Неприкосновенность жилища в уголовном процессе

Реализация принципа неприкосновенности жилища в уголовном судопроизводстве

Н. Лопаткина, помощник прокурора г. Сочи.

Принцип неприкосновенности жилища нашел свое отражение в международных нормах, Конституции РФ, отраслевом законодательстве. В ст. 12 УПК РФ сказано: «Осмотр жилища производится только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения, за исключением случаев, предусмотренных частью пятой статьи 165 настоящего Кодекса… Обыск и выемка в жилище могут производиться на основании судебного решения, за исключением случаев, предусмотренных частью пятой статьи 165 настоящего Кодекса».

Принцип неприкосновенности жилища должен соблюдаться и по месту постоянного жительства, и по месту временного пребывания человека.

Под жилищем понимается индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение, независимо от формы собственности, входящее в жилой фонд и используемое для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилой фонд, но используемое для временного проживания (п. 10 ст. 5 УПК). Место пребывания — это гостиница, санаторий, дом отдыха, пансионат, кемпинг, другое подобное учреждение, а также каюта парохода, купе поезда, гараж, автомобиль, туристическая палатка и иное помещение, в котором человек находится временно.

Неприкосновенность жилища должна быть обеспечена не только в тех случаях, когда проживающий является собственником или занимает жилище по договору найма (поднайма), аренды или на других законных основаниях, но и когда налицо лишь фактическое пользование жилищем. Например, без судебного решения нельзя производить обыск в самовольно построенном доме. Другими словами, право на неприкосновенность жилища и право на жилище нетождественны. Первое — самостоятельно и не является производным второго.

Человек, полагающий, что кто-либо нарушил его право на неприкосновенность жилища, вправе обжаловать это нарушение в прокуратуру и суд, требовать возмещения причиненного вреда. За нарушение неприкосновенности жилища предусмотрена уголовная ответственность (ст. 139 УК).

Проникновение в жилище против воли проживающих в нем лиц возможно при стихийном бедствии, авариях водопровода, канализации и в других экстремальных ситуациях. Ограничение конституционного права на неприкосновенность жилища нередко необходимо и в уголовном процессе, когда это сопряжено с производством некоторых следственных действий.

УПК предусматривает судебное решение (ч. 2 ст. 29) как основание для производства обыска и (или) выемки в жилище; осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц.

В соответствии со ст. 176 УПК осмотр жилища производится в целях обнаружения следов преступления, выяснения других обстоятельств, имеющих значение для уголовного дела. Осмотр жилища производится только с согласия проживающих в нем лиц или на основании судебного решения. Если проживающие в жилище лица возражают против осмотра, то следователь возбуждает перед судом ходатайство о производстве осмотра в соответствии со ст. 165 УПК.

При применении данной нормы могут возникнуть определенные проблемы. Так, первоначально жилец (жильцы) может выразить согласие на производство осмотра следователем, а впоследствии отказаться от такого согласия по различным мотивам и писать жалобы о том, что осмотр был произведен без разрешения, с нарушением требований закона, что влечет признание доказательств, полученных в результате такого осмотра, недопустимыми. Для предотвращения такой ситуации выражение согласия должно быть письменно зафиксировано перед началом осмотра в протоколе следственного действия всеми проживающими лицами и удостоверено подписями лиц, участвующих в производстве осмотра. До начала осмотра следователь или дознаватель должен разъяснить жильцам, что данное следственное действие связано с возможностью изъятия любых предметов, которые, по их мнению, могут иметь отношение к уголовному делу. Указанные положения следовало бы закрепить в законе.

Некоторую трудность будет вызывать и случай, когда в жилище проживают несколько лиц и кто-то один выражает несогласие с производством осмотра или отсутствует дома и не может письменно выразить свое мнение. При таких обстоятельствах, за исключением случаев, предусмотренных ч. 5 ст. 165 УПК, следователь, дознаватель не может производить осмотр и должен обратиться в суд за получением разрешения на производство указанного следственного действия. Полагаю, так же должен поступить следователь, дознаватель, если лицо, проживающее в помещении, во время осмотра, начатого с его согласия, заявило об отказе в возможности завершения следственного действия. В данном случае дальнейшее производство осмотра будет являться нарушением конституционных прав гражданина на личную неприкосновенность, неприкосновенность жилища и тайну частной жизни.

В соответствии с ч. 2 ст. 176 УПК в случаях, не терпящих отлагательств, осмотр места происшествия может быть произведен до возбуждения уголовного дела. Учитывая, что для проведения осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц необходимо время на получение согласия прокурора и суда, это, на первый взгляд, исключает возможность проведения осмотра жилища, когда оно является местом происшествия, при отсутствии согласия проживающих в нем лиц до возбуждения уголовного дела. Однако ч. 5 ст. 165 УПК в исключительных случаях позволяет производство осмотра жилища и до вынесения соответствующего судебного решения. Поэтому считаю, что проведение осмотра жилища — места происшествия при отсутствии согласия проживающих в нем лиц возможно и до возбуждения уголовного дела при наличии условия неотложности проведения этого следственного действия. При других обстоятельствах осмотр жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц до возбуждения уголовного дела должен быть признан доказательством, полученным с нарушением уголовно — процессуального закона.

