Правила для руководства ума

Первые семь правил декарта

Вадим Жмудь

ЛЮБИТЕЛЯМ ПОРАЗМЫСЛИТЬ ПРЕДНАЗНАЧЕНО…
Любителям только моего «ТВОРЧЕСТВА» я не советую читать это – поскольку это не «творчество», а «КОНСПЕКТ С КОММЕНТАРИЯМИ», предназначенный любителям поразмыслить логически.
Из Р. Декарта «Правила для руководства ума» — конспект с комментариями
Поначалу я написал «КОНСПЕКТ С КОММЕНТАРИЯМИ».
Но получилось, что комментарии и примеры перевесили по объему обсуждаемый материал.
Возможно, кому-то интересно ознакомиться лишь с выжимками и комментариями, а мои обширные примеры из области, от которой Декарт был далек, только мешают.
Поэтому я решил разделить: конспекты правил Декарта и краткие комментарии я разместил здесь, а полные комментарии – в другом месте отдельно.
ПРАВИЛО 1
Целью научных занятий должно быть направление ума таким образом, чтобы он мог выносить твердые истинные суждения обо всех тех вещах, которые ему встречаются.
Направление ума в науке должно обеспечить:
1. Твердость суждений (на основе обоснованности: сомнительность была бы следствием необоснованности);
2. Истинность суждений (обоснованность в идеале должна быть несомненная, безошибочная);
3. Суждения делаются о вещах, которые встречаются (а не об абстрактных предметах).
Декарт предостерегает от необоснованных аналогий (что свойственно людям), т.е. от переноса свойств одного предмета на другой.
Так в искусстве полезно выбрать одно, в науке этот подход ошибочен – надо знать многие науки для успеха. Декарт указывает не некую всеобщую мудрость, которая проявляется в отдельных явлениях и складывается из них. Речь не обманщиках, а о добросовестном, но ошибочном суждении, когда что-то упускается или кажется не важным. Все науки связаны и зависимы, занятие лишь частными науками не дает таких успехов, на которые можно надеяться при совместном их изучении.
ПРАВИЛО II
Нужно заниматься только теми предметами, о которых наши умы очевидно способны достичь достоверного и несомненного знания.
Если нет оснований для суждений, лучше не заниматься этим вопросом. Вопросов, о которых можно судить обосновано и достоверно, достаточно много. Те, кто стыдились признаться несведущими, приукрашали свои доводы, постепенно привыкли ложные доводы считать истинными и выдавать за истинные.
Даже при строгом соблюдении этого правила, предметов для изучения достаточно. И без этого вряд ли в науках найдется какой-либо вопрос, по которому остроумные мужи зачастую не расходились бы между собой во мнениях. А всякий раз, когда суждения двух ученых об одном предмете оказываются противоположными, ясно, что, по крайней мере, один из них заблуждается или даже ни один из них не обладает знанием. Ведь если бы доказательство одного было достоверным и очевидным, он мог бы так изложить его другому и убедил бы и его разум. Следовательно, даже правдоподобное знание не совершенно. Дерзость считать свой ум совершеннее других.
Далее Декарт рекомендует орудия силлогизмов для школьных баталий под присмотром наставников для оттачивания ума, но не как средство отыскания истины. «Ведь, может быть, без руководителя они устремились бы к пропасти, но, пока они идут по следам наставников, пусть и отступая иногда от истинного, они наверняка избрали путь во всяком случае более безопасный по той причине, что он уже был изведан более опытными людьми».
Мы же, взрослые люди, всерьез хотим сами установить себе правила, с помощью которых мы поднялись бы на вершину человеческого познания. Поэтому среди первых, конечно, следует признать это правило, иначе имеется опасность лишь увеличивать множество сомнений, но не изучить никакой науки.
Только арифметика и геометрия остаются не тронутыми никаким пороком лжи и недостоверности, поскольку тут мы приходим к познанию вещей двумя путями, а именно посредством опыта или дедукции.
Опытные данные о вещах часто бывают обманчивыми, дедукция же, или чистый вывод одного из другого, хотя и может быть оставлена без внимания, если она неочевидна, но никогда не может быть неверно произведена разумом, даже крайне малорассудительным.
(Опасность: если рассудительность не достаточна, то могут быть ошибки, и даже малейшая ошибка при дедукции в частности и в логике вообще приведет к ложным выводам – ВЖ.)
«И мне кажутся малополезными для данного случая те узы диалектиков, с помощью которых они рассчитывают управлять человеческим рассудком, хотя я не отрицаю, что эти же средства весьма пригодны для других нужд. Действительно, любое заблуждение, в которое могут впасть люди (я говорю о них, а не о животных), никогда не проистекает из неверного вывода, но только из того, что они полагаются на некоторые малопонятные данные опыта или выносят суждения опрометчиво и безосновательно».
(Важно: даже недостаточная основательность есть безосновательность – ВЖ).
«Из этого очевидным образом выводится, почему арифметика и геометрия пребывают гораздо более достоверными, чем другие дисциплины, а именно поскольку … не предполагают совершенно ничего из того, что опыт привнес бы недостоверного, но целиком состоят в разумно выводимых заключениях».
Поэтому неудивительно, что более желанны для многих искусства или философия: ведь каждый смелее дает себе свободу делать догадки о вещи темной, чем об очевидной, и гораздо легче предполагать что-либо, нежели достигать самой истины хотя бы в одном вопросе, каким бы легким он ни был.
