Научные традиции и научные революции

  • Научные революции

    Концепция развития научного знания Т.С. Куна. Философские аспекты научных революций. Глобальные научные революции: от классической к постнеклассической науке. Революции в советской науке. Поиск нового обоснования и на переосмысление статуса научного знани
    курсовая работа , добавлен 14.05.2005

  • Научная революция и научно-технический прогресс

    Исследование основных типов научных революций. Перестройка картины мира без радикального изменения идеалов и философских оснований науки. Научно-технический прогресс — качественные преобразования материального производства и непроизводственной сферы.
    презентация , добавлен 07.01.2015

  • Традиции и революции в естествознании. Религиозная традиция

    Вклад в познание природы античных философов и ученых Китая, Индии, исламского мира. Система ценностей техногенной цивилизации Западной Европы. Основные научные парадигмы: гелиоцентрическая система Коперника, механика Ньютона, эволюционная теория Дарвина.
    презентация , добавлен 31.10.2012

  • Научно-техническая революция

    Понятие и содержание научно-технической революции, ее главные этапы и современные достижения. Ее влияние, положительные и отрицательные последствия для человечества. Распределение и анализ влияния революции по определенным группам и сферам деятельности.
    курсовая работа , добавлен 03.10.2014

  • Общенаучные и конкретно-предметные методы исследования

    Понятие и содержание научной картины мира; предъявляемые к ней требования, тенденции и направления изменений, современное состояние и перспективы. Переход научных исследований от менее высокого уровня к более высокому и связанные с этим тенденции.
    реферат , добавлен 26.06.2012

  • Философия науки

    Проблематика философии науки, ее особенности в различные исторические эпохи. Критерии научности и научного познания. Научные революции как перестройка основ науки. Сущность современного этапа развития науки. Институциональные формы научной деятельности.
    реферат , добавлен 24.12.2009

  • Научные революции и их разновидности

    Задачи научных революций. Скрытая сущность вещей и явлений в научных революциях первого типа. Идея развития в контексте эволюционных представлений в научных революциях второго типа. Отождествление макро- и микромира в научных революциях третьего типа.
    реферат , добавлен 19.07.2010

  • Философская картина мироздания

    Проблемы бытия и материи, духа и сознания — исходные философские понятия при осмыслении человеком мира. Научные, философские и религиозные картины мира.

    Материализм и идеализм — первичность духа или материи. Картина мира как эволюционное понятие.
    контрольная работа , добавлен 23.12.2009

  • Изучение и характеристика современной научной картины мира

    Рассмотрение современного миропонимания как важного компонента человеческой культуры. Изучение сущности понятия «картина мира». Естественнонаучные подходы к определению картины мира. Психолого-педагогические аспекты современной системы образования.
    реферат , добавлен 21.01.2015

  • Аспекты рациональности. Иррационализм и его разновидности

    Методологический аспект проблемы рациональности: демаркация науки и не науки; историческая смена идеалов научной рациональности; единство и различие критериев рациональности в разных науках; перспектива эволюции современной научной рациональности.
    реферат , добавлен 31.03.2009

  • Понятие революция свидетельствует о радикальных качественных изменениях в мире знания, о перестройке оснований науки.

    Как показывают исследователи, научная революция может протекать двояко:

    Предпосылкой любой научной революции являются факты, которые не могут быть объяснены имеющимися научными средствами и указывают на противоречия существующей теории. Когда аномалии, проблемы и ошибки накапливаются и становятся очевидными, развивается кризисная ситуация, которая и приводит к научной революции. В результате научной революции возникает новая объединяющая теория (парадигма), способная объяснить и устранить ранее имеющиеся противоречия.

    Известный философ науки Томас Кун в своей книге Структура научных революций (1962) обосновал модель развития науки (рассказать о чередовании нормальной науки и научных революций).

    Революционные периоды приводят к изменению структуры науки, принципов познания, категорий, методов и форм организации. История развития науки позволяет утверждать, что периоды спокойного, нормального развития науки отражают ситуацию преемственности традиций, когда все научные дисциплины развиваются в соответствии с установленными закономерностями и принятой системой предписаний. Нормальная наука означает исследования, прочно опирающиеся на прошлые или имеющиеся научные достижения и признающие их в качестве фундамента последующего развития. В периоды нормального развития науки деятельность ученых строится на основе одинаковых парадигм, одних и тех же правил и стандартов научной практики. Возникает общность установок и видимая согласованность действий, которая обеспечивает преемственность традиций того или иного направления. Ученые не ставят задачи создания принципиально новых теорий. Нормальная наука развивается, накапливая информацию, уточняя известные факты.

    Каждая научная революция открывает новые закономерности, которые не могут быть поняты в рамках прежних представлений. Научная революция значительно меняет историческую перспективу исследований и влияет на структуру учебников и научных работ, затрагивает стиль мышления и может по своим последствиям выходить далеко за рамки своей области. Научные революции рассматриваются как некумулятивные эпизоды развития науки, во время которых старая парадигма замещается целиком или частично новой парадигмой, несовместимой со старой.

    Симптомами научной революции кроме явных аномалий являются кризисные ситуации в объяснении и обосновании новых фактов, борьба старого знания и новой гипотезы. Научная революция это не одномоментный акт, а длительный процесс, сопровождающийся радикальной перестройкой и переоценкой всех ранее имевшихся факторов. Изменяются не только стандарты и теории, но и средства исследования. Научная революция является выражением движущей силы научного прогресса.

