из текстов царя шумерского города Лага́ша Уруинимгина (XXIV в. до. н. э.) содержит следующее: «Чтобы сироте и вдове сильный человек ничего не причинил, он (Уруинимгина) заключил с Нин-Нгирсу этот завет», а в финикийской надписи VII в. до н. э. сказано:

(бог) Ашшур установил с нами завет (договор)

долговременный.

Все сыны бога установили с нами,

Все руководители совета священных с нами,

Завет неба и земли, навсегда,

Завет Баала, владыки земли… .

Истинный Бог, Творец и Господин этого мира, некогда явившийся сначала Аврааму, а затем его потомкам, и впоследствии Моисею и всему Израилю, учитывая человеческую культуру того времени, в Своем Откровении решил заключить с народом Израиля договор: «если вы будете слушаться гласа Моего и соблюдать завет (בְּרִית) Мой, то будете Моим уделом из всех народов, ибо Моя вся земля, а вы будете у Меня царством священников и народом святым» (Исх 19,5-6).

Термин בְּרִית «bərît», употребляемый при этом, является юридическим и означает как «договор», «союз», так и «завет». Взаимоотношения между Господом и Израилем предстают по форме государственных и политических договоров, как союз между сюзереном и вассалом. При таком союзе Бог берет под Свое покровительство израильский народ, защищает его и спасает при выполнении народом Его законов и принципов (Исх 23,21-33; 32,7-10; Втор 7-8; 11,26-28; 26,16-19; 28). Таким образом, все законы и установления, нормы права, имеющиеся в текстах Пятикнижия, предстают как условия данного договора, как права и обязанности, вытекающие из него.

В LXX בְּרִית «bərît» зачастую переводится словом διαθήκη. Слово διαθήκη – «наставление, данное кому-либо», «завещание» (в смысле «последнего наставления или воли», а также «документа, содержащего распоряжение кого-либо о его имуществе, которое вступает в силу после его смерти»). Употребляется в переносном смысле с акцентом на обязательный характер. Это постановление, когда только один Бог устанавливает Свои условия.

Перевод 70 толковников = Септуагинта. Септуагинта (Перевод Семидесяти) представляет собой наиболее древний и систематизированный перевод книг Священного Писания иудеев на язык народа не исповедующего иудаизм, а именно – на древнегреческий. Деметрий Фалерский -основатель и первый хранитель Александрийской библиотеки, посоветовал царю Плотомею II Филадельфу переписать , а также перевести на греческий законы иудеев, чтобы иметь их в библиотеке в числе прочих книг.

Поскольку язык иудеев значительно отличается и от греческого, и от сирийского, в том числе – иным направлением письма было решено привлечь к переводу священных книг иудеев из Иерусалима.

С «Переводом семидесяти толковников» связан миф о чуде, об иерофании, позволившей создать этот замечательный текст.

Миф о чудесном «сотворении» впервые появляется в так называемом «Письме Аристея», считающегося одним из известнейших пропагандистских творений александрийского иудаизма. В этом письме, адресованном воображаемому брату Филократу, Аристей, военачальник Птолемея, рассказывает, как был послан царем в Иерусалим с просьбой к первосвященнику Елеазару о переводе древнееврейского Закона (Ветхого Завета) на греческий язык.

«Письмо Аристея», яркий пример иудейской апологетики, представляло Птолемея II, политический и цивилизаторский авторитет которого общеизвестен, склонившимся перед богом Израиля: по преданию, Птолемей семь раз преклонил колена перед свитками Священного Писания, прибывшими из Палестины, и в течение семи дней за праздничным столом вел беседы с прибывшими к нему переводчиками будущей Септуагинты.

В «Письме Аристея» впервые еврейский Закон был назван «Книгой» — Библией.

Другой возможной причиной перевода иудейской Библии на греческий язык является стремление древнееврейских священников распространить идеи иудаизма на другие страны, прежде всего на народы Средиземноморского бассейна. Учитывая доминирующую роль греческого языка в этом регионе, можно вполне допустить, что греческая версия Ветхого Завета была призвана выполнить важную миссию – внедрить в сознание многих народов идеи древнееврейского монотеизма.

Однако согласно легенде, по просьбе глав еврейских общин в Египте царь и повелел перевести Ветхий Завет на греческий язык. Следует подчеркнуть, что перевод этот изначально предназначался не для греков, а для евреев, знавших лишь греческий язык.