Из этого не следует, что надо изучать лишь арифметику и геометрию, но «ищущие прямой путь к истине не должны заниматься никаким предметом, относительно которого они не могут обладать достоверностью, равной достоверности арифметических и геометрических доказательств».
ПРАВИЛО III
Касательно обсуждаемых предметов следует отыскивать не то, что думают о них другие или что предполагаем мы сами, но то, что мы можем ясно и очевидно усмотреть или достоверным образом вывести, ибо знание не приобретается иначе.
Декарт призывает читать книги, чтобы узнать о тех вещах, которые уже были удачно открыты, так и для того, чтобы напомнить себе о тех остающихся во всех дисциплинах вещах, которые еще надлежит придумать. Но при всем том есть большая опасность, как бы те пятна заблуждений, которые возникают из-за слишком внимательного чтения этих книг, случайно не пристали к нам, сколь бы мы тому ни противились и сколь бы осмотрительными мы ни были.
Ведь писатели обычно убеждают нас в сомнительном только потому, что сами в это верят, и, напротив, найдя случайно что-то ценное, представляют его окутанным двусмысленностями или ревниво оберегают от нас истину.
Но даже если бы они никогда не навязывали нам ничего сомнительного, поскольку вряд ли одним человеком было сказано что-нибудь такое, противоположное чему не было бы выдвинуто кем-либо другим, мы всегда пребывали бы в нерешительности, кому из них следует поверить. И совершенно бесполезно подсчитывать голоса, чтобы следовать тому мнению, которого придерживается большинство авторов, так как, если дело касается трудного вопроса, более вероятно, что истина в нем могла быть обнаружена скорее немногими, чем многими.
(Это важно, это перекликается с доводом Шопенгауэра против силы авторитета, но об этом всегда забывают практически все без исключений ученые! — ВЖ).
«Но хотя бы даже все они соглашались между собой, их учение все же не было бы для нас достаточным: ведь, к слову сказать, мы никогда не сделались бы математиками, пусть даже храня в памяти все доказательства других, если бы еще по складу ума не были способны к разрешению каких бы то ни было проблем, или философами, если бы мы собрали все доводы Платона и Аристотеля, а об излагаемых ими вещах не могли бы вынести твердого суждения: ведь тогда мы казались бы изучающими не науки, а истории».
(Иными словами, приобретение научных знаний никогда не было и не будет простым коллекционированием суждений, всякий обучающийся должен подвергать сомнению и проверкам все извлекаемые из книг знания — ВЖ).
«Кроме того, напомним, что никогда не следует смешивать вообще никакие предположения с нашими суждениями об истине вещей».
Это важно, ведь в философии осталась только одна бесспорная истина: та, что ученые сначала начинают верить своим догадкам, а потом оперируют их так, как будто это – окончательные истины, и в конце концов впадают в заблуждения.
Далее Декарт выдвигает два действия разума, «посредством которых мы можем прийти к познанию вещей без всякой боязни обмана», а именно интуицию и дедукцию.
Под интуицией Декарт понимает «не зыбкое свидетельство чувств» и «не обманчивое суждение воображения», а «понимание (conceptum) ясного и внимательного ума», … «которое … является более простым, а значит, и более достоверным, чем сама дедукция».
«Таким образом, каждый может усмотреть умом, что он существует, что он мыслит, что треугольник ограничен только тремя линиями, а шар — единственной поверхностью и тому подобные вещи, которые гораздо более многочисленны, чем замечает большинство людей, так как они считают недостойным обращать ум на столь легкие вещи».
Дедукция добавляется потому, что «очень многие вещи, хотя сами по себе они не являются очевидными, познаются достоверно, если только они выводятся из истинных и известных принципов посредством постоянного и нигде не прерывающегося движения мысли, ясно усматривающей каждую отдельную вещь; точно так же мы узнаем, что последнее звено какой-либо длинной цепи соединено с первым, хотя мы и не можем обозреть одним взором глаз всех промежуточных звеньев, от которых зависит это соединение, — узнаем, если только мы просмотрели их последовательно и помнили, что каждое из них, от первого до последнего, соединено с соседним».
Итак, в дедукции «обнаруживается движение, или некая последовательность», чего нет в интуиции, и «для дедукции не требуется наличной очевидности, как для интуиции», но «она, скорее, некоторым образом заимствует свою достоверность у памяти».
Вследствие этого есть положения, которые выводятся из интуиции, а познаются то по интуиции, то по дедукции, есть и такие, которые выводятся только посредством интуиции (аксиомы – ВЖ) и такие отдаленные следствия, которые выводятся только посредством дедукции.
«Эти два пути являются самыми верными путями к знанию, … все другие надо отвергать, как подозрительные и ведущие к заблуждениям».
Однако история открытия мало связана с истинностью его – было ли оно открыто «по наитию», или нет, «поскольку вера в них, как и всякая вера в загадочные вещи, является действием не ума, а воли»…
ВЫВОД:
Декарт подводит нас к необходимости принятия набора аксиом и набора правил, по которым из них выводятся следствия. Таким правилом Декарт называет только дедукцию, на самом деле правил логики несколько больше (ВЖ).