    Проблема научных традиций всегда привлекала внимание ученых и философов науки, но только Т. Кун (один из лидеров современной постпозитивистской философии науки) впервые рассмотрел традиции как основной конституирующий фактор развития науки. Он обосновал, казалось бы, противоречивый феномен: традиции являются условием возможности научного развития. Любая традиция (социально-политическая, культурная и т.д.) всегда относится к прошлому, опирается на прежние достижения. Что является прошлым для непрерывно развивающейся науки? Научная парадигма, которая всегда базируется на прошлых достижениях. К их числу относятся ранее открытые научные теории, которые по тем или иным причинам начинают интерпретироваться как образец решения всех научных проблем, как теоретическое и методологическое основание науки в ее конкретно-историческом пространстве. Парадигма есть совокупность знаний, методов, образцов решения конкретных задач, ценностей, безоговорочно разделяемых членами научного сообщества. Со сменой парадигмы начинается этап нормальной науки. На этом этапе наука характеризуется наличием четкой программы деятельности, что приводит к селекции альтернативных для этой программы и аномальных для нее смыслов. Предсказания новых видов явлений и процессов, т.е. тех, которые не вписываются в контекст господствующей парадигмы, не является целью нормальной науки.

    Ученый в обозначенной ситуации систематизирует известные факты; дает им более детальное объяснение в рамках существующей парадигмы; открывает новые факты, опираясь на предсказания господствующей теории; совершенствует опыт решения задач и проблем, возникших в контексте этой теории. Наука развивается в рамках традиции. И, как показал Кун, традиция не только не тормозит это развитие, но выступает в качестве его необходимого условия.

    Из истории науки известно, что происходит смена традиции, возникновение новых парадигм, т.е. радикально новых теорий, образцов решения задач, связанных с такими явлениями, о существовании которых ученые даже не могли подозревать в рамках старой парадигмы. Действуя по правилам господствующей парадигмы, ученый случайно и побочным образом наталкивается на такие факты и явления, которые не объяснимы в рамках этой парадигмы. Возникает необходимость изменить правила научного исследования и объяснения.

    Но в таком объяснении есть изъяны. Дело в том, что парадигма как бы задает угол зрения, и то, что находится за его пределами, просто-напросто не воспринимается. Поэтому, даже случайно натолкнувшись на новое явление, ученый, работающий в определенной парадигме, вряд ли его заметит или проинтерпретирует адекватно. Эту ситуацию признавал и Кун. Например, когда физики, пытаясь увидеть след электрона в камере Вильсона, обнаружили, что этот след имеет форму развилки, то они отнесли этот эффект к погрешностям эксперимента. И только когда Дирак на кончике пера открыл позитрон, стала ясна истинная суть двойного следа в камере Вильсона. Возникает проблема: как согласовать изменение парадигмы под напором новых фактов с утверждением, что восприятие ученым явлений, не укладывающихся в парадигму, всегда затруднено.

    Концепцию Куна пытаются усовершенствовать отечественные философы науки. Это усовершенствование связано, прежде всего, с разработкой концепции многообразия научных традиций, которое основывается на отличии научных традиций по содержанию, функциям, выполняемым в науке, способу существования.

    Так, по способу существования можно выделить вербализованные (существующие в виде текстов) и невербализованные (не выразимые полностью в языке) традиции. Первые реализованы в виде текстов монографий и учебников. Вторые не имеют текстовой формы и относятся к типу неявного знания. Последнее связано с именем философа М. Полани (конец 50-х гг. XX в.). Неявное знание это такое знание, которое принципиально не может быть четко и полно выражено с помощью вербального языка. Так, очень трудно выразить в виде словесных правил или предписаний такие бытующие среди ученых действия, как красивое решение задач, создание эстетической теории, изящно поставленный эксперимент и т.д. Не существует четких определений того, что в науке относится к разряду красивого. Ценностные ориентации ученых, специфика их тонко аргументированных рассуждений также относятся к сфере неявного знания.

    Неявные знания передаются на уровне образцов от учителя к ученику, от одного поколения ученых к другому. М. А. Розов выделяет два типа образцов в науке: а) образцы действия и б) образцы-продукты. Образцы действия предполагают возможность продемонстрировать технологию производства предмета. Такая демонстрация легко осуществима по отношению к артефактам (сделанные руками человека предметы и процессы). Можно показать, как делают, например, нож. Так же сравнительно легко продемонстрировать последовательность операций какого-нибудь химического анализа, решения математических уравнений.

    Но показать технологию производства аксиом той или иной научной теории, дать рецепт построения удачных классификаций еще никому не удалось. Дело в том, что аксиомы, классификации это некие образцы продуктов, в которых глубоко скрыты схемы действия, с помощью которых они получены. Эти схемы действия, как правило, остались не вполне проясненными и для самого создателя аксиом, классификаций и т. д. Так, никто не знает, как Евклид создал свои Начала, ибо он не дал никаких разъяснений по этому поводу. Он оставил потомкам готовый образец продукта, и теперь можно только пытаться реконструировать процесс создания Начал, в котором присутствовали как явные, так и не поддающиеся реконструкции неявные предпосылки и знания, вплоть до религиозно-мистических.

    Признание того факта, что научная традиция включает в себя наряду с явным также и неявное знание, позволяет сделать следующий вывод. Научная парадигма это не замкнутая сфера норм и предписаний научной деятельности, а открытая система, включающая образцы неявного знания, почерпнутого не только из сферы научной деятельности, но из других сфер жизнедеятельности ученого. Достаточно вспомнить о том, что многие ученые в своем творчестве испытали влияние музыки, художественных произведений, религиозно-мистического опыта и т. д. Следовательно, ученый работает не в жестких рамках стерильной куновской парадигмы, а подвержен влиянию всей культуры, что позволяет говорить о многообразии научных традиций.