Для выполнения перевода первосвященник Иерусалима направил в Египет 72 (по шесть человек от каждого «племени») старца-ученых, добродетельных и в совершенстве владевших древнееврейским и греческим языками. Переводчики были размещены изолированно друг от друга, не имея возможности общаться. По истечении 72 дней они одновременно закончили работу по переводу Ветхого Завета (по некоторым версиям, только Пятикнижия – первых пяти книг, Книг Моисеевых: Бытие, Исход, Левит, Числа, Второзаконие). При сличении их переводов оказалось, что все они совпали слово в слово. Видно, каждый из переводчиков во время работы находился в контакте с Богом, поэтому исходный Священный текст просто не мог быть подвергнут ни малейшему искажению.

Этот мифический вывод весьма важен для теории и истории перевода. Он показывает, что уже в тот период перевод отчетливо воспринимался как индивидуальное творчество, а раз индивидуальное, то и неповторимое, не воспроизводимое полностью во всех деталях. Поэтому полное совпадение текстов переводов, выполненных разными людьми, могло быть расценено только как воля Божия, как наличие непосредственной духовной связи каждого переводчика с Всевышним.

Для истории и теории перевода, несмотря на всю историческую неопределенность и безусловную мифологичность версии о создании Септуагинты, важным является то, что переведенный на греческий язык текст Ветхого Завета составил одну из важнейших вех. На самом деле роль Септуагинты в истории европейской цивилизации оказалась весьма серьезной.

Во-первых, Септуагинта оказалась первым (возможно, одним из первых) переводом древнееврейского текста на европейский язык. Во-вторых, если верить легенде, это была первая из зафиксированных историей попыток коллективного перевода.

В-третьих, Септуагинта, реально существовавший текст Ветхого Завета на греческом языке, стала первым посредническим источником, нередко основным, как для последующих переводов этого произведения на самые разные языки Европы, так и для их сравнительного изучения.

Текст Септуагинты до сих пор привлекает к себе внимание исследователей. Так, в одной из недавних работ, посвященных версии семидесяти толковников, отмечается разнообразием переводческих приемов, стремление к дословности, сочетающееся с относительной свободой в выборе эквивалентов.

Первоначальный текст Септуагинты не сохранился. Её копии, сделанные последовательно на протяжении многих веков, хранят в себе ошибки и описки переписчиков, а иногда и свидетельства их фантазий, вызванных желанием «улучшить» оригинальный текст. Это служит ещё одним объяснением несовпадения текстов.

Эти разночтения в известной степени затруднят реконструкцию архитектуры «библейского храма». Но именно эти разночтения привлекают внимание к Септуагинте как к переводному тексту, заставляя задуматься о том, какие трансформации претерпел оригинальный древнееврейский текст под пером древних переводчиков.

Историки, сравнивавшие текст Септуагинты с древнееврейским оригиналом, нередко утверждают, что Септуагинта являет собой пример буквального перевода. По мнению Л.Маневича она «представляет собой в высшей степени буквальный перевод, изобилующий кальками с древнееврейского языка». В то же время ряд исследователей полагает, что Септуагинта вовсе не однородна по своей переводческой стратегии.

Современный исследователь А.Десницкий также отмечает и другие признаки преобразования исходного древнееврейского текста. Он говорит, в частности, о так называемом стилистическом «тонировании» текста. О его идеологической коррекции, о поэтике, заключающейся в подборе созвучных слов и ритмизации текста. Все эти преобразования в известной степени демонстрируют стремление всякого переводчика сделать текст соответствующим нормам переводящего языка и литературным традициям, сложившимся в языке перевода в данную историческую эпоху.

Септуагинта послужила источником для первого перевода Библии на латинский язык. В разных источниках приводятся различные варианты самого древнего перевода библии на латинский язык: Itala, Vetus Itala, Vetus Romana, Vetus Latina. Однако Септуагинта долгое время служила основной книгой католического богослужения в Европе.

Септуагинта использовалась и св.Иеронимом в работе над Вульгатой – новой латинской версией Ветхого Завета, сделанной в конце IV века, хотя и не составляла для него единственного и даже главного источника, но послужила по меньшей мере справочным материалом. Считается, что именно с Септуагинты был сделан первый перевод библии на славянский язык Кириллом и Мефодием.