ПРАВИЛО IV
Для разыскания истины вещей необходим метод.
Люди зачастую под влиянием любопытства ищут истину бессистемно. Бывают удачи вследствие усердия. Но поиски с методом успешнее.
Под методом Декарт понимает «достоверные и легкие правила, строго соблюдая которые человек никогда не примет ничего ложного за истинное и, не затрачивая напрасно никакого усилия ума, но постоянно шаг за шагом приумножая знание, придет к истинному познанию всего того, что он будет способен познать».
Здесь важны два пункта:
1. Не принимать безусловно ничего ложного за истинное.
2. Достигать познания всех вещей.
Совершенный метод «правильно объясняет, каким образом следует пользоваться интуицией ума, чтобы не впасть в заблуждение…, и каким образом следует отыскивать дедуктивные выводы, чтобы прийти к познанию всех вещей».
Другие действия ума Декарт причисляет к препятствиям, «так как невозможно прибавить к чистому свету разума ничего, что бы некоторым образом его не помрачило».
Декарт предполагает, что это правило было уже постигнуто на основе интуиции.
Декарт указывает, что математические науки могут развиваться и дальше и достичь полной зрелости, если «их пестовать».
Декарт о математике: «Ведь эта наука должна содержать в себе первые начала человеческого рассудка и достигать того, чтобы извлекать истины из какого угодно предмета; и, если говорить откровенно, я убежден, что она превосходит любое другое знание, переданное нам людьми, так как она служит источником всех других знаний». Этим он противопоставляет ту математику, которую развивает той, которая была известна ему.
Это утверждение ценно не только как верное утверждение о математике (современной нам), но как утверждение человека, приложившего значительные усилия, и небезуспешно, чтобы сделать математику именно таковой.
Далее Декарт говорит о «привлекательном покрове» для науки, «чтобы она могла быть более приемлемой для человеческого ума».
ПРАВИЛО V
Весь метод состоит в порядке и расположении тех вещей, на которые надо обратить взор ума, чтобы найти какую-либо истину. Мы. будем строго придерживаться его, если шаг за шагом сведем запутанные и темные положения к более простым, а затем попытаемся, исходя из усмотрения самых простых, подняться по тем же ступеням к познанию всех прочих.
В одном этом заключается итог всего человеческого усердия, и для желающего приступить к познанию вещей следование данному правилу не менее необходимо, чем нить для Тесея, желающего проникнуть в лабиринт. Однако многие или не размышляют над тем, что оно предписывает, или вовсе не знают его, или предполагают, что в нем нет нужды, и часто исследуют труднейшие вопросы , настолько беспорядочно, что кажутся мне поступающими точно так же, как если бы они попытались одним прыжком преодолеть расстояние от самой нижней части до верха какого-то здания, пренебрегая ступенями лестницы, предназначенными для этой целя, или не замечая их. Так поступают все астрологи, которые, не зная природы небес и даже не понаблюдав как следует за их движениями, надеются, что они смогут определить их воздействия. Так ведет себя большинство тех людей, которые изучают механику отдельна от физики и наугад изготовляют новые орудия, приводящие в движение. Таким же образом поступают и те философы, которые, пренебрегая опытами, думают, что истина выйдет из их собственного мозга, словно Минерва из головы Юпитера.
И все они очевидно грешат против этого правила. Но так как зачастую порядок, который здесь требуется, является настолько темным и запутанным, что не все будут в состоянии узнать, каков же он, то вряд ли кто-либо сможет достаточно хорошо оградить себя от заблуждения, если он не будет тщательно соблюдать то, что излагается в следующем правиле.
ПРАВИЛО VI
Для того чтобы отделять самые простые вещи от запутанных и исследовать их по порядку, необходимо в каждом ряде вещей, в котором мы прямо вывели некоторые истины из других, усматривать, что в нем является наиболее простым и насколько удалено от этого все остальное — более, или менее, или одинаково.
Все знания могут быть выстроены в некие ряды, поскольку одни из них могут быть познаны на основании других так, что всякий раз, когда возникнет какое-либо затруднение, мы сможем тотчас узнать, не будет ли полезным сначала обозреть некоторые другие вещи, и какие именно, и в каком порядке.
Для того же, чтобы это могло быть сделано правильно, необходимо отметить, во-первых, что все вещи … можно назвать или абсолютными, или относительными.
«Абсолютным я называю все, что заключает в себе искомую чистую и простую природу, например все то, что рассматривается как независимое, причина, простое, всеобщее, единое, равное, подобное, прямое и другое в том же роде. Я называю абсолютное также самым простым и самым легким для того, чтобы пользоваться им для разрешения вопросов».
«Относительным же является то, что причастно той же самой природе или, по крайней мере, чему-либо производному от нее, в соответствии с чем оно может быть соотнесено с абсолютным и выведено из него посредством некоего ряда, но вдобавок оно привносит в свое понятие нечто другое, что я именую отношениями…»
«Относительным» «является все то, что называют зависимым, действием, сложным, частным, множественным, неравным, несходным, непрямым и т. д. Эти относительные вещи отдалены от абсолютных тем больше, чем больше они содержат подобных отношений, подчиненных друг другу; и мы предупреждаем в данном правиле, что необходимо различать все эти отношения и следить за их взаимной связью и их естественным порядком, так чтобы, начав с последнего из них, мы смогли, пройдя через все другие, достичь того, что является наиболее абсолютным».
ДЕКАРТ: «И секрет всего искусства состоит в том, чтобы среди всех вещей мы старательно подмечали наиболее абсолютное. Ведь некоторые вещи с одной точки зрения более абсолютны, чем другие, но, будучи рассмотрены иначе, оказываются более относительными; так, всеобщее, конечно, более абсолютно, нежели частное, потому что оно обладает более простой природой, но оно же может быть названо и более относительным, нежели частное, так как в своем существовании зависит от единичных вещей…» «…Причина и действие у философов являются соотносительными; однако, если мы здесь отыскиваем, каково действие, сначала надлежит познать причину, а не наоборот».
«…Существует хотя бы несколько чистых и простых природ, которые можно усмотреть прежде всего и сами по себе, независимо от каких-то других, либо в самих опытах, либо с помощью некоего присущего нам света; и мы говорим, что необходимо старательно подмечать их, ибо они являются теми же самыми природами, которые мы называем наиболее простыми в каждом ряде».
ПРИМЕЧАНИЕ ВЖ:
Здесь уместно вспомнить о времени и о пространстве. Светом Декарт называет интуицию искушенного ума, полагая ее сущность божественной.
ДЕКАРТ: «Все же прочие могут быть постигнуты не иначе, как если будут выведены из них, и это осуществимо либо непосредственно … либо только через посредство двух… или более того различных заключений, число которых также необходимо заметить…. Таковой является повсюду связь следствий, из коей возникают те ряды … , к которым необходимо свести любой вопрос, чтобы он мог быть исследован при помощи верного метода».
«… Не нужно начинать занятия с исследования трудных вещей, но … сначала надлежит без … собрать обнаруживающиеся сами собой истины и затем постепенно рассмотреть, можно ли вывести из них какие-либо другие, а из последних — опять-таки другие, и далее в той же последовательности. Потом … поразмыслить над открытыми истинами и тщательно обдумать, почему мы смогли отыскать одни из них скорее и легче, чем другие, и каковы они, чтобы … решить, к отысканию каких других истин полезно приступить прежде всего».
Далее дан излишне громоздкий пример. Здесь, мне кажется, и без примера все ясно.
ПРАВИЛО VII
Чтобы придать науке полноту, надлежит все, что служит нашей цели, вместе и по отдельности обозреть в последовательном и нигде не прерывающемся движении мысли и охватить достаточной и упорядоченной нумерацией.
ПРИМЕЧАНИЕ ВЖ.
Очень полезное правило.
Я предлагаю моим читателям еще раз перечитать седьмое правило, сформулированное Декартом. Если все теоремы ПРОНУМЕРОВАНЫ, то исключается характерная логическая ошибка, называемая «Круг в доказательстве». Или, как минимум, если она имеет место, то ее легко выявить.

