Основные этические учения

Структура этики (основные учения)

12Следующая ⇒

Предмет этики

Различные философские школы и мыслители давали на него самые различные ответы. До сих пор нет бесспорного, единого определения морали, что имеет прямое отношение к особенностям данного феномена. Рассуждения о морали или нравственности оказываются разными образами самой морали совсем не случайно.

Мораль же предстает в двух различных обликах:

1) как характеристика личности, сумма моральных качеств и добродетелей (правдивость, доброта);

2) как характеристика отношений в обществе между людьми, сумма моральных правил («не лги», «не кради», «не убей»).

Таким образом, обычно сводят общий анализ морали к двум категориям: моральное (нравственное) измерение личности и моральное измерение общества.

Структура этики (основные учения)

Ареморлогия — учение о добродетели, как о высшей ценности.

Деонтология – правила поведения, учение о должном.

Аксиология – учение о ценностях.

Фериология – учение о счастье.

Танатология – учение о смерти

Учение о справедливости.
3.Уровни этического знания

В любой теории выделяется эмпи­рический и теоретический уровень.

Мораль также относится к таким теориям, с той, однако, разницей, что в ней нормы, устоявшиеся образцы поведения часто предшествуют теории, являют­ся результатом духовного освоения мира. Сама же теория действует в направлении обоснования, подтверждения необходимости данных норм. Тем не менее, ряд норм уточняется благодаря теоретической деятельности, и их конечные формулировки являются результатом работы определенного теоретика или те­оретиков морали. Таковы разного рода кодексы. Фор­мулированием относящихся к кодексам норм, их рас­пространением (в возможных пределах) занимается нормативная этика.
4.Сравнение этических идей Сократа и софистов

Этика античности была обращена к человеку. «Человек есть мера всех вещей» – эти слова Протагора исследователи по праву считают девизом для всех этических произведений данного периода. Разум управляет жизнью человека и общества в понимании античной этики, он играет главную роль в выборе правильного жизненного пути. Кроме разумности человеческого поведения, одной из основных характеристик античного мировоззрения являлось стремле–ние к гармонии человека с его внутренним и с внешним миром. Этические воззрения софистов, Сократа, Платона, Аристотеля связаны в античной философии с переходом от идеи доминирования власти всеобщего над человеком к идее единства отдельного человека и государства, которая предполагала обоснование самоценности человека. В более поздний период этика эпикуреизма, стоицизма была связана с идеями противопоставления человека миру социального бытия, ухода человека в свой собственный, внутренний мир.

Первый этап в развитии зрелого этического сознания Древней Греции представлен учением софистов (V в. до н. э.), своеобразным периодом сомнения в предмете этики, т. е. отрицания морали как чего-то безусловного и общезначимого.

Просветительская деятельность софистов имела ярко выраженный гуманистический характер. В центре их этических размышлений всегда находился человек, который являлся самодостаточной ценностью. Именно человек и имел право творить, формулировать моральные законы, по которым живет общество. Верно подчеркивая неустойчивость моральных взглядов в обществе, их относительность, софисты разработали позицию нравственного релятивизма, доказывая, что у любого человека существует свое представление о счастье, смысле жизни и добродетели.

Скептическое

Сократ(469—399 гг. до н. э.), которого по праву считают отцом античной этики, отводил морали первостепенную роль в обществе, считая ее фундаментом достойной жизни каждого человека. В частности, сами факты биографии Сократа являются примером нравственных поступков. Судьба философа стала настоящим воплощением такого человеческого идеала, который он обосновал в своем этическом учении. Согласно положениям Сократа, смысл может иметь только такая жизнь, которая не противоречит убеждениям.

Проявлением сущности человека является поступок, а самым лучшим способом самореализации личности становится ее нравственная деятельность. Такие истины Сократ не только провозглашал, но и доказал их ценой своей собственной жизни.

Сократ не принимал учение софистов из-за отсутствия у них позитивной программы. В отличие от них философ стремился сформулировать систему устойчивых и общих понятий. Такая первоначальная идея Сократа не случайна (в нравственной деятельности следует руководствоваться знанием о морали) и функциональна (нельзя создать этическую программу без формирования системы взаимосвязанных понятий).

Для решения этой проблемы Сократ использовал специальный метод, который получил название индуктивного и который исследователи условно разделили на пять частей:

1) сомнение (или «я знаю, что я ничего не знаю»);

2) ирония (или выявление противоречий);

3) майевтика (или преодоление противоречия);

4) индукция (или обращение к фактам);

5) дефиниция (или окончательное установление искомого понятия).

Необходимо отметить, что метод, который применил Сократ, и сегодня не утратил своего значения и используется, на–пример, как один из способов ведения научных дискуссий. А также философ положил начало эвдемонистической традиции в этике, считая, что смысл жизни каждого человека, высшее благо – это достижение счастья.

Этика призвана способствовать постижению и осуществлению данной установки. Счастье означает благоразумное, добродетельное бытие. Таким образом, только нравственный человек может быть счастливым (а также разумным, что практически то же самое).
5.Этические идеи Платона

Учение Платона (427—347 гг. до н. э.) считают первой попыткой систематизации этических идей, которая была осу–ществлена философом на объективно-идеалистической основе. Разделяя рационалистические принципы своего учителя, Платон также поставил перед собой задачу формулирования общих понятий. Так же, как и Сократ, он избирал для этого дедуктивный метод исследования. В результате мыслитель пришел к доказательству дуализма существующего мира.

Он считал, что есть видимый мир явлений и сверхчувственный, потусторонний мир идей. Платон представил существование данных аналогов в виде автономного изначального мира неких идеальных сущностей. Он допустил, что за невидимыми человеком пределами мира, в «умном месте» расположен своеобразный класс идей, предметов, осо–бым отражением которых как раз и являются общие понятия.

Непосредственно этическую концепцию Платона можно разделить на две связанные между собой части: индивидуальную этику и социальную этику. Первая является учением об интеллектуальном и нравственном совершенствовании человека, которое Платон связывает с гармонизацией его души.