Птолемей второй, по прозванию Филадельф, построив библиотеку в городе Александрии, в так называемом Врухие, местности, находящейся в том же городе, поручил эту самую библиотеку попечению некоего Димитрия Фалерейского, приказав ему собрать в нее отовсюду книги поэтов и других писателей. Когда же собрано было книг до пятидесяти четырех тысяч, тогда царь посылает к иерусалимлянам письмо и золотую трапезу весом во сто талантов вместо трапезы, захваченной из святого места в Иерусалиме, прося прислать ему все Священное Писание евреев. Они же, с радостью и без замедления переписав книги золотыми еврейскими буквами, выслали ему именно двадцать одну книгу, а по их исчислению, двадцать две книги канонические и семьдесят две апокрифические. Но царь, получив книги и раскрыв, не мог прочитать их, а потому вынужден был написать им другое письмо, прося выслать к нему толковников, которые могли бы перевести ему написанное по-еврейски на греческий язык. Тогда учители евреев, избрав семьдесят два толковника из мужей от каждого колена, посылают их к царю по примеру того, как некогда сделал Моисей, восходивший на гору по повелению Господню и услышавший слова: «Возьми с собою седмьдесят мужей и взыди на гору» (Исх.24:1.12). Он же взял от каждого колена по шести, а всех вместе семьдесят два. Так сделали и они и послали семьдесят двух мужей, которые вместе с царем спали попарно на тридцати шести постелях, чтобы не поколебаться мыслью от соглашения с другими, и таким образом совершали свое дело. Ибо Птолемей, устроив раньше упомянутые домики и разделив каждый из них надвое, заключал в каждый по двое с утра до вечера, а вместе с ними заключал и по два отрока для услужения и для приготовления пищи, также и скорописцев. И не в стенах тех домиков устроил оконные дверцы, а сверху, в крыше, сделал отверстия, называемые анафотидами. Таким образом, проводя время с утра до вечера запертые на ключ, они совершили перевод. Каждой паре толковников дана была для перевода одна книга, как, например, Книга Бытия — одной паре, Исход сынов Израилевых — другой паре, Левит — третьей и прочие, подобно этому. И таким образом явилось Писание, переведенное тридцать шесть раз.

Когда же окончен был перевод всех книг, царь воссел на высоком престоле и тридцать шесть чтецов сели на полу, имея перед собою книги. И когда один читал, то не оказалось никакого разногласия. Столь чудесное дело Божие дает ясно видеть, что оные мужи имели дар Духа Святого. Где было убавлено у них что-либо, там убавлено было у всех вместе, и в убавленном не было нужды, а прибавление было нужно. Так переведенные на греческий язык книги положены были в первой библиотеке. А после нее построена была и иная библиотека, названная дочерью первой, в Серапиуме.
Текст взят с сайта А. Лебедева pagez.ru

СЕПТУАГИНТА (лат. «семьдесят») — название, закрепившееся в европейской культуре за первым по времени полным переводом еврейской Библии, или Танаха (см.; см. также Библия, Ветхий Завет), на иностранный язык, каковым явился греческий — язык международного общения эпохи эллинизма, когда и была создана С. Точнее, полное латинское название С. звучит как Interpretatio Septuaginta Seniorem — «Перевод семидесяти старцев» (в славянской традиции — «Перевод семидесяти толковников», или сокращенно «Перевод семидесяти»); краткое ее обозначение в научной литературе — LXX.

Перевод был выполнен еврейскими мудрецами-законоучителями, толкователями Торы и других разделов Танаха, в эллинизированном Египте (в Александрии) на протяжении 3—2 вв. до н. э. Как предполагают, свое название С. получила благодаря «Посланию Аристея» (предположительно 2 в. до н. э.) — произведению иудейско-александрийской греческой литературы, зафиксировавшему на письме легенду, сложившуюся в среде александрийских евреев еще в 3 в. до н. э. «Послание Аристея» написано анонимным автором-евреем в форме письма, якобы посланного греком Аристеем, придворным Птолемея II Филадельфа (285—246 до н. э.), своему брату Филократу. В нем рассказывается о том, как царь Птолемей, озабоченный пополнением знаменитой Александрийской библиотеки, приказал перевести на греческий язык Священное Писание евреев. Он отправил письмо в Иерусалим первосвященнику Элеазару с просьбой прислать в Александрию самых опытных переводчиков, сопроводив это письмо ценными дарами для Храма. Аристей во главе египетской делегации прибывает в Иерусалим и привозит с собой 72 мудрецов (по 6 человек от каждого колена Израилева; число в названии С. округлили до 70), равно безупречно знающих Тору и греческие обычаи. После возвращения Аристей подробно описывает Птолемею страну Иудею, Иерусалим, Храм и службу в нем, царь же устраивает десятидневный пир в честь прибывших мудрецов и убеждается в их великой мудрости. Затем мудрецы отправляются на о. Фарос и там, обеспеченные всем жизненно необходимым, принимаются за беспримерный труд перевода Торы на греческий язык. Они завершают его за 72 дня. Царь вместе с представителями еврейской общины Александрии одобряет этот перевод, и мудрецы с богатыми дарами отправляются назад в Иерусалим. При этом автор «Послания Аристея» утверждает, что иудаизм совершенно не противоречит греческой философии; это соответствовало взглядам высших слоев еврейского общества в Александрии.