Декарт «Правила для руководства ума».

Весь текст состоит из правил.

1: Целью научных занятий должно быть направление ума таким образом, чтобы он мог выносить твердые и истинные суждения обо всех тех вещах, которые ему встречаются

2: Нужно заниматься только теми предметами, о которых наши умы очевидно способны достичь достоверного и несомненного знания

3: Касательно обсуждаемых предметов следует отыскивать не то, что думают о них другие или что предполагаем мы сами, но то, что мы можем ясно и очевидно усмотреть или достоверным образом вывести, ибо знание не приобретается иначе.

4: Для разыскания истины вещей необходим метод.

5: Весь метод состоит в порядке и расположении тех вещей, на которые надо обратить взор ума, чтобы найти какую-либо истину.

Мы будем строго придерживаться его, если шаг за шагом сведем запутанные и темные положения к более простым, а затем попытаемся, исходя из усмотрения самых простых, подняться по тем же ступеням к познанию всех прочих.

6: Для того чтобы отделять самые простые вещи от запутанных и исследовать их по порядку, необходимо в каждом ряде вещей, в котором мы прямо вывели некоторые истины из других, усматривать, что в нем является наиболее простым и насколько удалено от этого все остальное — более, или менее, или одинаково.

7: Чтобы придать науке полноту, надлежит все, что служит нашей цели, вместе и по отдельности обозреть в последовательном и нигде не прерывающемся движении мысли и охватить достаточной и упорядоченной энумерацией.

8: Если в ряде вещей, подлежащих изучению, встретится какая-либо вещь, которую наш разум не в состоянии достаточно хорошо рассмотреть, тут необходимо остановиться и не изучать другие вещи, следующие за ней, а воздержаться от ненужного труда.

9: Следует целиком обратить взор ума на самые незначительные и наиболее легкие вещи и дольше задерживаться на них, пока мы не приучимся отчетливо и ясно усматривать истину.

10: Чтобы стать находчивым, ум должен упражняться в разыскании тех вещей, которые уже были открыты другими, и при помощи метода обозревать даже самые незамысловатые изобретения людей, но в особенности те, которые объясняют или предполагают порядок.