Душу философ противопоставляет телу как раз потому, что телом человек относится к низшему чувственному миру, а душой способен соприкасаться с настоящим миром – миром вечных идей.

Основные стороны человеческой души тем самым являются основой его добродетелей: разумная – мудрости, аффективная – умеренности, волевая – мужества. Человеческие добродетели тем самым имеют врожденный характер, они особые ступеньки гармонизации его души и восхождения к миру вечных идей. В восхождении человека к идеальному миру находится смысл его бытия.

Социальная этика философа полагает наличие определенных добродетелей у каждого сословия. Согласно учению Платона, правители должны обладать мудростью, сословие воинов – мужеством, а низшие сословия – умеренностью.

Используя жесткую политическую, а также моральную иерархию в государстве, можно достичь высшей добродетели Эта добродетель – справедливость, которая свидетельствует, по мнению Платона, о социальной гармонии. Чтобы достичь ее, утверждает философ, необходимо принести в жертву интересы отдельной личности.
6.Этические идеи Аристотеля

Творчество Аристотеля (384—322 гг. до н. э.) считают высшим развитием античной этики. Это вряд ли стало возможным, если бы ученик Платона не превзошел своего учителя, сделав выбор в пользу истины.

Всем нам известно высказывание философа: «Хотя Платон и истина мне дороги, священный долг велит отдать предпочтение истине». С именем Аристотеля связываются три сочинения по этике: «Никомахова этика», «Евдемова этика» и «Большая этика

Этика должна изучать индивидуальное поведение человека, его отношения с другими людьми, поэтому она является прежде всего социально-политической этикой, т. е. областью знаний, которая исследует нравственные задачи государства и гражданина, проблемы воспитания граждан и заботы об общем благе людей. Таким образом, этика Аристотеля занимала среднее положение между его психологией и политикой.

Аристотель впервые определил и классифицировал науки, виды знания. Он разделил науки на три группы: теоретиче–ские («умозрительные»), практические («производительные» и творческие («созидательные»).

К первым философ отнес философию, математику и физику; ко вторым – этику и поли–тику, а к третьим – искусство, ремесла и прикладные науки.

По мнению Аристотеля, философия наиболее теоретическая из наук, так как она изучает то, что наиболее достойно постижения, – первоначала и причины, только благодаря им, на их базе можно познать все остальное.

Таким образом, по Аристотелю, наука тем ценнее, чем больше она созерцательна. Она отдана познанию, поиску ис–тины, тем самым представляет собой наивысший вид творческой деятельности. Только в процессе данной деятельности человек получает возможность подойти ближе к спокойному счастью, к истинному блаженству, которое дано только богам Для античных философов познанием стало отношение человека к миру, установление связи с первоначалом. Познание всеобщего и является нахождением за многообразием предметов и явлений их общего принципа, начала.

12Следующая ⇒

Дата добавления: 2016-10-22; просмотров: 571 | Нарушение авторских прав

Рекомендуемый контект:


Похожая информация:


Поиск на сайте:


Институт философии РАН
Сектор этики

ГАУГН
Философский факультет

Часть I. Мораль и этика

Тема 1. Предварительные представления

1. Различные значения слов «мораль», «нравственность», «этика» в живом и специальном языках. Возможные семантические интуиции.
2. Ценностно-императивное содержание морали – базовые моральные ценности: благо, благо индивида, солидарность и единство, закрепленные в культуре и императивно выраженные в требованиях: не вреди, признавай других, помогай другим, заботься о других. Само наличие этих призывов-требований определяет необходимость другого вида ценностей – отражающих соответствие индивида этим требованиям. Таковы: добродетель и личное совершенство.
Метанормативное содержание принципов талиона, золотого правила, заповеди любви и их значение для понимания сущности морали.
Специфика моральных ценностей. Специфика моральной императивности.
3. Структура этики: философская, нормативная и прикладная этика.
4. Типологии этических учений. Метод типологизации. Возможность различных подходов к типологии морали. Типы этических теорий в соответствии с пониманием источника морали. Типы этических учений в соответствии с трактовкой морального идеала.

Литература

Апресян Р.Г.Мораль // Энциклопедия Кругосвет.
Гусейнов А.А. // Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. М.: Гардарика, 1998 (-2007).
Абсолютизм-релятивизм, Золотое правило, Метаэтика, Морализаторство, Мораль, Этика // Этика: Энциклопедический словарь / Под ред. Р.Г. Апресяна, А.А. Гусейнова. М.: Гардарики, 2001. Или в электронной версии.

Дополнительная литература

Гильдебранд Д. фон. Этика. СПб.: Алетейя; Ступени, 2001. С. 421–426.
Гусейнов А.А. Понятие морали // Этическая мысль. Вып. 4 / Отв. ред. А.А. Гусейнов. М.: ИФРАН, 2003. С. 3–13.
Дробницкий О.Г. Понятие морали: Историко-критический очерк // Дробницкий О.Г. Моральная философия: Избранные труды. М.: Гардарики, 2001. С. 117–135, 199–215.
История этических учений / Под ред. А.А. Гусейнова. М.: Гардарики, 2003.
Максимов Л.В. К проблеме определения морали // Этическая мысль. Вып. 3 / Отв. ред. А.А. Гусейнов. М.: ИФРАН, 2002. С. 61–74.
Шохин В.К. Индийская этика // Этика: Энциклопедический словарь.

Задание

Распространенное мнение гласит: «У каждого своя мораль». В зависимости от своего отношения к этому тезису, сформулируйте аргументы в его пользу или против него .

Часть II. Происхождение морали

Тема 2. Теории происхождения морали

1. Типы генеалогий морали. Эволюционистские теории происхождения морали (основные представители эволюционной этики, методологические подходы, идеи). Социобиология – современный вариант эволюционистской этики. Основные этические концепции социобиологии, объясняющие происхождение морали, альтруизма и помогающего поведения.
Социально-исторические теории происхождения морали. «Нигилистические» теории происхождения морали (Б. Мандевиль, Ф. Ницше). Проблема происхождения морали в марксистской философии. Содержание и характер исторической эволюции морали («религиозной этики»), по М. Веберу; смысл тезиса о становлении морали в противостоянии реальному миру (в неприятии мира).
2. Т. Гоббс о переходе от естественного состояния к общественному договору. Возможности справедливости в естественном состоянии. Условия перехода к общественному состоянию.
3. Ф. Ницше о корнях понятий «доброе и злое/плохое», «долг», «совесть», историческом истоке понятия «долг» и двух типах морали.
4. Методологические проблемы генеалогии морали. Опыт Ф. Ницше и М. Фуко.