Как предполагают исследователи, за легендой, рассказанной в «Послании Аристея» и еще более расцвеченной народной фантазией (переводы 72 мудрецов, выполнявшиеся строго самостоятельно, при сверке совпали слово в слово, и это чудо явилось подтверждением боговдохновенности переведенного текста), стоят определенные исторические реалии. Безусловно, причиной появления С. был не интерес Птолемея к еврейскому Священному Писанию, но нужды самой еврейской общины Александрии, гораздо лучше к 3 в. до н. э. говорившей на греческом, нежели на иврите. Александрийские евреи нуждались в греческой версии Торы и всего Танаха (впоследствии его полный перевод был также приписан 72 мудрецам) для богослужения и изучения, а потому и в легенде, обосновывавшей сакральный статус перевода. Однако перевод всего Танаха занял достаточно длительное время. Примерно в сер. 3 в. до н. э. был выполнен перевод Пятикнижия, а затем, в том же веке, переводы книг Ранних и Поздних Пророков (см. Пророки); переводы книг Писаний, или Агиографов, были выполнены во 2 в. до н. э. Так, в предисловии к Книге Премудрости Иисуса, сына Сирахова (см. Йеѓошуа Бен-Сира), написанном на греческом языке ее переводчиком на греческий, внуком Йеѓошуа Бен-Сиры, упоминается уже существующая версия «Закона, Пророков и других Писаний», т. е. всего Танаха. Однако некоторые исследователи полагают, что исторические книги Ранних Пророков были переведены во 2 в. до н. э., а Писания — в 1 в. до н. э. или даже позднее.

С. стала тем текстом, благодаря которому с еврейским Священным Писанием смогли познакомиться другие народы, однако в самой еврейской традиции она не признается аутентичной, хотя бы потому, что составление и окончательное закрепление иудейского канона происходило в Эрец-Йисраэль — Земле Израиля, или Палестине, где эллинизаторские тенденции никогда не были сильны, тем более после восстания Маккавеев (см.; см. также Хашмонаим) против Селевкидов в 167 до н. э. и полосы Маккавейских войн. Безусловно, законоучители, закреплявшие канон Танаха, исходили из того, что сакральный текст не может быть переведен абсолютно адекватно, что смысловые потери неизбежны, что перевод в строгом филологическом смысле слова является другим текстом. В С. действительно многие места переданы достаточно вольно, в связи с чем П. Э. Кале выдвинул гипотезу, что источником С. были Таргумы — вольные переводы Танаха на арамейский язык. Однако главной причиной неприятия С. еврейской религиозной традицией было то, что она стала базовым текстом для традиции христианской и вместе с Новым Заветом составила первоначальный канонический текст христианской Библии. Все более возраставшая вражда Христианской Церкви по отношению к иудаизму, стремление представить ею только христианство автором великих идей, сформулированных в Танахе, слишком прямое и грубое понимание инвектив пророков (см. Пророков Книги) в адрес собственного народа, концепция утраты избранности «Израилем во плоти» (т. е. еврейским народом; см. Избранный народ) и передачи ее «Израилю во духе» (т. е. Христианской Церкви), просто гонения, которые претерпевал еврейский народ, заставили еврейских законоучителей пересмотреть свое отношение к С. Народное же сознание восприняло ее возникновение как трагическую ошибку, которая привела к искаженному пониманию Писания и неисчислимым бедам для еврейского народа . Тем не менее, это нельзя интерпретировать как отказ от поисков универсальности, надэтничности религии Единобожия. Еврейская религиозная традиция как тогда, так и сейчас убеждена, что Танах несет в себе в высшей степени универсальный, общечеловеческий смысл, что в Торе содержатся заповеди и законы, данные через еврейский народ всему человечеству. Еврейская религия изначально мыслит себя как надэтническая: евреем может стать каждый, кто принял законы Торы, независимо от происхождения; народ понимается не как этническая, но как сакральная общность, связанная Заветом с Богом (см. подробнее Иудаизм). Отношение к С. вызвано определенным историко-культурным контекстом, специфической ситуацией болезненного размежевания двух традиций, генетически связанных друг с другом, когда — парадокс — Священное Писание евреев стало использоваться как аргумент против евреев. Уверенность же самой еврейской традиции в необходимости переводов Торы на другие языки и знакомства с нею других народов подтверждается новыми переводами на греческий язык, выполненными в начале Новой эры (в частности — перевод прозелита Аквилы, 2 в.), а также последующими переводами Торы и всего Танаха на различные языки мира, выполненными с благословения духовных лидеров еврейства.