11: После того как мы усмотрели несколько простых положений, полезно, если мы выводим из них нечто иное, обозреть их в последовательном и нигде не прерывающемся движении мысли, поразмышлять над их взаимными отношениями и отчетливо представить сразу столь многие из них, сколь это возможно: ведь таким образом и наше познание становится гораздо более достоверным, и чрезвычайно расширяются способности ума.

12: Наконец, следует воспользоваться всеми вспомогательными средствами разума, воображения, чувства и памяти как для отчетливого усмотрения простых положений и для надлежащего сравнения искомых вещей с известными с целью познания первых, так и для отыскания тех вещей, которые должны сравниваться между собой таким образом, чтобы не осталась без внимания никакая сторона человеческого усердия.

13: Если мы вполне понимаем вопрос, его надо освободить от любого излишнего представления, свести к простейшему вопросу и посредством энумерации разделить на возможно меньшие части.

14: То же самое следует отнести к реальному протяжению тел, и протяжение в целом должно предстать воображению через посредство простых фигур, ибо таким образом оно гораздо отчетливее представляется разумом.

15: В большинстве случаев полезно также чертить эти фигуры и представлять их внешним чувствам для того, чтобы, таким способом легче удерживать нашу мысль сосредоточенной.

16: Что же касается вещей, которые не требуют наличного внимания ума, хотя и необходимы для заключения, то их лучше обозначать посредством наиболее сокращенных знаков, чем посредством полных фигур, ибо тогда память не сможет ошибаться, а вместе с тем и мысль не будет отвлекаться на то, чтобы удержать их, в то время как она занята выведением других

17: Нужно прямо обозреть предложенное затруднение, отвлекаясь от того, что какие-то его термины являются известными, а какие-то — неизвестными, и усматривая благодаря правильным рассуждениям взаимную зависимость каждого из них от других.

18: Для этого требуются только четыре действия: сложение, вычитание, умножение и деление; два последних здесь зачастую не следует производить, как для того, чтобы невзначай не запутать чего-нибудь, так и потому, что впоследствии они могут быть выполнены более легко.

19: Посредством этого метода рассуждения нужно отыскивать столько величин, выраженных двумя различными способами, сколько неизвестных терминов мы допускаем в качестве известных, для того чтобы прямо обозреть затруднение; ибо таким образом мы будем иметь столько же сравнений между двумя равными терминами.

20: Отыскав уравнения, нужно произвести опущенные нами действия, ни в коем случае не пользуясь умножением тогда, когда будет уместно деление.

21: Если имеется много таких уравнений, их все необходимо свести к одному, а именно к тому, члены которого займут меньшее число ступеней в ряде непрерывно пропорциональных величин, соответственно каковому они и должны быть расположены по порядку.

Декарт «Начало философии»

Соображение касающиеся наук.Здравомыслие есть вещь, распределенная справедливее всего. Способность правильно рассуждать и отличать истину от заблуждения (разум) от природы одинакова у всех людей. Количественное различие может быть только между случайными свойствами, а не между формами, или природами, индивидуумов одного рода.

Его намерение состоит не в том, чтобы научить здесь методу, которому каждый должен следовать, чтобы верно направлять свой разум, а только в том, чтобы показать, каким образом старался я направить свой собственный разум.

Разные науки воздействуют и развивают разные типы мышления и разные представления.

Основные правила метода: Первое — никогда не принимать за истинное ничего, что я не признал бы таковым с очевидностью, т. е. тщательно избегать поспешности и предубеждения и включать в свои суждения только то, что представляется моему уму столь ясно и отчетливо, что никоим образом не сможет дать повод к сомнению.

Второе — делить каждую из рассматриваемых мною трудностей на столько частей, сколько потребуется, чтобы лучше их разрешить.

Третье — располагать свои мысли в определенном порядке, начиная с предметов простейших и легкопознаваемых, и восходить мало-помалу, как по ступеням, до познания наиболее сложных, допуская существование порядка даже среди тех, которые в естественном ходе вещей не предшествуют друг другу.

И последнее — делать всюду перечни настолько полные и обзоры столь всеохватывающие, чтобы быть уверенным, что ничего не пропущено.

Несколько правил морали из этого метода. Во-первых, повиноваться законам и обычаям моей страны, неотступно придерживаясь религии, в которой, по милости божией, я был воспитан с детства, и руководствуясь во всем остальном наиболее умеренными и чуждыми крайностей мнениями, сообща выработанными самыми благоразумными людьми, в кругу которых мне предстояло жить.

Моим вторым правилом было оставаться настолько твердым и решительным в своих действиях, насколько это было в моих силах, и с не меньшим постоянством следовать даже самым сомнительным мнениям, если я принял их за вполне правильные.

Третьим моим правилом было всегда стремиться побеждать скорее себя, чем судьбу (fortune), изменять свои желания, а не порядок мира и вообще привыкнуть к мысли, что в полной нашей власти находятся только наши мысли.

Наконец, в завершение этой морали я решил рассмотреть различные занятия людей в этой жизни, чтобы постараться выбрать лучшее из них. Не касаясь занятий других, для себя я решил, что нет ничего лучшего, как продолжать те дела, которыми я занимаюсь.