Апресян Р.Г. Происхождение морали // Этика. Образовательный ресурсный центр.
Вебер М. Социология религии: (Типы религиозных сообществ) // Вебер М. Избранное. Образ общества. М.: Юрист, 1994. С. 231–259.
Гоббс Т. Левиафан // Гоббс Т. Соч. в 2 т. Т. 2. М.: Мысль, 1991. С. 93–124.
Ницше Ф. К генеалогии морали // Ницше Ф. Соч. в 2 т. Т. 2. М.: Мысль, 1990. С. 415–466.
Шелер М. Ресентимент в структуре моралей. СПб.: Наука; Университетская книга, 1999. С. 11–29.
Фуко М. Использование удовольствий. Введение // Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности / Пер. С. Табачниковой, под ред. А. Пузырея. М.: Касталь, 1996. С. 293–306.
Эфроимсон В.П.Родословная альтруизма (Этика с позиций эволюционной генетики человека) // Гениальность и этика. М.: Русский мир, 1998. 435–466.

Апресян Р.Г. К методологии генеалогического исследования морали (презентация опыта).
Апресян Р.Г.Три понятия морали Абдусалама Гусейнова // Российская философия продолжается: из ХХ века в ХХI / Под ред. Б.И.Пружинина. М.: РОССПЭН, 2010. С. 263–271.
Гоббс Т. О человеке // Гоббс Т. Соч. в 2 т. Т. 1. М.: Мысль, 1989. С. 258–259, 261.
Гоббс Т. О гражданине // Там же. С. 271, 284–319.

Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. С. 172–189.
Докинз Р. Эгоистичный ген. М.: Мир, 1993.
Дробницкий О.Г. Понятие морали: Историко-критический очерк // Дробницкий О.Г. Моральная философия: Избранные труды. С. 135–155.
Ламсден Ч.Дж., Уилсон Э.О. Прометеев огонь // Этическая мысль: Научно-публицистические чтения. 1991. М.: Республика, 1992. С. 325–341.
Мандевиль Б. Басня о пчелах. М.: Мысль, 1974. С. 65–76.
Рьюз М., Уилсон Э. Дарвинизм и этика // Вопросы философии, 1987, № 1.
Фуко М. Ницше, генеалогия и история // Философия эпохи постмодерна: Сборник переводов и рефератов. Минск: Красико-принт, 1996. С. 74–97.
Фуко М. О генеалогии этики: обзор текущей работы / Пер. с англ. А. Корбута // Логос, 2008, № 2. С. 135–158.

По статье В.П. Эфроимсона «Родословная альтруизма
(Этика с позиций эволюционной генетики человека)»

1. На основе статьи реконструируйте трактовку морали Эфроимсоном (имея в виду, что содержащаяся в статье интуиция морали не обязательно выражается в тех словах, которые Эфроимсон говорит о морали) .
2. С помощью каких аргументов Эфроимсон доказывает свой тезис о генетической предзаданности морали? .

Апресян Р.Г.Идея морали и базовые нормативно-этические программы. М.: ИФРАН, 1995. С. 32–61.
Голубовский М. Гений и генетика // Вестник, 1999, № 6 (16 марта).
Эфроимсон, Владимир Павлович // Википедия.

Тема 3. Исторические корни морали

1. Предмет конкретного анализа. Реконструкция начальных стадий формирования морального образа мысли и моральных отношений на материале древнейших литературных источников: а) Гомер «Илиада» (VIII до н.э.): эпизод посещения Приамом Ахилла с мольбой о выдаче тела Гектора; б) «Повесть об Ахикаре» (VII до н.э.): эпизод обращения Ахикара к Набусемаку с просьбой вопреки приказу царя спасти ему жизнь в ответ на аналогичное благодеяние совершенное Ахикаром Набусемаку. Оба эпизода подлежат реконструкции в логике морали.
2. Методологический ключ: концепция золотого правила, в соотнесении с талионом и заповедью любви.
3. Нормативные характеристики талиона, золотого правила, заповеди любви.

Апресян Р.Г. Талион и золотое правило: критический анализ сопряженных контекстов // Вопросы философии, 2001, № 3. С. 72–84.
Апресян Р.Г. Нравоперемена Ахилла: к первичной генеалогии морали // Философский журнал, 2011, № 1. С. 115–133; Апресян Р.Г. Истоки морали в архаическом обществе (На материале «Илиады») // Человек, 2011, № 3. С. 21–40; № 4. С. 21–40.
Апресян Р.Г. Случай Ахикара (К происхождению морали) // Философия и культура, 2008, № 9. С. 74–86.
Апресян Р.Г. К методологии генеалогического исследования морали (презентация опыта).
Гусейнов А.А. Талион; Золотое правило // Этика: Энциклопедический словарь / Под ред. Р.Г.Апресяна и А.А.Гусейнова. М.: Гардарики, 2001.

Апресян Р.Г.Три понятия морали Абдусалама Гусейнова // Российская философия продолжается: из ХХ века в ХХI / Под ред. Б.И.Пружинина. М.: РОССПЭН, 2010. С. 263–271.
ГусейновА.А. Социальная природа нравственности. М.: МГУ, 1974. Глава «От талиона к «золотому правилу». специфика нравственного требования» С. 63–86.
Соловьев Э.Ю. «Слабая» версия универсализации максим и «золотое правило нравственности» //Соловьев Э.Ю. Категорический императив нравственности и права. М.: Прогресс-Традиция, 2005. С. 83-89.