    Каждая научная традиция имеет свою сферу применения и распространения.

    Поэтому можно выделять традиции специально-научные и общенаучные. Но проводить резкую грань между ними трудно. Дело в том, что специально-научные традиции, на которых базируется та или иная конкретная наука, например, физика, химия, биология и т. д., могут одновременно выступать и в функции общенаучной традиции. Это происходит в том случае, когда методы одной науки, например биологии, применяются для построения теорий других естественных и даже общественных наук. Как известно, в настоящее время многие теоретические и методологические принципы и установки биологии используются при объяснении генезиса общества, отношения между полами и т.д.

    Возникновение нового знания. Для уточнения понятия новация М. А. Розов выделяет незнание и неведение. Незнание предполагает возможность сформулировать задачу исследования того, чего мы не знаем. В сфере незнания ученый знает, чего он не знает, а потому может сказать: Я не знаю того-то, например, причины какого-то уже известного физического или культурного явления, каких-то уточняющих сущность явления характеристик и т. д. И когда причины и уточняющие характеристики явлений будут выявлены, можно говорить о появлении нового знания в науке. Это новое имеет своеобразную природу: оно является результатом целенаправленных, преднамеренных действий ученых. Куновское толкование парадигмы соотносится только с так понимаемым новым. Незнание позволяет ученому планировать познавательную деятельность, используя уже накопленные знания о существовании тех или иных явлений и предметов. Иначе говоря, новое здесь выступает как расширение знания о чем-то уже известном. Так, исследователи Марса вполне правомерно ставят вопросы о строении марсианского грунта, о наличии воды, а следовательно, жизни на этой планете. В контексте наук о планетах вполне закономерно ставить вопросы такого типа, которые образуют сферу незнания.

    Неведение, в отличие от незнания, можно высказать только в форме утверждения я не знаю, чего не знаю. Действительно, трудно представить ситуацию, когда кто-то бы из ученых ставил задачу открыть то, что никому до сих пор не было известно. Так, в античности никто не знал о квантовой механике, а потому Демокрит, например, в принципе не мог поставить вопрос о спине электрона. Или другой пример. Когда астрофизики не знали ничего о черных дырах, никто из них не мог поставить вопрос об их существовании. Только когда этот феномен был открыт, возникла возможность говорить о нем в терминах незнания: Я не знаю того-то и того-то, что относится к данному феномену.

    Итак, целенаправленный, запрограммированный поиск абсолютно неизвестных еще никому явлений и процессов просто невозможен. Не существует и метода поиска таких явлений, ибо не известно, что и где искать. Абсолютное неведение находится за пределами возможности целеполагания ученого, ибо он не знает, что ему искать.

    И, тем не менее, ученые выходят в сферу неведения и делают открытия таких явлений, процессов, о которых никто до этого не догадывался. Многие из таких открытий являются провозвестниками научных революций, т.е. принципиальных сдвигов в науке (о научных революциях см. ниже).

    На вопрос, как преодолевается неведение, т.е. как совершаются открытия принципиально нового в науке, дает ответ отечественный философ М. А. Розов, предлагая несколько концепций.

    Концепция пришельцев. Смысл этой концепции прост: в какую-то науку приходит ученый из другой научной области. Не связанный традициями новой для себя науки, пришелец начинает решать ее задачи и проблемы с помощью методов своей родной науки. В итоге, он работает в традиции, но примененной к новой области. Как правило, успех сопутствовал тем ученым, которые совершали монтаж методов той науки, в которую пришелец внедрился, и той, из которой он пришел. На примере Пастера М. Розов показал, что успех ученого был обусловлен комбинированием традиций химии и биологии.

    Концепция побочных результатов исследования. Работая в традиции, ученый иногда случайно получает какие-то побочные результаты и эффекты, которые им не планировались. Так произошло, например, в опытах Л. Гальвани на лягушках. Заметить не планируемые, а потому непреднамеренные побочные эффекты ученый может только в силу их необычности для той традиции, в. которой он работает. Необычность требует объяснения, что предполагает выход за узкие рамки одной традиции в пространство совокупности сложившихся в данную эпоху научных традиций.

    Концепция движения с пересадками. Побочные результаты, непреднамеренно полученные в рамках одной из традиций, будучи для нее бесполезными, могут оказаться очень важными для другой традиции. М. Розов так характеризует эту концепцию: Развитие исследования начинает напоминать движение с пересадкой: с одних традиции, которые двигали нас вперед, мы как бы пересаживаемся на другие. Именно так открыл закон взаимодействия электрических зарядов Кулон. Работая в традиции таких наук, как сопротивление материалов и теория упругости, он придумал чувствительные крутильные весы для измерения малых сил. Но закон Кулона мог появиться только тогда, когда этот прибор был использован в традиции учения об электричестве. Открытие Кулона результат перехода ученого из одной исследовательской традиции в другую.

    Рассмотренные примеры получения нового научного знания свидетельствуют о важнейшей роли научных традиций. Можно сказать, чтобы сделать открытие, надо хорошо работать в традиции. Новаций не бывает вне традиций.

    Научные традиции и научные революции

    6.1. Взаимодействие традиций и возникновение нового знания

    Проблема возникновения нового знания в науке – одна из главных в философии науки. Известно, что каждый новый результат (новация) в науке возникает на основе предшествующих знаний, где важную роль играют традиции.

    Традиция (от лат. traditio – передача) – это установившиеся правила поведения.

    Новация – (от лат. novatio – обновление) – это новое знание, полученное путем преодоления незнания и неведения.