Обыск и выемка суть следственные действия, проводимые в порядке досудебного производства для собирания доказательств в целях установления обстоятельств, предусмотренных ст. 73 УПК. Статья 182 УПК регламентирует основания и порядок производства обыска. Выемка производится в порядке, предусмотренном ст. 182 УПК, за изъятиями, предусмотренными ст. 183 УПК.

Основанием для проведения обыска является наличие достаточных данных, формирующих предположение о нахождении в определенном месте имеющих значение для дела объектов. Условиями для производства выемки являются информация об индивидуальных признаках предмета, подлежащего изъятию, и место его нахождения. Вышеназванные фактические данные могут быть получены в ходе производства предварительного расследования и найти свое отражение в материалах дела. Не исключается возможность получения таких фактических данных в ходе проведения оперативно — розыскных мероприятий, которые должны быть легализованы в соответствии с требованиями действующего законодательства. Одновременно, полагаю, при оценке фактических данных в качестве основания должна быть соблюдена форма их получения и закрепления.

Порядок производства обыска и (или) выемки в жилище, осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц предусматривает необходимость вынесения прокурором, следователем, дознавателем с согласия прокурора постановления о возбуждении перед судом ходатайства об их проведении. Порядок его разрешения в суде указан в ст. 165 УПК.

В ходе дачи согласия на проведение обыска у суда должно сформироваться предположение о нахождении в определенном месте имеющих значение для дела объектов. Это предположение должно основываться на достаточных и достоверных фактических данных. Если для формирования у суда внутреннего убеждения о необходимости проведения обыска у подозреваемого, обвиняемого одним из решающих факторов может быть сам факт причастности его к преступлению и возможность нахождения по месту его жительства или временного пребывания предметов, документов и ценностей, могущих иметь значение для дела, то в отношении иных лиц — ситуация другая. Например, для дачи согласия на проведение обыска у родственников подозреваемого или обвиняемого суду должны быть представлены фактические данные, дающие основание предполагать, что они могли оставить на хранение у своих родственников, в том числе и без их ведома, интересующие следствие предметы.

При даче согласия на выемку в жилище суд должен располагать достаточными и достоверными фактическими данными, позволяющими определить индивидуальные признаки изымаемого предмета (документа), а также место его нахождения (где — фактический адрес, у кого — Ф.И.О.), и о его значении для уголовного дела.

Необязательно раскрывать, какое именно значение будет иметь изымаемый объект, в постановлении суда достаточно ссылки на значимость его для дела. Это обусловлено тем, что до окончания производства расследования конкретизировать значимость для дела изъятого объекта иногда не представляется возможным, и уголовно — процессуальное законодательство, думается, не случайно не содержит прямого указания на это при вынесении решения.

Хотелось бы обратить внимание, что УПК не дает точного ответа на вопрос о лицах, присутствующих при производстве обыска. Положения ч. ч. 4 и 5 ст. 182 УПК определяют, что следователь предъявляет постановление о производстве обыска, предлагает добровольно выдать подлежащие изъятию предметы, документы и ценности, однако к кому обращены вышеописанные действия, не указано.

Анализ данной статьи позволяет сделать вывод о том, что при производстве данного следственного действия присутствуют владелец помещения либо совершеннолетние члены его семьи. Между тем обязательность их присутствия не подчеркнута, вследствие чего можно сделать вывод о возможности производства обыска и в отсутствие владельца помещения и членов его семьи. При таких обстоятельствах неясно, как выполнить требования закона и какие последствия повлекут нарушения данных требований.

Кроме того, в соответствии с ч. 5 ст. 165 УПК РФ производство вышеописанных действий в исключительных случаях, не терпящих отлагательства, возможно на основании постановления следователя без получения судебного решения. Процедура последующего судебного контроля за законностью проведения этих следственных действий заключается в уведомлении следователем прокурора и суда о проведении в течение 24 часов с момента начала их производства и представлении копий постановления о производстве следственного действия и протокола для проверки законности решения о его производстве. Обязанность уведомления и представления копий материалов возложена уголовно — процессуальным законом на следователя. Судья, получив указанные материалы, в течение 24 часов проверяет законность произведенного следственного действия и выносит постановление о его законности или незаконности. В случае если судья признает следственное действие незаконным, все полученные в его ходе доказательства признаются недопустимыми (ст. 75 УПК).

Понятие жилища в уголовном и уголовно-процессуальном праве. Принцип неприкосновенности жилища. Уголовная ответственность за нарушение неприкосновенности жилища.