Р. Декарт «Рассуждение о методе». «Правила для руководства ума»

Блестящим представителем передовой научной мысли во Франции XVII в. был выдающийся естествоиспытатель, математик и философ Рене Декарт (1596–1650). Если Бэкон обобщал по преимуществу достижения физики, то Декарт самой совершенной наукой признавал математику и считал необходимым все остальные науки построить по ее образцу. В соответствии с этим главную роль в познании истины он отводил не опыту, что характерно для эмпиризма Бэкона, а теоретическому мышлению, разуму. В противоположность Бэкону Декарт был рационалистом. Главные философские сочинения Декарта – «Рассуждение о методе» (1637), «Метафизические размышления» (1641) и «Начала философии» (1644).
Теория познания Декарта и разработанный им метод научного исследования положили начало рационализму XVII в. Декарт не отрицал значения опыта и с уважением отзывался о Бэконе, но он не считал опыт единственным источником знания и критерием истины. Если эмпиризм односторонне преувеличивал значение первой ступени познания – чувственного опыта, то рационализм не менее односторонне преувеличивал значение второй ступени познания – теоретического мышления. Исходное положение теории познания Декарта: Cogito ergo sum (Я мыслю, следовательно, я существую). Основные понятия и принципы логики и математики Декарт считал врожденными людям и не имеющими опытного происхождения. Критерием истины он признавал интеллектуальную интуицию – ясное и отчетливое представление о предмете.
Исходя из этих теоретико-познавательных положений, направленных против эмпиризма, Декарт построил свое учение о методе, изложенное в «Рассуждении о методе» и в «Правилах для руководства ума». Метод, разработанный Декартом, сводится к следующим четырем основным правилам:
1) принимать за истинное только то, что мыслится вполне ясно и отчетливо;
2) делить каждую из исследуемых проблем на столько частей, сколько это возможно и нужно для лучшего ее разрешения;
3) начинать исследование предметов наиболее простых и легко познаваемых и восходить постепенно к познанию наиболее сложного;
4) составлять перечни столь полные и обзоры столь общие, чтобы быть уверенным в отсутствии упущений.
При сопоставлении декартовского метода с бэконовским обнаруживается различие, состоящее в том, что для Бэкона, ориентировавшегося на физику, исходным пунктом знания является опыт, а для Декарта, впиравшегося на математику, – теоретическое мышление.

У Бэкона на первый план выступает индукция, наведение, умозаключение от частного к общему, у Декарта – дедукция, выведение, умозаключение от общего к частному. Критерий истины для Бэкона – опыт, эксперимент, для Декарта – ясность и отчетливость мышления. Таким образом, ни Бэкон, ни Декарт еще не понимали роли общественной практики как критерия истины.

КАЛУЖСКИЙ ФИЛИАЛ МГТУ им.Баумана

Р Е Ф Е Р А Т П О Ф И Л О С О Ф И И

ТЕМА : Рене Декарт и его трактат

“ Правила для руководства ума “

Студентка группы ОПГ-41

Богданова Александра

Калуга 1998 г.

стр.

1. Введение: Рене Декарт и его время 1

2. “ Правила для руководства ума “ 3

3. Метод Декарта 8

Значение “ Правил для руководства ума “ 13

5. Перечень использованной литературы 14

1. РЕНЕ ДЕКАРТ И ЕГО ВРЕМЯ

Принцип историзма требует конкретного исторического исследования философских учений. Нельзя вырвать философскую теорию из той исторической, экономической и социальной среды, в которой она создавалась. Использование одного только логического метода не даст нам полного понимания учения, его исторической значимости.

Годы жизни Декарта — 1596 — 1650. В этот период происходил переход от средневековья к Новому времени.

К этому времени, по словам Энгельса, “ промышленность колоссально развилась и вызвала к жизни массу новых механических ( ткачество, часовое дело, мельницы )… и физических фактов( очки), которые давали не только огромный материал для наблюдений, но также и совершенно иные, чем раньше, средства для экспериментирования и позволили сконструировать новые инструменты “.

Во время Декарта ремесло в “ чистом виде начало оттесняться ( в таких странах, как Италия, Голландия ) ремеслом, организованным по новому принципу в мануфактурных мастерских — “ производственном механизме, органами которого являются люди”. Каждый “ винтик “ этого механизма состоит из обычной человеческой плоти, а его функции определяются теперь той “ точкой “, которую он занимает в механизме : дальше или ближе от исходной точки расположена “ точка “ функциональная.

Связь функций “ частичных работников “ — “ деталей “ потенциальной машины — отщепляется от них самих и в виде плана, , алгоритма производства противостоит им. Образ процесса, его “ картина “ задается геометрически.

Причиной коренного изменения характера предметной деятельности является принцин машинного производства, а именно, разлагать процесс производства на составные фазы и разрешать возникающие задачи посредством применения естественных наук.

Структура человеческой деятельности в своей первооснове становится математической. В теоретическом отображении этой деятельности происходили аналогичные процессы, приведшие к потребности нового метода как метода математического и определившие логику формирования и развития новой теории, новой науки.

“ Математизация “ деятельности, а вместе с тем и “ математизация “ (алгоритмизация ) метода, представляющиеся сегодня абстрагированием от всякого содержания, в рассматриваемую эпоху представляла в самой своей первооснове единственно возможный путь дальнейшего проникновения в более глубокий “ слой “ содержания, путь перехода к новой сущности.

Важнейшая задача, вставшая на этом пути — это задача математизация физики.