    Незнание – это своеобразная форма знания, когда исследователь знает, что именно он не знает. Проблема незнания дает возможность сформулировать задачу исследования, используя уже накопленные знания об объективной реальности.

    Неведение выступает в форме утверждения: «я не знаю, что именно я не знаю». До своего открытия радиоактивность, например, лежала в сфере неведения. Здесь начинает играть свою роль интуиция, как форма внезапного озарения совершающегося на бессознательном уровне и предельно ясно осознается только результат – открытие.

    Неведение исключает целенаправленный, организованный поиск, применение существующих методов, построение исследовательской программы – оно находится за пределами возможностей познавательной деятельности ученого в данной традиции. Как же преодолевается эта проблема, если новые открытия в науке все-таки становятся достоянием знания? Например, М.А. Розов указывает на следующие пути ее преодоления:

    Путь (или концепция) пришельца. В какую-то науку приходит ученый из другой области, не связанный ее традициями и способный решать проблемы с помощью методов и традиций «своей» (из которой он пришел) области науки. Таким образом, он работает в традиции, но применяет ее к другой области, производя «монтаж» методов разных областей науки. Не секрет, что многие новейшие открытия в области естествознания становились новыми научными открытиями именно на стыке, к примеру, физики и астрономии, химии и биологии.

    Путь (или концепция) побочных результатов. Часто ученые, работающие в одной области, случайно наталкиваются на такие результаты, которые ими не планировались и которые представляют собой необычное явление для той традиции, в рамках которой они работают. Эта необычность требует объяснения, и тогда ученые обращаются за помощью к традиции или даже традициям других сложившихся в познании традиций.

    Третий путь (или концепция) – «движение с пересадками». Зачастую побочные результаты, полученные в рамках одной традиции, являются для нее неперспективными, бесполезными, но они могут оказаться важными для традиции другой области знаний. Этот прием называется «движением с пересадкой» одних традиций на другие, в результате чего возникает новое знание.

    В философии науки проблема взаимодействия традиций и новаций так же рассматривается в работе Т. Куна «Структура научных революций», где выделяется две фазы в развитии науки: а) фаза «нормальной науки» и б) революционная фаза, где порывается связь с традицией (парадигмой) и возникает новое видение реальности, а также появление новой парадигмы. Научная парадигма – это объединенные образцы, примеры фактической практики научных исследований. Парадигма является своеобразной научной традицией. Когда рождается знание о неведении, оно разрушает старую парадигму, и, более того, приводит к конфликту между сторонниками старой и новой парадигмы, пример тому – учение Коперника, труды Ньютона и Дарвина, получившие признание через многие годы.

    6.2. Научные революции как смена оснований науки

    Этапы развития науки, связанные с перестройкой исследовательских стратегий, которые задаются основаниями науки, называются научными революциями. Термин «научная революция» в научный оборот был введен Т. Куном. В ходе научных революций изменяются основания науки (идеалы и нормы науки, картины мира и философские основания науки).

    Первая научная революция (XVII-XVIII вв.) привела к возникновению классического естествознания (механики, а позже физики), изменению картины мира, созданию новых оснований науки (идеалов и норм науки, ее философских оснований). В ходе этой революции сформировался особый тип научной рациональности, идеалом которой стало неизменное, всеобщее, безразличное ко всему знание. Восторжествовал объективизм, базирующийся на представлении о том, что знание о природе не зависит от познавательных процедур исследователя. Механистическая картина мира (МКМ) приобрела статус универсальной научной онтологии. Труд И. Ньютона «Математические начала натуральной философии» определил влияние механики на целое столетие, к тому же механика была единственной математизированной областью естествознания, что послужило абсолютизации ее методов и принципов познания и соответствующего механике типа рациональности.

    Вторая научная революция (конец XVIII – первая половина XIX вв.) завершила становление классического естествознания, которое ориентировалось в основном на изучение механических и физических явлений. В то же время в науке начался пересмотр идеалов и норм научного познания, сформировавшихся в период первой научной революции. Появление дисциплинарно организованной науки в лице таких дисциплин, как биология, химия, геология и др., способствовало тому, что механистическая картина мира перестает быть общезначимой и общемировоззренческой. Появилась потребность в новых типах объяснений, учитывающих идею развития.

    Третья научная революция охватывает период с конца XIX до середины XX веков, она характеризуется появлением неклассического естествознания и соответствующего ему типа рациональности. Во многих науках произошли революционные преобразования: в физике были разработаны релятивистская и квантовая теории, в биологии – генетика, в химии – квантовая химия.

    Третья научная революция началась с того, что в науке произошел переход к исследованию сложных эволюционныхоторое ориентировалось в основном на изучение механических и физических явлений. ханике типа рациональности.

    ью естествознания, систем, состоящих из большого числа элементов.

    Крупные открытия были сделаны в космологии, был установлен нестационарный характер Вселенной и образование в ней новых звездных систем.

    В биологии была создана современная генетика и построена синтетическая теория эволюции, которая существенно дополнила учение Ч. Дарвина.

    В рамках неклассического естествознания научные теории, парадигмы и картины мира рассматриваются как относительные истины, нуждающиеся в дальнейшем уточнении, дополнении и исправлении. В этот период исследования приобретают междисциплинарный и комплексный характер, что позволило с большей полнотой и точностью изучать процессы, которые происходят как в системе в целом, так и в её подсистемах. Усиливается тенденция к интеграции научного знания, что находит свое воплощение в синтетических науках (биофизика, геофизика, геохимия, физическая химия).

    Четвертая научная революция характеризуется тенденцией к возвращению античной рациональности.