Вместе с тем и появление С., безусловно, было проявлением присущего еврейской культурной и религиозной традиции порыва к всемирному, к универсальному, ее озабоченность судьбами всего человечества. С. С. Аверинцев замечает: «За рождением Септуагинты стоят серьезные сдвиги в самом духе иудаизма: в эпоху эллинизма и в первые десятилетия Новой эры этот дух был таким универсалистским и широким, как никогда до этого и никогда после. …в эллинскую и римскую эпохи восточные писатели — египтяне, халдеи, финикийцы и т. п. — наперебой пытаются вызвать у грекоязычных читателей интерес к истории и «мудрости» своих народов; но переводческая работа такого размаха осталась уникальной. Для нее понадобилась вера иудеев в мировую общезначимость Писания». По мнению Аверинцева, «творцам Септуагинты удалось создать органичный сплав греческого и семитического языкового строя, их стиль близок к разговорным оборотам и все же неизменно удерживает сакральную приподнятость и «отстраненность».

С. стала важнейшим фактором формирования христианского Священного Писания, ее текст до сих пор рассматривается Православной Церковью (см. Православие) как единственно аутентичный и канонический (с него выполняются переводы на другие языки).

С. является основным литургическим текстом для Греческой Православной Церкви (см. Элладская Православная Церковь), ее почитает Католическая Церковь (см. Католичество). Именно поэтому сохранилось значительное количество списков С.: более 30 рукописей 4—9 вв. и 350 рукописей 9—15 вв. В С. содержатся абсолютно все книги иудейского канона, но порядок их расположения (кроме Пятикнижия), порядок глав в некоторых из них, а также названия некоторых из них отличны от еврейских. Некоторые книги имеют дополнительные главы (Иеремия , Эстер , Даниэль ). В С. представлены также книги, которые получили широкую известность в еврейской культуре эпохи эллинизма и были переведены на греческий язык или изначально написаны на греческом, но которые были исключены по различным соображениям из Танаха (см. Второканонические книги, Псевдоэпиграфы). В целом книги Танаха и «внешние книги» (не вошедшие в Танах) расположены в С. в следующем порядке: Пятикнижие; исторические книги: Иисус Навин, Судьи, 1—4-я Книги Царств (в Танахе — 1—2-я Книги Самуила и 1—2-я Книги Царей), 1—2-я Книги Паралипоменон (в Танахе — 1—2-я Книги Хроник), 2-я Книга Эзры (Ездры; отсутствует в Танахе); 1-я Книга Эзры, Книга Эстер, второканоническая Книга Юдифь (Иудифь), Книга Товита, 1—4-я Книги Маккавеев (отсутствуют в Танахе); поэтические книги: Псалмы (см. Хваления), Оды (отсутствуют в Танахе), Притчи, Экклесиаст (см. Коѓэлет), Песнь Песней, Иов (см. Ийов), Премудрость Соломона (см. Шеломо; отсутствует в Танахе), Премудрость Сираха (см. Йеѓошуа Бен-Сира; отсутствует в Танахе), Псалмы Соломона (отсутствуют в Танахе); пророческие книги: Осия, Амос, Михей, Иоиль, Авдий, Наум, Аввакум, Захария, Малахия, Исаия (см. Йешаяѓу), Варух (см. Барух; отсутствует в Танахе), Плач, Послание Иеремии (отсутствует в Танахе), Иезекииль (см. Йехезкель), Сусанна (отсутствует в Танахе), Даниэль, Вил (Бел) и Дракон (отсутствует в Танахе).

С. важна для научного исследования текста еврейской Масоретской Библии (см. Масора), т. к. последняя была окончательно составлена, отредактирована и огласована позднее.

Г. В. Синило

Поделиться:

Септуагинта

Философский словарь

(от лат. «семьдесят») — перевод Ветхого завета на греч. язык, осуществленный, согласно легенде, за 72 дня переводчиками, приехавшими из Иерусалима в Александрию по приглашению егип. царя Птолемея II Филадельфа в середине 3 в. до н. э. Историч. критики эта легенда не выдерживает…

Библейская энциклопедия Брокгауза

Септуагинта (лат «семьдесят» — LXX) Этим лат числительным обозначается древнейший греч перевод ВЗ Название С восходит к легенде, излож в послании некоего Аристея (около 100 г до РХ), а также в трудах Иосифа Флавия Согл этой легенде, царь Птолемей II Филадельф (285-246 гг до РХ)…

Добавить комментарий

Закрыть меню