Вот в чем суть этого запроса, который постоянно ощущается Декартом. Занимаясь этой задачей, Декарт приходит к созданию собственного метода познания окружающего мира. К 1625 году он уже обладал основными положениями последнего.

Пропущенные сквозь угольное ушко сомнения, они свелись к небольшому числу простейших правил, посредством которых из основных положений может быть выведено все богатство подвергшегося анализу материала.

Но сначала Декарт проверяет сами правила в процессе реального открытия. При этом он решает одну из ключевых проблем диоптрики — проблему анаклассической линии.

Вместе с конкретным научным открытием было совершено еще одно, методологическое открытие. Обнаружилась необходимость и возможность постоянной ( как это формулируется в Новое время рефлективной ) работы над собственным умом, необходимость и возможность постоянного обращения мысли на мысль, постоянного развития самой способности мыслить, открывать, изобретать. Тот ум, который должен руководствоваться правилами Декарта, — это уже не созерцающий и спокойный ум античного мыслителя, это не застывший, от бога сформированный Ум средневековья, это ум, способный изменяться, отстраняться от самого себя, это ум, отвечающий и историческому, и социальному, и техническому динамизму Нового времени.

Перейдем теперь к рассмотрению трактата.

“ ПРАВИЛА ДЛЯ РУКОВОДСТВА УМА “

Как видно уже из самого названия трактата, цель его — двойная. Во-первых, он предназначен для “ руководства ума “ в направлении его усовершенствования с тем, чтобы обладатель ума, достигнув определенной степени совершенства, искусства, смог открыть, “ изобрести “, обрести из самого способа усовершенствования ума путь познания Истины. Это, следовательно, правила в классическом средневековом смысле, правила в смысле приемов, нормативов времени. Но в то же время они являются правилами методологическими, характерными для Нового времени, истина не дана заранее, ее только следует открыть, открыть с помощью метода, орудия, которым может воспользоваться “ всякий … как бы ни был посредственен его ум “, для успешного решения задачи — ввести ключевое, принципиально новое разделение на “ нас, способных познавать “, и на независимый от нас объективный мир “ самих вещей, которые могут быть познаны “.

Отмеченная выше историческая необходимость вычленения методав форме метода математического предстает в “ Правилах …” как картина внутри логических закономерностей теоретического развития Декарта — в исходном, отправном пункте этого развития, в своем “замысле “.

По замыслу трактат должен был состоять из трех частей, каждая из которых должна была включать 12 “ Правил “. В певой части предстояло изложить собственно принципы метода; во второй — показать, как сделать эмпирию объектом теоретического исследования : построить математическую модель физической задачи; в третьей части предполагалось показать, как такую задачу решать. Но трактат в том виде, в каком он нам известен, состоит из полных восемнадцати “ Правил “; следующие три “ Правила “ обозначены лишь заголовками, и после обозначенного таким образом “ Правила ХХ1 “ Декарт ставит “ Конец “.

Прежде чем рассуждать дальше, рассмотрим, что же представляют собой эти знаменитые правила.

ПРАВИЛО I

Целью научных знаний должно быть направление ума таким образом, чтобы он выносил прочные и истинные суждения о всех встречающихся предметах.

ПРАВИЛО II

Нужно заниматься только такими предметами, о которых ваш ум

кажется способным достичь достоверных и несомненных познаний.

ПРАВИЛО III

В предметах нашего исследования надлежит отыскивать не то, что

о них думают другие или что мы предполагаем о них самих, но то, что мы ясно и очевидно можем усмотреть или надежно дедуцировать, ибо знание не может быть достигнуто иначе.

ПРАВИЛО IV

Метод необходим для отыскания истины.

ПРАВИЛО V

Весь метод состоит в порядке и размещении того, на что должно быть направлено острие ума в целях открытия какой-либо истины. Мы строго соблюдем его, если будем постепенно сводить темные и смутные положения к более простым и затем пытаться, исходя из интуиции простейших, восходить по тем же ступеням к познанию всех остальных.

ПРАВИЛО VI

Для того, чтобы отделять наиболее простые вещи от трудных и придерживаться при этом порядка, необходимо во всяком ряде вещей, в котором мы непосредственно выводим какие-либо истины из других истин, следить, какие из них являются самыми простыми и как отстоят от них другие : дальше, ближе или одинаково.

ПРАВИЛО VII

Для завершения знания надлежит все, относящееся к нашей задаче, вместе и порознь обозреть последовательным и непрерывным движением мысли и охватить достаточной и методической энумерацией.

ПРАВИЛО VIII

Если в ряде исследуемых вещей встретится какая-либо одна, которую наш ум не может достаточно хорошо понять, то нужно на ней остановиться и не исследовать других, идущих за ней, воздерживаясь от лишнего труда.

ПРАВИЛО IX

Нужно обращать острие ума на самые незначительные и простые

вещи и долго останавливаться на них, пока не привыкнем отчетливо и ясно прозревать в них истину.

ПРАВИЛО Х

Для того чтобысделать ум проницательным, необходимо упражнять его в исследовании вещей, уже найденных другими, и методически изучать все, даже самые незначительные, искусства,Ю но в особенности те, которые объясняют или предполагают порядок.