    Время совершения четвертой научной революции – последняя треть XX столетия и связана она с тем, что объектами изучения науки становятся исторически развивающиеся системы (Вселенная как система взаимодействия микро-, макро- и мегамира). Это время рождения постнеклассической науки и формирования рациональности постнеклассического типа, которая характеризуется:

    – применением исторической реконструкции как типа теоретического знания в таких областях как космология, астрофизика, что привело к изменению картины мира;

    – возникновением нового направления – синергентики;

    – введением ценностных ориентаций как гуманитарных идеалов в парадигму естественных наук;

    – появлением вненаучных, дорациональных и внерациональных познавательных форм;

    – важным моментом четвертой научной революции было оформление космологии как научной дисциплины, предметом изучения которой стала Вселенная в целом.

    6.3. Научные революции как смена типов научной рациональности

    Глобальные революции сопровождаются также и сменой типов рациональности. С XVII в. рациональность отождествлялась с наукой, научной рациональностью. Принцип историзма, ставший ключевым в анализе науки (Т. Кун, И. Лакатос и др.), позволил говорить о том, что научная рациональность, как и наука, исторически меняется.

    Исторически первой формой рациональности является не наука, а философия (в частности, античная). Парменид, древнегреческий философ, провозгласил принцип тождества мышления и бытия. Бытие в его понимании это то, о чем можно лишь мыслить, поскольку оно не сводится к вещам чувственного мира. Платон развил эту идею, создав учение о бытии как мире бестелесных сущностей, который можно «узреть» только внетелесным путем – взлетом мысли. Таким образом, в античности был провозглашен принцип рациональности, согласно которому истину можно узреть лишь умом, не прибегая к чувственным показаниям.

    Первая научная революция, произошедшая в Западной Европе, сформировала особый тип рациональности – научный. Бытие перестало рассматриваться как Абсолют, Бог, Единое, а Космос был отождествлен с природой, которая понималась как единственная реальность, вещественный универсум («Бытие – природа»). В познании укоренилось представление о том, что разум наблюдает и исследует природу вещей как бы со стороны. Объективность, т.е. независимость от субъекта, безразличное к ценностям субъекта знание становится идеалом научной рациональности. Она признавала правомерность только тех идеальных объектов, которые можно воспроизвести, повторить в эксперименте. Мыслительным, идеальным экспериментом этого периода становится математика: научным признавалось только то, что могло быть конструировано и выражено языком математики. Если в античности, у Пифагора и его учеников, математика имела духовно-мистический смысл, то Галилей превратил ее в технику исследования.

    Таким образом, итогом первой научной революции было формирование нового научного типа рациональности, который характеризуется механистичностью, отсутствием историчности, объективностью, жесткой причинно-следственной детерминацией. Этот тип рациональности определяется как классический.

    Вторая и третья научные революции разрушили механистический взгляд на мир благодаря идее развития. В результате был размыт классический тип рациональности, утвердилась неклассическая рациональность. Ее основными содержательными элементами являются:

    – субъективизм (результаты эксперимента зависят от того, какие вопросы задает ученый в начале исследования и как отвечает на них в конце);

    – скептицизм (сомнение в возможностях субъекта реализовать идеальные модели, сконструированные разумом, поскольку само бытие сложно и многогранно);

    – плюрализм (представление об истинности и допустимости нескольких отличающихся друг от друга описаний одного и того же объекта; исследователи признают относительность истин и картины природы, формировавшиеся на том или ином этапе естествознания).

    Четвертая научная революция развернулась в последней трети XX столетия и продолжается по наши дни. Характерной ее чертой является смена объектов исследования, ими становятся исторически меняющиеся объекты в их диалектическом единстве и взаимодействии – Земля как система взаимодействия геологических, биологических, техногенных процессов; Вселенная как система взаимодействия микро-, макро- и мегамира. Рассматривая, изучая сам принцип взаимодействия, исследователи точку отсчета ведут от человека, его деятельности и последствий такой деятельности. Кроме того, и сам исследователь является активным субъектом изучаемых им объектов.

    Выход науки на проблемы Вселенной, Космоса, появление таких новых наук, как синергетика, астрофизика, космология, свидетельствуют о повороте современной науки к глубинным философским проблемам: почему во Вселенной все устроено так, а не иначе, почему в ней все находится во взаимодействии, что или кто за этим стоит? Ответы на эти вопросы не могут быть получены чисто научными средствами, здесь необходимы знания, накопленные и дорациональными, и внерациональными формами познания.

    Традиции и революции в науке.

    Предпосылкой любой научной революции являются факты, которые не могут быть объяснены имеющимися научными средствами и указывают на противоречия существующей теории. Когда аномалии, проблемы и ошибки накапливаются и становятся очевидными, развивается кризисная ситуация, которая и приводит к научной революции. В результате научной революции возникает новая объединяющая теория (парадигма), способная объяснить и устранить ранее имеющиеся противоречия.

    Известный философ науки Томас Кун в своей книге «Структура научных революций» (1962) обосновал модель развития науки (рассказать о чередовании «нормальной науки» и научных революций).

    Революционные периоды приводят к изменению структуры науки, принципов познания, категорий, методов и форм организации. История развития науки позволяет утверждать, что периоды спокойного, нормального развития науки отражают ситуацию преемственности традиций, когда все научные дисциплины развиваются в соответствии с установленными закономерностями и принятой системой предписаний. «Нормальная наука» означает исследования, прочно опирающиеся на прошлые или имеющиеся научные достижения и признающие их в качестве фундамента последующего развития. В периоды нормального развития науки деятельность ученых строится на основе одинаковых парадигм, одних и тех же правил и стандартов научной практики. Возникает общность установок и видимая согласованность действий, которая обеспечивает преемственность традиций того или иного направления. Ученые не ставят задачи создания принципиально новых теорий. «Нормальная наука» развивается, накапливая информацию, уточняя известные факты.