⇐ ПредыдущаяСтр 85 из 121Следующая ⇒

Понятие жилища УП и УПП. В п. 10 ст. 5 УПК РФ дает нам следующую дефиницию: жилище — это индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и используемое для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящее в жилищный фонд, но используемое для временного проживания. Важность законодательного закрепления этого понятия заключается в том, что оно наряду с иными обстоятельствами вводит процессуальные рамки действия гарантий прав и законных интересов лиц, вовлеченных в сферу уголовного судопроизводства, при проведении следственных действий. Так, согласно п. 4 и п. 5 ч. 2 ст. 29 УПК РФ производство осмотра жилища при отсутствии согласия проживающих в нем лиц, обыск и (или) выемка в жилище осуществляются на основании судебного решения. Поэтому от того, подпадает ли под понятие «жилище» тот или иной фактический объект, зависит, следует ли получать соответствующее судебное решение для проведения следственного действия или такой необходимости нет. Как следует из приведенного выше определения, уголовно-процессуальное понимание жилища шире по объему его аналогов в жилищном праве, где им охватываются, как правило, исключительно жилые помещения. Поскольку проникновение в жилище допускается лишь в предусмотренных федеральным законом случаях и при соблюдении установленной процедуры, постольку существование придаваемого названному понятию особого уголовно-процессуального смысла вполне обоснованно. УПК РФ конкретно не называет виды жилых помещений, которые включает понятие «жилище».

правоприменительной практике есть ряд проблем, связанных с пробелами в толковании тех или иных уголовно-правовых норм. Одна из них — толкование понятия «жилище». Особенно остро она стоит при квалификации действий, связанных с незаконным проникновением в жилище.

Собственно, формулировка «жилище» в примечании к ст. 139 УК РФ изложена довольно подробно: индивидуальный жилой дом с входящими в него жилыми и нежилыми помещениями, жилое помещение независимо от формы собственности, входящее в жилищный фонд и пригодное для постоянного или временного проживания, а равно иное помещение или строение, не входящие в жилищный фонд, но предназначенные для временного проживания.

Однако возникают ситуации, когда ограничиваться положениями этого примечания не представляется возможным. Если с первой частью примечания все ясно, то во второй чувствуется явная законодательная недоработка. Речь идет об «иных помещениях или строениях, не входящих в жилищный фонд, но предназначенных для временного проживания».

Что это за «иные помещения или строения»? Что под ними подразумевает законодатель? Во всех ли случаях проникновение в такие помещения или строения будет считаться проникновением в жилище? Здесь таятся трудности с квалификацией содеянного. Особо часто это связано с хищениями, сопряженными с незаконным проникновением в жилище.

Что касается проникновения в жилище, представляющее индивидуальный дом, квартиру, где люди проживают, как правило, постоянно, то здесь особых проблем с квалификацией преступления нет.

Но когда речь идет о незаконном проникновении, например, в садовый или дачный дом, летнюю кухню, баню, иную надворную или хозяйственную постройку, где люди постоянно не проживают, но иногда готовят пищу, остаются на ночлег или даже живут какое-то время, то возникают сложности.

Дело в том, что имущественная дифференциация в российском обществе в последние 10 — 15 лет достигла огромных размеров. Собственники либо иные законные владельцы различных объектов недвижимости в большинстве случаев используют их для различных целей, в том числе в качестве временного жилища. В этих случаях нужно иметь в виду, что жилище, как правило, одно. Поэтому следует отличать преступные посягательства на жилища граждан и на жилые либо иные приспособленные для жилья помещения вообще.

Это означает, что хищение, связанное с незаконным проникновением в жилище, помимо основного объекта преступления, имеет еще и дополнительный. То есть, проникая в жилище с целью совершения там, например, кражи, виновный посягает, во-первых, на собственность (как на основной объект преступления), а во-вторых, на конституционное право человека и гражданина на неприкосновенность жилища (дополнительный объект).

Таким образом, подходя к уголовно-правовому понятию «жилище», следует руководствоваться в первую очередь положениями ст. 25 Конституции РФ: «Жилище неприкосновенно. Никто не вправе проникать в жилище против воли проживающих в нем лиц иначе как в случаях, установленных федеральным законом, или на основании судебного решения».

Решая вопрос о понятии жилища, нужно также руководствоваться способом грамматического толкования. По толковому словарю В.И. Даля, жилище — это то место, «где живут люди, где поселились… Жилое место… заселенное».

Если рассматривать сказанное применительно к признакам состава преступления, посягающего на жилище граждан, то, исходя из смысла ст. 25 Конституции РФ, в жилище, на которое посягательство направлено, должен кто-либо постоянно или временно проживать.

Таким образом, помещение или строение, в которое незаконно вторгается виновный, должно использоваться в качестве жилища именно в то время, когда происходит посягательство. Например, дачный дом (иное помещение или строение), когда хозяева временно используют его как жилье, т.е. проживают там какой-то период времени, будет жилищем именно в этот временной промежуток. Если же хозяева уже не живут там, но хранят хозяйственный инвентарь или иное имущество, такой дом не может рассматриваться как жилище, так как в нем никто уже не проживает. Теперь дом используется как хранилище различных материальных ценностей. Проникновение туда с целью кражи в этом случае следует квалифицировать по признаку «незаконное проникновение в помещение либо иное хранилище» (п. «б» ч. 2 ст. 158 УК). И наоборот, если такой дом (иное помещение или строение) соответствует требованиям, при которых возможно его использование в качестве жилища и оно используется как жилище, то и проникновение в него будет проникновением в жилище.

Добавить комментарий

Закрыть меню