ПРАВИЛО ХI

После того, как мы усвоим несколько простых положений и выведемиз них какое-либо иное, полезно обозреть их путем последовательного и непрерывного движения мысли, обдумать их взаимоотношения и отчетливо представить одновременно наибольшее их количество; благодаря этому наше знание сделается более достоверным и наш ум приобретет больший кругозор.

ПРАВИЛО ХII

Наконец, нужно использовать все вспомогательные средства интеллекта, воображения, чувств и памяти как для отчетливой интуиции простых положений и для верного сравнения искомого с известным, чтобы таким путем открыть его, так еще и для того, чтобы находить те положения, которые должны быть сравнимы между собой, словом, не нужно пренебрегать ни одним из средств, находящихся в распоряжении человека.

ПРАВИЛО ХIII

Когда мы хорошо понимаем вопрос, нужно освободить его от всехизлишних представлений, свести его к простейшим элементам и разбить его на такое же количество возможных частей посредством энумерации.

ПРАВИЛО ХIV

Сказанное следует отнести и к реальному протяжению тел; это протяжение нужно всецело представлять в виде простых фигур : таким образом оно сделается более понятным для интеллекта.

ПРАВИЛО ХV

Большей частью полезно чертить эти фигуры и преподносить их внешним чувствам, для того чтобы таким образом нам было легче сосредоточивать внимание нашего ума.

КАЛУЖСКИЙ ФИЛИАЛ МГТУ им.Баумана

Р Е Ф Е Р А Т П О Ф И Л О С О Ф И И

ТЕМА : Рене Декарт и его трактат

“ Правила для руководства ума “

Студентка группы ОПГ-41

Богданова Александра

Калуга 1998 г.

стр.

1. Введение: Рене Декарт и его время 1

2. “ Правила для руководства ума “ 3

3. Метод Декарта 8

4. Значение “ Правил для руководства ума “ 13

5. Перечень использованной литературы 14

1. РЕНЕ ДЕКАРТ И ЕГО ВРЕМЯ

Принцип историзма требует конкретного исторического исследования философских учений. Нельзя вырвать философскую теорию из той исторической, экономической и социальной среды, в которой она создавалась. Использование одного только логического метода не даст нам полного понимания учения, его исторической значимости.

Годы жизни Декарта — 1596 — 1650.

В этот период происходил переход от средневековья к Новому времени.

К этому времени, по словам Энгельса, “ промышленность колоссально развилась и вызвала к жизни массу новых механических ( ткачество, часовое дело, мельницы )… и физических фактов( очки), которые давали не только огромный материал для наблюдений, но также и совершенно иные, чем раньше, средства для экспериментирования и позволили сконструировать новые инструменты “.

Во время Декарта ремесло в “ чистом виде начало оттесняться ( в таких странах, как Италия, Голландия ) ремеслом, организованным по новому принципу в мануфактурных мастерских — “ производственном механизме, органами которого являются люди”. Каждый “ винтик “ этого механизма состоит из обычной человеческой плоти, а его функции определяются теперь той “ точкой “, которую он занимает в механизме : дальше или ближе от исходной точки расположена “ точка “ функциональная.

Связь функций “ частичных работников “ — “ деталей “ потенциальной машины — отщепляется от них самих и в виде плана, , алгоритма производства противостоит им. Образ процесса, его “ картина “ задается геометрически.

Причиной коренного изменения характера предметной деятельности является принцин машинного производства, а именно, разлагать процесс производства на составные фазы и разрешать возникающие задачи посредством применения естественных наук.

Структура человеческой деятельности в своей первооснове становится математической. В теоретическом отображении этой деятельности происходили аналогичные процессы, приведшие к потребности нового метода как метода математического и определившие логику формирования и развития новой теории, новой науки.

“ Математизация “ деятельности, а вместе с тем и “ математизация “ (алгоритмизация ) метода, представляющиеся сегодня абстрагированием от всякого содержания, в рассматриваемую эпоху представляла в самой своей первооснове единственно возможный путь дальнейшего проникновения в более глубокий “ слой “ содержания, путь перехода к новой сущности.

Важнейшая задача, вставшая на этом пути — это задача математизация физики.

Вот в чем суть этого запроса, который постоянно ощущается Декартом. Занимаясь этой задачей, Декарт приходит к созданию собственного метода познания окружающего мира. К 1625 году он уже обладал основными положениями последнего.

Пропущенные сквозь угольное ушко сомнения, они свелись к небольшому числу простейших правил, посредством которых из основных положений может быть выведено все богатство подвергшегося анализу материала.

Но сначала Декарт проверяет сами правила в процессе реального открытия. При этом он решает одну из ключевых проблем диоптрики — проблему анаклассической линии.

Вместе с конкретным научным открытием было совершено еще одно, методологическое открытие. Обнаружилась необходимость и возможность постоянной ( как это формулируется в Новое время рефлективной ) работы над собственным умом, необходимость и возможность постоянного обращения мысли на мысль, постоянного развития самой способности мыслить, открывать, изобретать. Тот ум, который должен руководствоваться правилами Декарта, — это уже не созерцающий и спокойный ум античного мыслителя, это не застывший, от бога сформированный Ум средневековья, это ум, способный изменяться, отстраняться от самого себя, это ум, отвечающий и историческому, и социальному, и техническому динамизму Нового времени.

Добавить комментарий

Закрыть меню