    Каждая научная революция открывает новые закономерности, которые не могут быть поняты в рамках прежних представлений. Научная революция значительно меняет историческую перспективу исследований и влияет на структуру учебников и научных работ, затрагивает стиль мышления и может по своим последствиям выходить далеко за рамки своей области. Научные революции рассматриваются как некумулятивные эпизоды развития науки, во время которых старая парадигма замещается целиком или частично новой парадигмой, несовместимой со старой.

    Симптомами научной революции кроме явных аномалий являются кризисные ситуации в объяснении и обосновании новых фактов, борьба старого знания и новой гипотезы. Научная революция – это не одномоментный акт, а длительный процесс, сопровождающийся радикальной перестройкой и переоценкой всех ранее имевшихся факторов. Изменяются не только стандарты и теории, но и средства исследования. Научная революция является выражением движущей силы научного прогресса.

    В историческом развитии научного познания можно выде­лить несколько типов научных революций.

    По предметной сфере:

    Построение новых фундаментальных теорий (Коперник, Дарвин, Бор);

    Внедрение новых методов исследования (микроскопы, телескопы, «воздушная археология»);

    Открытие новых «миров» (вирусы, атомы, Америка)

    По масштабам:

    Частная — микрореволюция, затрагивающая одну об­ласть знания;

    2. Комплексная — революция, затрагивающая ряд областей знания;

    3. Глобальная — всеобщая революция, радикально меняю­щая основания науки.

    Проблема научных традиций всегда привлекала внимание ученых и философов науки, но только Т. Кун (один из лидеров современной постпозитивистской философии науки) впервые рассмотрел традиции как основной конституирующий фактор развития науки. Он обосновал, казалось бы, противоречивый феномен: традиции являются условием возможности научного развития. Любая традиция (социально-политическая, культурная и т.д.) всегда относится к прошлому, опирается на прежние достижения. Что является прошлым для непрерывно развивающейся науки? Научная парадигма, которая всегда базируется на прошлых достижениях. К их числу относятся ранее открытые научные теории, которые по тем или иным причинам начинают интерпретироваться как образец решения всех научных проблем, как теоретическое и методологическое основание науки в ее конкретно-историческом пространстве. Наука развивается в рамках традиции. И, как показал Кун, традиция не только не тормозит это развитие, но выступает в качестве его необходимого условия.

    Из истории науки известно, что происходит смена традиции, возникновение новых парадигм, т.е. радикально новых теорий, образцов решения задач, связанных с такими явлениями, о существовании которых ученые даже не могли подозревать в рамках «старой» парадигмы. Действуя по правилам господствующей парадигмы, ученый случайно и побочным образом наталкивается на такие факты и явления, которые не объяснимы в рамках этой парадигмы. Возникает необходимость изменить правила научного исследования и объяснения.

    Функции традиций.

    Традиции:

    — ориентируют при определении предмета исследования;

    — выступают как образцы постановки экспериментов и решения задач;

    — управляют ходом научного исследования;

    -определяют формы фиксации полученных результатов, принципы организации и систематизации знаний.

    Научные традиций различаются по содержанию, функциям, выполняемым в науке, способу существования.

    Так, по способу существования можно выделить вербализованные (существующие в виде текстов) и невербализованные (не выразимые полностью в языке) традиции. Первые реализованы в виде текстов монографий и учебников. Вторые не имеют текстовой формы и относятся к типу неявного знания. Последнее связано с именем философа М. Полани (конец 50-х гг. XX в.). Неявное знание — это такое знание, которое принципиально не может быть четко и полно выражено с помощью вербального языка. Так, очень трудно выразить в виде словесных правил или предписаний такие бытующие среди ученых действия, как «красивое» решение задач, создание «эстетической» теории.

    Каждая научная традиция имеет свою сферу применения и распространения. Поэтому можно выделять традиции специаль­но-научные и общенаучные. Но проводить резкую грань между ними трудно. Дело в том, что специально-научные традиции, на которых базируется та или иная конкретная наука, например, физика, химия, биология и т. д., могут одновременно выступать и в функции общенаучной традиции. Это происходит в том слу­чае, когда методы одной науки, например биологии, применяются для построения теорий других естественных и даже обществен­ных наук. Как известно, в настоящее время многие теоретические и методологические принципы и установки биологии использу­ются при объяснении генезиса общества, отношения между пола­ми и т.д.

    В. Также различают традиции по функциям:

    — задающие способы получения новых знаний (инструкции, описания экспериментов, образцы решения задач);

    — определяющие принципы организации, фиксации нового знания (образцы учебных курсов, классификационных систем, способы рубрикации)

    В динамике научного знания особую роль играет перестройка исследовательских стратегий, задаваемых основаниями науки, — научные революции.

    Основания науки обеспечивают рост знания до тех пор, пока общие черты системной организации изучаемых объектов учитывает картина мира, а методы освоения этих объектов соответствуют сложившимся идеалам и нормам исследования. По мере развития наука может столкнуться с принципиально новыми типами объектов, требующими видения реальности, отличного от того, которое предполагает сложившаяся картина мира.

    Новые объекты могут потребовать изменения схемы метода познавательной деятельности, представленной системой идеалов и норм исследования. В этой ситуации рост научного знания предполагает перестройку оснований науки, которая может осуществляться: во-первых, как революция, связанная с трансформацией научной картины мира без существенных изменений идеалов и норм исследования; во-вторых, как революция, в период которой вместе с научной картиной мира радикально меняются идеалы и нормы науки.