1. Концепция А.А. Гусейнова становления морали в процессе перехода от талиона к золотому правилу. .
2. Характеристики и параметры сопоставления талиона и золотого правила. .
3. Нормативные источники золотого правила. .

Тема 4. Коммуникативные предпосылки морали

1. Первоначальный коммуникативный опыт детства: а) безмятежность, б) актуализация Я через Другого, в) освоение мира через Другого; г) непосредственное удовлетворение потребностей и самодостаточность индивидуального существования.
2. Матернализм: a) бескорыстие и самоотвер­жен­ная забота, б) спонтанность, в) безусловность отношения к Другому, г) инициативность, принципи­аль­ность, д) автономия.
Матернализм и патернализм: забота и покровительство. Патернализм и воля к власти. Этический архетип патернализма: а) покровительствующая забота, б) договор, в) права и обязанности, г) порядок. Нравственное значение материнства и отцовства.

Апресян Р.Г. Идея морали и базовые нормативно-этические программы. М.: ИФРАН, 1995. .
Фромм Э. Здоровое общество // Фромм Э. Мужчина и женщина. М.: АСТ,1998. С. 146–185.
Фромм Э. Революция надежды // Фромм Э. Психоанализ и этика. М.: Республика, 1993. С. 261–270, http://gestalt-taganrog.ru/articles/fromm1.shtml.

Бородай Ю.М. Эротика, смерть, табу. М: Гнозис, 1996. С. 97–182.

Часть III. Сущность морали

Тема 5. Императивность

1. Понятие императивности (долженствования). Источники и механизмы моральной императивности.
2. Учение И. Канта о категорическом императиве. Максима и императив. Понятие долга. Разновидности деяний в их отношении к долгу. Виды императивов: гипотетические и категорический императивы. Три практических принципа категорического императива. Автономия и гетерономия воли. Должное и сущее. Двойственная природа человека. Возможность человеческой свободы.
3. Абсолютность и относительность нравственных обязанностей. Разбор Кантом проблемы лжи из человеколюбия: нормативно-этический и этико-философский аспекты.
4. Учения Дж. Локка и Д. Юма о природе моральной обязательности. Локк о моральных законах и в частности о законах репутации, или доброго имени. Юм о роли частных интересов и взаимодействия людей в формировании моральных представлений. Персонально-коммуникативная детерминированность морального долженствования. Проблематизация «я» в отношении с «другим», «другими», (а также «Другим»).
5. Проблема всеобщности (универсальности) моральных требований. Беспристрастность, нелицеприятность, надситуативность моральных решений. Универсализуемость моральных суждений и решений. Критика Гегелем универсалистского подхода к моральным требованиям.
6. Совесть и идеал. Совесть и стыд. Негативная и позитивная трактовки совести.

Апресян Р.Г. Коммуникативный источник морального долженствования // Этическая мысль. Вып. 11 / Отв. ред. А.А. Гусейнов. М.: ИФРАН, 2011. С. 5–29.
Локк Дж. Опыт о человеческом разумении / Пер. с англ. А.Н. Савина// Локк Дж. Соч. в 3 т. Т. 1. М.: Мысль, 1985. С. 406–408.
История этических учений / Под общ. ред. А.А. Гусейнова. М.: Гардарики, 2003. С. 551–659.
Кант И. Основы метафизики нравственности // Кант И. Соч. в 6 т. Т. 4 (1). М.: Мысль, 1965. С. 229–309 .
Кант И. О мнимом праве лгать из человеколюбия // Трактаты и письма / Ред. А.В. Гулыга. М.: Наука, 1980. С. 292–297.
Левинас Э. Гуманизм другого человека //Левинас Э. Время и другой. Гуманизм другого человека / Пер. с фр. А.В. Парибка. СПб.: Высшая религиозно-философская школа, 1998. С. 165–171.
Юм Д. Трактат о человеческой природе / Пер. с англ. С.И. Церетели // Юм Д. Соч в 2 т. Т. I / Вступ. ст. А.Ф. Грязнова; примеч. И.С. Нарского. 2-е изд., дополн. и испр. М.: Мысль, 1996. С. 366–374; 556–565.
Абсолютизм и релятивизм, Автономия и гетерономия, Беспристрастность, Всеобщность, Долг, Должное и сущее, Идеал, Катекон, Категорический императив, Максима, Мораль, Обязанность, «Основоположение к метафизике нравов», Ответственность, Оценка моральная, Совесть // Этика: энциклопедический словарь. М.: Гардарики, 2001.

Бердяев Н.А. О назначении человека: Опыт парадоксальной этики // Бердяев Н.А. О назначении человека. М.: Республика, 1993 С. 149-155.
Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика . С. 138–155.
Дробницкий О.Г. Понятие морали: Историко-критический очерк // О.Г. Дробницкий. Моральная философия. М.: Гардарики, 2002. С. 67–77.
О праве лгать / Сост. и ред. Р.Г. Апресян. М.: РОССПЭН, 2011.
См. также: Дискуссия на теоретическом семинаре сектора Этики ИФРАН по эссе И.Канта «О мнимом праве лгать из человеколюбия», Декабрь, 2007.
Соловьев Э.Ю. Категорический императив нравственности и права. М.: Прогресс-Традиция, 2005. С. 71–77, 89–93, 102–105, 113–116.

Кратко, опираясь на текст, показать, в чем именно Кант видел отношение человека к самому себе, как к средству? .

Тема 6. Неоднородность морали

1. Структуры морали. Возможность различной структурализации морали.
2. М. Фуко о смысле морали («этики»). Три стороны морали, по Фуко. Основные понятия, раскрывающие концепцию морали Фуко. Различия в способах морального самоопределения. Неинституциональность морали.
3. Мораль личности и общественная мораль. Предметная дифференцированность этики личности и социальной этики. Субъект индивидуальной морали и общественной морали. Социальные спецификации морали. Содержание, устройство и параметры общественной морали. Коллективная ответственность. Антиномии «автономия – гетерономия», «личностное самоопределение – общественное дисциплинирование», «институциональность – неинституциональность» в контексте социальной этики.
4. Мораль как способ нормативной регуляции.Структура нормативной регуляциии. Основные характеристики морального требования (соотношение субъекта и объекта, должного и сущего, характер санкции, универсальность и универсализуемость, способы социального закрепления).
5. Справедливость. Моральные, правовые и социально-экономические аспекты проблемы справедливости. Уравнивающая (ретрибутивная) и распределительная (дистрибутивная) справедливость. Уважение, соблюдение договоров, права человека – раз­личные основания справедливости. Справедливость как мера соотношения прав и обязанностей.
6. Наказание. Справедливость и проблема наказания. Функции наказания. Уголовное наказание. Смертная казнь: аргументы «за» и «против».
7. Институционализация морали. Тенденции институционализации морали в постмодернном обществе. Моральные кодексы. Этические комитеты. Профессиональная и корпоративная этика.

Аристотель. Никомахова этика // Аристотель. Соч. Т.4. М.: Мысль, 1983. С. 145–171.
Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика .
Дробницкий О.Г. Понятие морали: Историко-критический очерк // Дробницкий О.Г. Моральная философия: Избранные труды. М.: Гардарики, 2002. С. 199-228, 234-279, 286-299.
Общественная мораль: философские, нормативно-этические и прикладные проблемы / Под ред. Р.Г. Апресяна. М.: Альфа-М, 2009.
Прокофьев А.В. Мораль индивидуального совершенствования и общественная мораль: исследование неоднородности нравственных феноменов. Великий Новгород: Изд-во НовГУ, 2006. С. 98–106, 120–150.
Ролз Дж. Теория справедливости. С. 397–417, 469–475.
Фуко М. Использование удовольствий. Введение // Фуко М. Воля к истине: по ту сторону знания, власти и сексуальности. М.: Касталь, 1996. С. 293–306.
Фуко М. О начале герменевтики себя // Логос, 2008, № 2. С. 65–95.

1. На основе книги О.Г.Дробницкого «Понятие морали: Историко-критический очерк» (Дробницкий О.Г. Моральная философия: Избранные труды. С. 199-228, 234-279, 286-299), принимая во внимание его понимание основных параметров нормативной регуляции (объект требования, субъект требования, характер требования, санкция, способ обоснования требования), провести сопоставление права, обычая и морали.

2. Этико-нормативный разбор Нагорной проповеди.
Проанализируйте текст Нагорной проповеди (Мф. 5–7) как этико-нормативный документ. Стратегия разбора может быть разной (и в этом смысле свободной), но желательно не обойти таких вопросов:

  • как форма (модальность; а если «модальность», то какая?) нормативных суждений;
  • способ их предъявления и обоснования;
  • степень «этичности» (по мерке Канта или по мерке Милля);
  • подразумевается ли какая-то логика в этике Нагорной проповеди?
  • возможно ли реконструировать некую иерархию требований?
  • и т.п. .

3. Смертная казнь: критический разбор аргументов «за» и «против».
Критический анализ встречающихся в текущих общественных дебатах аргументов «за» и «против» смертной казни. При обсуждении исходить из определенного понимания более широкого вопроса об общественных функциях уголовного наказания. Материал для дискуссии нужно самостоятельно подобрать из Сети. .

Вспомогательная литература к заданию 3:

Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. М.: Стелс, 1995. С. 69–71, 83–90, 106, 162–179.
Кестлер А., Камю А. Размышления о смертной казни. М.: Праксис, 2003.
Кистяковский А.Ф. Исследование о смертной казни. Тула: Автограф, 2000.
Когда убивает государство. Смертная казнь против прав человека. М.: Прогресс, 1989.
Поздняков Э.А. Философия преступления . М.: , 2001. С. 447–494.
Приставкин А. Долина смертной тени. М.: Текст, 2002.
Соловьев В.С. Оправдание добра // Указ. изд. С. 379–405, 441–462.
Фуко М. Надзирать и наказывать: Рождение тюрьмы / Пер. с фр. В.Наумова, под ред. И.Борисовой. М.: Ad Marginem. 1999.

Тема 7. Свобода и ответственность

1. Свобода действия. Свобода и необходимость. Необходимость «внешняя» и «внут­ренняя». Основные характеристики преднамеренного действия, по Аристотелю. Свобода воли (хотения). Трансцендентность свободы. Проблема негативной и позитивной свободы. Формальная (отрицательная) и материальная (поло­жи­тельная) свобода (Н.О. Лосский). «Свобода от» и «свобода для» (Гегель).
2. Свобода как гражданская автономия, гражданские свободы, политические права. Автономия: а) неподопечность; б) действование на основании легитимных норм и принципов; в) возможность воздействовать на формирование этих норм и принципов. Автономия и своеволие.
3. Свобода духа. Проблема «сублимации свободы»: от произвола к творчеству (Н. Гар­тман, Б.П. Вышеславцев, С.А. Ле­вицкий).
4. Ответственность.Естественная и контрактарная ответственность. Ответственность как призвание и как обязанность. М. Вебер об «этике ответственности» и «этике убежденности».

Гусейнов А.А., Апресян Р.Г. Этика. С. 125–137, 266–280.
Аристотель. Никомахова этика // Указ. изд. С. 95-120.
Августин. О благодати и божественном произволении // Гусейнов А.А., Иррлитц Г. Краткая история этики. С. 532–557.
Вебер М. Политика как призвание и профессия // Вебер М. Избр. произв. М.: Прогресс, 1990. С. 690–706.
Левицкий С.А. Трагедия свободы // Левицкий С.А. Трагедия свободы. М.: Канон, 1995. С. 129–216.
Лосский Н.О. Свобода воли // Лосский Н.О. Избранное. М.: Правда, 1991.

Столяров А.А. Свобода воли как проблема европейского морального сознания . М.: Греко-латинский кабинет Ю.А.Шичалина, 1999.

ОСНОВНЫЕ ЭТИЧЕСКИЕ УЧЕНИЯ

Основные этические учения в истории религий.