    Подробнее о моделях исторического развития науки см. вопрос динамика науки как процесс порождения нового знания.

    История естествознания дает образцы обоих вариантов интенсивного роста знаний. Примером первого может служить переход от механистической к электродинамической картине мира, осуществленный в физике последней четверти XIX в. в связи с построением классической теории электромагнитного поля. Этот переход сопровождался довольно радикальной перестройкой видения физической реальности, но значительно не изменил познавательных установок классической физики: сохранилось понимание объяснения как поиска субстанциональных оснований объясняемых явлений и жестко детерминированных связей между явлениями; из принципов объяснения и обоснования элиминировались любые указания на средства наблюдения и операциональные структуры, посредством которых выявляется сущность исследуемых объектов, и т.д. Примером второго варианта является история квантово-релятивистской физики, характеризовавшаяся перестройкой классических идеалов объяснения, описания, обоснования и организации знаний.

    Новая научная картина мира исследуемой реальности и новые нормы познавательной деятельности, утверждаясь в некоторой науке, затем могут оказать революционизирующее воздействие на другие науки. Здесь можно выделить два пути перестройки оснований исследования: 1) за счет внутридисциплинарного развития знаний; 2) за счет междисциплинарных связей, «прививки» парадигмальных установок одной науки к другой. Эти пути в реальности как бы накладываются друг на друга, поэтому в большинстве случаев правильнее говорить о доминировании одного из них в каждой из наук на том или ином этапе её исторического развития.

    Перестройка оснований научной дисциплины в результате её внутреннего развития обычно начинается с накопления фактов, которые не находят объяснения в рамках сложившейся картины мира. Такие факты выражают характеристики объектов новых типов, которые наука втягивает в орбиту исследования в процессе решения специальных эмпирических и теоретических задач. К обнаружению указанных объектов может привести совершенствование средств и методов исследования, например появление новых приборов, аппаратуры, приемов наблюдения, новых математических средств и т.д. В системе новых фактов могут быть не только аномалии, не получающие своего теоретического объяснения, но и факты, приводящие к парадоксам при попытках их теоретической ассимиляции. Парадоксы могут возникать вначале в рамках конкретных теоретических моделей при попытке объяснения явлений.

    Пересмотр научной картины мира и идеалов познания всегда начинается с критического осмысления их природы. Если ранее они воспринимались как выражение самой сущности исследуемой реальности и процедур научного познания, то теперь осознается их относительный, преходящий характер. Такое осознание предполагает постановку вопросов об отношении картины мира к исследуемой реальности и понимании историчности идеалов познания. Постановка таких вопросов означает, что исследователь из сферы специально научных проблем выходит в сферу философской проблематики. Философский анализ является необходимым моментом критики старых оснований научного поиска.

    Кроме этой критической функции философия выполняет конструктивную функцию, помогая выработать новые основания исследования. Ни картина мира, ни идеалы объяснения, обоснования и организации знаний не могут быть получены чисто индуктивным путем из нового эмпирического материала. Новый эмпирический материал может обнаружить лишь несоответствие старого видения новой реальности, но сам по себе не указывает, как нужно перестроить это видение.

    Перестройка научных картин мира и идеалов познания требует особых идей, которые позволяют перегруппировать элементы старых представлений о реальности и процедурах её познания, элиминировать часть из них, включить новые элементы с тем, чтобы разрешить имеющиеся парадоксы и ассимилировать накопленные факты. Такие идеи формируются в сфере философского анализа познавательных ситуаций науки.

    Они играют роль весьма общей эвристики, обеспечивающей интенсивное развитие исследований.

    На современном этапе развития научного знания усиливаются процессы взаимодействия наук, в связи с чем способы перестройки оснований за счет «прививки» парадигмальных установок одной науки к другой начинают все активнее влиять на внутридисциплинарные механизмы интенсивного роста знаний и даже управлять этими механизмами.

    Перестройка оснований исследования означает изменение самой стратегии научного поиска. Однако всякая новая стратегия утверждается не сразу, а в длительной борьбе с прежними установками и традиционным видением реальности.

    Процесс утверждения новых оснований науки определен не только предсказанием новых фактов и генерацией конкретных теоретических моделей, но и причинами социокультурного характера. Новые познавательные установки и генерированные ими знания должны быть вписаны в культуру данной исторической эпохи и согласованы с лежащими в её фундаменте ценностями и мировоззренческими структурами, её традициями.

    С этой точки зрения перестройка оснований науки в период научной революции представляет собой выбор особых направлений роста знаний, обеспечивающих как расширение диапазона исследования объектов, так и определенную скоррелированность динамики знания с ценностями и мировоззренческими установками исторической эпохи. В период научной революции имеется несколько возможных путей роста знания, которые, однако, не все реализуются в действительной истории науки. Можно выделить два аспекта нелинейности роста знаний.

    Первый аспект связан с конкуренцией исследовательских программ в рамках отдельной отрасли науки. Победа одной и поражение другой программы направляют развитие этой отрасли науки по определенному руслу, но вместе с тем закрывают какие-то иные пути её возможного развития.

    Второй аспект связан со взаимодействием научных дисциплин, обусловленным в свою очередь особенностями исследуемых объектов и социокультурной среды, внутри которой развивается наука.

    Возникновение новых отраслей знания, смена лидеров науки, научные революции, связанные с преобразованием картины исследуемой реальности и нормативов научной деятельности в отдельных её отраслях, могут оказывать существенное воздействие на другие отрасли знания, изменяя их видение реальности, их идеалы и нормы исследования. Все эти процессы взаимодействия наук опосредуются различными феноменами культуры и сами оказывают на них активное воздействие.