Воспитание нравственности начинается с усвоения этических правил, которые выработало человечество и которые действенны для всех времен и народов. Однако в критических ситуациях не всегда можно опереться на готовые решения, общие предписания не всегда помогают индивиду найти правильное жизненное решение. Человек сам решает, как поступить в той или иной жизненной ситуации. Он сам определяет, что является нравственным для него в данном случае. Человеческая природа такова, что человек одинаково способен и на добро, и на зло. Этически ценным (добрым) признается поступок такого человека, который предпочитает злу добро в конкретной ситуации, но непременно по свободному выбору.

С именем Моисея связан один из древнейших и самых распространенных кодексов нравственного поведения, состоящий из десяти заповедей, что и стало его обозначением (Десять заповедей — Декалог). Моисей — законодатель еврейского народа, основатель религии иудаизма. Общей основой Декалога являются десять заповедей, которые содержат самые общие религиозно-нравственно-юридические принципы поведения. Именно благодаря им Моисей приобрел известность, выходящую далеко за пределы еврейско-иудаистской культуры, и стал одним из учителей человечества.

Основная жизненная миссия Моисея, в рамках которой разворачивается его религиозная и нравственно-законодательная деятельность — вывести евреев из египетского рабства. В течение долгих странствий по пустыне Моисей является предводителем своего народа, наставляя и защищая его, подавляя его гнев и ропот, творя справедливость и укрепляя в нем сознание богоизбранности, приучая его к нравственной, юридической и ритуальной дисциплине. Если в этническом смысле евреи происходят от Иакова (Израиля), то в историческом смысле они происходят от Моисея.

Выступающий в роли вождя и учителя народа оказывается в нравственно двусмысленном положении, поскольку святой, считающий себя святым, святым не является. Бог освобождает Моисея от такой двусмысленности тем, что берет на себя ответственность за его высокую миссию.

Сомнения же Моисея относительно своих прав и способностей быть предводителем народа говорят о его высоких моральных качествах.

Первые три заповеди Декалога предписывают почитать одного лишь Яхве, запрещают создавать других богов, предостерегают от необязательного отношения к указаниям Бога. Четвертая заповедь («Помни день отдохновения») является исключительно важной с точки зрения связи Бога и народа, и в то же время это день, в который перед лицом Бога уравниваются все в пределах Израиля, независимо от их социального статуса. В субботнем отдохновении духовное единство Израиля перед Богом находит свое предметное воплощение. Пятая заповедь предписывает почитание отца и матери. В контексте Десятисловия она приобретает особый смысл и призвана подчеркнуть, что новые религиозно-национальные предписания нравственного поведения не отменяют родственных обязанностей, вековечного закона почитания родителей.

Последующие заповеди (с шестой по десятую) регулируют нормы отношения человека к ближним, понимая под ближними всех представителей своего народа и только их. Без этого отождествления ближнего с сыном своего народа нельзя понять своеобразие этики Моисея. Единство народа и его сплочение вокруг единого Бога, помимо прямого поклонения Богу в установленных и для всех обязательных формах, обеспечивается едиными законами. Противоречивые отношения народа и Бога регулируются по законам справедливости. В содержательном плане справедливость, задаваемая принципами Декалога, является равным возмездием. Речь идет об уходящем корнями в родоплеменные отношения принципе талиона, или воздаяния равным за равное. Пять заповедей, образующих вторую часть Декалога — не убивай, не прелюбодействуй, не кради, не лжесвидетельствуй, не пожелай ничего, что принадлежит твоему ближнему, задают основную меру справедливости. Именно их признание в качестве основы общественной жизни является главным признаком богоугодности народа, а их соблюдение — критерием нравственно достойного поведения.

Декалог представляет собой документ эпохи, когда общественное сознание оставалось синкрегичным, не расчленялось на обособленные формы — религию, мораль и право. Нравственные требования в нем даны вместе с их религиозным обоснованием и юридическими следствиями. Они сформулированы Богом, отсюда их безусловный характер. Не подлежащая обсуждению и не допускающая отклонений обязательность этих требований гарантирована тем, что они являются одновременно суровыми юридическими законами. С этим также связаны некоторые особенности Декалога. В Декалоге награды и наказания распространяются на далекое потомство, что противоречит идее индивидуальной нравственной ответственности. Декалог не знает идеи загробного воздаяния или иной перспективы, призванной гарантировать награду за добродетель поведения.

Моисей как законодатель делал ставку на принудительную силу закона. Он исходил из основного убеждения, согласно которому путь к человеческому благополучию и согласию лежит через справедливое общественное устройство, верховенство закона. Законы Моисея — законы Израиля. Отношения к другим народам далеки от канонов Десятисловия. Они остаются враждебными. Разделение людей на своих и чужих не было изобретением Моисея. Оно существовало задолго до него. Подобная жестокость оправдывается тем, что речь идет о народах, практикующих человеческие жертвоприношения и другие варварские обычаи.

Установления Декалога вошли в культуру как всеобщие требования, без первоначальных исторически обусловленных ограничений. Они стали важной составной частью нравственных канонов христианства и ислама, общечеловеческой основой нравственности. Это был великий духовный переворот, связанный с появлением монотеистической религии иудаизма. Субъектом этики Моисея является народ. И в этом качестве она является этикой справедливости. Милосердие в ветхозаветной этике не обрело самоценного значения, оно существует в связи со справедливостью, выступает как особая ее форма. Ветхозаветная мораль является суровой и беспощадной. Кротость Моисея выражалась не в жалости и прощении, а в том, что его гнев знает границы, задаваемые нормами справедливости, а его суровость не столь беспощадна, как она могла бы быть. Кротость, милосердие в этике Моисея — это справедливость как более мягкая по сравнению с неограниченной местью форма человеческих взаимоотношений. Декалог как программа достойной человека жизни говорит о том, что способность жить по законам, предначертанным Богом (законам спра-ведливости), делают человека человеком.

К основным этическим учениям относится учение Будды. Основными его источниками являются буддийская каноническая книга «Трипитака» («три корзины» закона) и поэма «Буддхачарита» («Жизнеописание Будды») великого классика буддийской санскритской литературы Асвагоши. Вся жизнь принца Гаутамы после того, как он стал Буддой, был посвящена проповеди учения и организации общинно-монашеской жизни. Он пришел к выводу, что спасение достигается через освобождение от желаний. Исходным пунктом жизнеучения Будды является констатация того, что ни наслаждение жизнью, ни умерщвление страстей не ведут к блаженству. «Верную срединную дорогу» Будды нельзя уподоблять известному из греческой античности принципу меры. Для Будды, который вырос на индийской духовной почве, понятие блаженства соотнесено с представлением о жизни как цепи переходов из одного существования в другое в широком диапазоне от богов до обитателей ада. При этом каждое существование сопряжено со страданиями, хотя по этому критерию разница между различными сферами существования огромна. Такой образ мира обозначается термином сансара. Блаженство состоит в том, чтобы вырваться из круговорота рождений и смертей.

В основе жизнеучения Будды лежат четыре благородные истины, открывшиеся ему в знаменитую ночь просветления под смоковницей. Вот они: есть страдание; есть причина страдания; и есть прекращение страдания — нирвана; есть путь, ведущий к прекращению страдания — правильная срединная дорога. Благородные истины говорят о том, что надо знать и что надо делать, чтобы стать благородным, нравственно чистым.

Первая благородная истина — о страдании. Рождение, болезнь, смерть, разлука с любимыми, невозможность иметь, чего хочется, словом, сама жизнь в ее многообразных проявлениях — от непосредственных ощущений до отвлеченных понятий — есть страдание. Будда снимает привычное различие между наслаждением и страданием. Все есть страдание, в том числе и то, что считается наслаждением. Вторая благородная истина — об источнике страданий. Источником является желание жизни. Третья благородная истина — о пресечении страданий. Состояние отсутствия страданий обозначается как нирвана. Будда избегал ответов на вопрос о сущности нирваны. Это было очень мудро. Нирвану можно охарактеризовать еще как покой в непривязанности. Покой в том смысле, что нирвана абсолютно непроницаема для желаний, страстей, душевной боли. Более ничего о ней сказать нельзя. В последующем в рамках буддийской философии была разработана целая теория нирваны. Четвертая благородная истина — о пути, который ведет к нирване, о верной срединной дороге, которая включает нормативную программу, охватывающую восемь ступеней духовного возвышения. Восемь ступеней срединной дороги Будды могут быть осмыслены как универсальная схема действий нравственно совершенствующейся личности.

Нравственное совершенствование по-буддийски можно истолковать как движение от индивидуально-личностной определенности к абсолютно-безличному началу. С этой позиции нравственной чистоты, совпадающей с вечностью, отношение к миру может быть только отрицательным. Поэтому все требования этики Будды являются запретительными, а в совокупности они представляют собой систематику нравственного отрешения от мира. Моральный кодекс сторонника Будды состоит из пяти запретов: буддист-мирянин не должен убивать, воровать, жить нецеломудренно, лгать, употреблять опьяняющие напитки. Учение Будды нацелено на внутреннее самосовершенствование личности. В его основе лежат нравственные цели. При этом нравственность интересует Будду прежде всего в ее практическом действенном выражении, как путь спасения.

Древнекитайский мыслитель Конфуций предложил нормативную программу достойной жизни, которую можно кратко охарактеризовать как этику ритуала. По его мнению, именно ритуал способен соединить добродетель и счастье, волю отдельного человека и согласную жизнь всех в обществе. Учение Конфуция изложено в книге «Луньюй» («Суждения и беседы»). Конфуций является духовным отцом китайской нации. Его учение на протяжении почти двух с половиной тысяч лет пользуется в Китае безусловным признанием и почитанием.

Одно из основных понятий в его учении — жень («милосердие», «человеколюбие», «гуманность»). Иероглиф «жень» состоит из двух знаков, обозначающих соответственно человека и цифру два. Жень берет свои истоки и реализуется в отношениях человека с другими людьми. Мудрость состоит не в том, чтобы ставить несбыточную цель — убежать от людей, а в том, чтобы внести гармоничное начало в отношения между ними. На вопрос своего ученика: «Можно ли всю жизнь руководствоваться одним словом?» — Конфуций ответил: «Это слово — взаимность, не делай другим того, чего не желаешь себе». Конфуций по-своему сформулировал принцип, который в европейской культурной традиции получил название золотого правила нравственности. «Жень» как человеколюбие, взаимность в отношениях — общий принцип поведения. Его конкретным воплощением является ритуал. Слово «ритуал» может пониматься также как «правила», «церемонии», «этикет», «обряд». В самом общем виде под ритуалом понимаются конкретные нормы и образцы общественно достойного поведения.

Конфуций считал, что добродетель неразрывно связана с политикой, знания должны вести к процветанию государства, а наиболее достойным поприщем для ученого человека является сановная деятельность. Люди являются разными и по природным качествам, и по социальному статусу. Возникает проблема: как реализовать принцип равенства в отношениях между неравными людьми? Ритуал позволяет определять общественную соразмерность индивидов. Ритуал является и нравственной мерой поведения, поскольку он обеспечивает согласное существование людей.

В содержательном плане конфуцианский ритуал держится на двух основаниях: сыновней почтительности (сяо) и исправлении имен (чжен мин). По мнению Конфуция, образец и норму достойного поведения задает древность. Сыновняя почтительность рассматривается в аспекте взаи-моотношения поколений. Отец является для сына последней (и в этом смысле абсолютной) нравственной инстанцией. Конфуций придерживался мнения, что жажда перемен не должна посягать на культ предков. Изменения возможны и желаемы только в том случае, если на них получено согласие родителей. Одна из норм конфуцианского ритуала разрешает детям менять порядки, заведенные отцом, только через три года после его смерти. При размышлении над этой нравственной установкой следует учесть, что народ, который руководствовался ею, оказался самым многочисленным на земле.

Сыновняя почтительность — краеугольный камень в здании китайской цивилизации.

Функцию выравнивания человеческих отношений в социальном пространстве выполняет концепция исправления имен, которая выражается так: «Государь должен быть государем, сановник — сановником, отец — отцом, сын — сыном». Более высокое положение в человеческой и социальной иерархии означает также более высокий уровень нравственной ответственности. Нравственные обязанности непременно становятся делом воспитания, образования, культуры.