    В эпоху научных революций, когда осуществляется перестройка оснований науки, культура как бы отбирает из нескольких потенциально возможных линий будущей истории науки те, которые наилучшим образом соответствуют фундаментальным ценностям и мировоззренческим структурам, доминирующим в данной культуре.

    Итак, логика традиций и новаций указывает, с одной стороны, на необходимость сохранения преемственности, наличную совокупность методов, приемов и навыков; с другой стороны, демонстрирует потенциал, превосходящий способ репродукции накопленного опыта, предлагающий созидание нового и уникального.

    Традиции в науке — знания, накопленные предшествующими поколениями ученых, передающиеся последующим поколениям и сохраняющиеся в конкретных научных сообществах, научных школах, направлениях, отдельных науках и научных дисциплинах. Множественность традиций дает возможность выбора новым поколениям исследователей тех или иных из них. А они могут быть как позитивными (что и как воспринимается), так и негативными (что и как отвергается). Жизнеспособность научных традиций коренится в их дальнейшем развитии последующими поколениями ученых в новых условиях.

    Т. Кун впервые рассмотрел традиции как основной конституирующий фактор развития науки. Он обосновал, казалось бы, противоречивый феномен: традиции являются условием возможности научного развития.

    Любая традиция (социально-политическая, культурная и т.д.) всегда относится к прошлому, опирается на прежние достижения. Что является прошлым для непрерывно развивающейся науки? Научная парадигма, которая всегда базируется на прежних достижениях и представляет собой совокупность знаний, методов, образцов решения конкретных задач, ценностей, безоговорочно разделяемых членами научного сообщества. Со сменой парадигмы начинается этап нормальной науки. На этом этапе ученый работает в жестких рамках парадигмы, т.е. традиции.

    И, как показал Кун, традиция не только не тормозит это развитие, но выступает в качестве его необходимого условия.

    Из истории науки известно, что происходит смена традиции, возникновение новых парадигм, т.е. радикально новых теорий, образцов решения задач, связанных с такими явлениями, о существовании которых ученые даже не могли подозревать в рамках «старой» парадигмы. Как это возможно, если «нормальная наука не ставит своей целью нахождение нового факта или теории»? Кун считает, что, действуя по правилам господствующей парадигмы, ученый случайно и побочным образом наталкивается на такие факты и явления, которые не объяснимы в рамках этой парадигмы. Возникает необходимость изменить правила научного исследования и объяснения.

    Концепцию Куна пытаются усовершенствовать отечественные философы науки. Это усовершенствование связано прежде всего с разработкой концепции многообразия научных традиций, которое основывается на отличии научных традиций по содержанию, функциям, выполняемым в науке, способу существования.

    Так, по способу существования можно выделить вербализованные (существующие в виде текстов) и невербализованные (не выразимые полностью в языке) традиции. Первые реализованы в виде текстов монографий и учебников. Вторые не имеют текстовой формы и относятся к типу неявного знания.


    Неявные знания передаются на уровне образцов от учителя к ученику, от одного поколения ученых к другому. Выделяет два типа образцов в науке: а) образцы действия и б) образцы-продукты. Образцы действия предполагают возможность продемонстрировать технологию производства предмета.

    Такая демонстрация легко осуществима по отношению к артефактам (сделанные руками человека предметы и процессы). Можно показать, как делают, например, нож.

    Но показать технологию «производства» аксиом той или иной научной теории, дать «рецепт» построения удачных классификаций еще никому не удалось. Дело в том, что аксиомы, классификации — это некие образцы продуктов, в которых глубоко скрыты схемы действия, с помощью которых они получены.

    Признание того факта, что научная традиция включает в себя наряду с явным также и неявное знание, позволяет сделать следующий вывод. Научная парадигма — это не замкнутая сфера норм и предписаний научной деятельности, а открытая система, включающая образцы неявного знания, почерпнутого не только из сферы научной деятельности, но из других сфер жизнедеятельности ученого. Достаточно вспомнить о том, что многие ученые в своем творчестве испытали влияние музыки, художественных произведений, религиозно-мистического опыта и т.д. Следовательно, ученый работает не в жестких рамках стерильной куновской парадигмы, а подвержен влиянию всей культуры, что позволяет говорить о многообразии научных традиций.

    Каждая научная традиция имеет свою сферу применения и распространения. Поэтому можно выделять традиции специально-научные и общенаучные. Но проводить резкую грань между ними трудно. Дело в том, что специально-научные традиции, на которых базируется та или иная конкретная наука, например, физика, химия, биология и т.д., могут одновременно выступать и в функции общенаучной традиции. Это происходит в том случае, когда методы одной науки применяются для построения теорий других наук.


    Процесс преемственности в науке (но не только в ней) может быть выражен в терминах «традиция» (старое) и «новация» (новое). Это две противоположных диалектически связанные стороны единого процесса развития науки: новации вырастают из традиций, находятся в них в зародыше; все положительное и ценное, что было в традициях, в «снятом виде» остается в новациях.

    Новация (в самом широком смысле) — это все то, что возникло впервые, чего не было раньше. Характерный пример новаций — научные открытия, фундаментальные, «сумасшедшие» идеи и концепции — квантовая механика, теория относительности, синергетика и т.п. Формулируя новые научные идеи, «мы должны проверять старые идеи, старые теории, хотя они и принадлежат прошлому, ибо это — единственное средство понять значительность новых идей и пределы их справедливости».

    Добавить комментарий

    Закрыть меню