Понятие благородного мужа (цзюнь-цзы) имеет у Конфуция два взаимосвязанных смысла: принадлежность к аристократии и человеческое совершенство. Принадлежность к аристократии сама по себе не гарантирует человеческого совершенства, ибо для этого необходима упорная духовная работа над собой. В то же время человеческое совершенство не закрыто и для тех, кому судьба предназначила долю простолюдина.

Благородный муж — средоточие всех высоких качеств, идеальная личность, как ее понимает Конфуций. Он стремится познать правильный путь (дао), всегда и во всем человеколюбив, думает о том, чтобы во всем следовать ритуалу, быть искренним и правдивым в словах, честным и почтительным в поступках, он постоянно учится. «После того как воспитанность и естественность в человеке уравновесят друг друга, он становится благородным мужем». То, как благородный муж строит взаимоотношения с другими людьми, можно выразить в трех предложениях: он относится ко всем ровно, одинаково; заимствует у окружающих только хорошее и сближается с лучшими; судит только самого себя. Предмет особой заботы благородного мужа — соответствие слова и дела. Дела благородного мужа должны предшествовать его словам. Благородный муж в этом смысле представляет собой воплощенный синтез нравственности и политики.

Благородный муж — нравственно самостоятельная и самодостаточная личность. Ему в учении Конфуция противостоит низкий человек (сяо жень). Это человек своевольный, грубый не только по внешнему виду и манерам, но и в том смысле, что для него ритуал, представления о человеческом приличии и достоинстве не стали определяющими мотивами поведения. Низкий человек — своего рода антиидеал. Подобно тому, как благородный муж создает сам себя в упорных трудах, низкий человек является результатом нерадения индивидов о самих себе. Но следует также учитывать, что в целом в отношении индивидуальных судеб людей не существует предопределения. Поэтому творить добро и противостоять злу — не единовременный акт человеческого бытия, а его непрерывное состояние.

Методологические проблемы истории этики. Классификация основных этических направлений

История этических учений чрезвычайно многообразна. Для изучения ее основных проявлений можно воспользоваться следующей информацией систематизирующего характера.
Возникновение развитых форм этического знания связывают с серединой 1 тысячелетия до н.э. и с тремя культурными регионами (Индия, Китай, Греция). Предэтика (несистематизированные, полуинтуитивные моральные представления) значительно старше по возрасту: самые древние источники Шумеро-аккадской и Египетской культур относятся к IV—111 тысячелетиям до н.э.
Классификацию основных направлений в истории этики можно представить следующим образом. Натуралистическая традиция, выводящая мораль из природы человека, распадается на ряд течений (эвдемонизм связывает высшее благо и смысл жизни со счастьем, гедонизм* с удовольствием, утилитаризм — с пользой). Ригористическая (идеалистическая) традиция ориентирована на понимание морали как императивного механизма, управляющего человеческой «естественностью» (ригоризм — подчинение воли человека какому-либо закону). Позднее оформившаяся социологическая тенденция акцентирует социальный статус морали. Такая классификация, как и все другие, достаточно условна (переплетение традиций, размытость их границ).
Методологические установки при изучении истории этики: принцип конкретно-исторического подхода (учет социокультурных обстоятельств, обусловливающих возникновение и содержательное наполнение историко-этических феноменов); принцип развития (понимание особенностей становления и эволюции этих феноменов); ориентация на выявление общих смыслов в множественности и релятивности этического знания.
Первоначальные, чрезвычайно древние попытки осмысления фундаментальных нравственных ценностей осуществлялись в лоне становящейся философии, т.е.

в своих истоках и на ранних этапах становления этика была слита с философией, поэтому вопрос о ее генезисе тесно связан с проблемой происхождения философии (которая тоже, кстати говоря, не относится к числу окончательно решенных).
Зарождение философско-этического мировоззрения происходило в эпоху становления классового общества и разделения материального и духовного труда. Духовным источником философии явилась предфилософия, представлявшая собой совокупность развитой мифологии, знания и обыденного сознания, «ходячей нравственности?. Взаимосвязь этих элементов в различных регионах древней цивилизации была различна, что в значительной степени объясняет своеобразие конкретных типов философского мировоззрения (прежде всего специфику его на Востоке и на Западе). Предфилософский комплекс представлял собой некое синкретическое единство разнообразных представлений о жизни с доминирующим значением мифологии. Своеобразная смесь фантазии и реальности являлась смутным, плохо выраженным в слове предвосхищением будущего осознанного поиска «правильной жизни», стремления к постижению истины. Содержащиеся в этом синкретизме элементы нравственного сознания как бы подготавливали почву для возникновения зачатков этического знания, первоначально растворенного в становящемся философском мировоззрении.
Генезис философии — длительный процесс, в нем нелегко определять четкие временные и смысловые границы, разделяющие иредфилософию и собственно философию. Тем более сложно жестко разграничивать нравственные обобщения и собственно этику. Очертания их условны, подвижны, поскольку осмысление нравственных проблем всегда происходит и на уровне обыденного сознания, а этика, призванная дать им специальный анализ, по сути дела вплетена в реально функционирующую мораль, являясь ее элементом.
Возникновение философии относят к первой половине I тысячелетия до н.э., когда в восточной и западной части древнего мира сложилась примерно одинакового уровня предфилософия, а в Древней Индии, Древнем Китае и Древней Греции оформился комплекс социокультурных предпосылок, обусловивший процесс вычленения из нее философии, которая рождалась в процессе развития мышления. Само по себе мышление не сеть философия. Философия — это «мировоззренческое мышление, или мыслящее мировоззрение» (A.M.Малышев). Понятно, что среди первых вопросов, которыми должно было задаться это «мировоззренческое мышление», были, конечно, и вопросы нравственного характера (прежде всего вопрос о месте человека в мире и смысле его жизни). Поэтому первые попытки философских построений одновременно содержали в себе зародыш этического сознания.

Добавить комментарий

Закрыть меню