Лирические отступления в мертвых душах

Начиная с третьей главы смех Гоголя, его ирония совмещается с лирическим вдохновением. Комическое переходит в трагикомическое, возникает жанр поэмы, который проявляется прежде всего в лирических отступлениях. Смех автора сопровождается печалью, тоской по идеалу, с надеждой на возрождение каждого героя и Руси в целом. Авторский идеал сражается на протяжении всей поэмы с низкой действительностью.
Создание «Мертвых душ» Гоголь воспринимал как дело своей жизни, как свое предназначение: «Русь!

чего же ты хочешь от меня? какая непостижимая связь таится между нами? Что глядишь ты так, и зачем всё, что ни есть в тебе, обратило на меня полные ожидания очи?.. И ещё, полный недоумения, неподвижно стою я, а уже главу осенило грозное облако, тяжёлое грядущими дождями, и онемела мысль пред твоим пространством. Что пророчит сей необъятный простор? Здесь ли, в тебе ли не родиться беспредельной мысли, когда ты сама без конца? Здесь ли не быть богатырю, когда есть место, где развернуться и пройтись ему? И грозно объемлет меня могучее пространство, страшною силою отразясь во глубине моей; неестественной властью осветились мои очи: у! какая сверкающая, чудная, незнакомая земле даль! Русь!..» Он считал своим долгом помочь России, содействовать ее нравственному перерождению через литературу.
Гоголь предстает нам человеком искренне любящим свою родину, истинным патриотом, видящим ее пороки и недостатки, но надеющимся их исправить. Его любовь к России безгранична, как мир, он предрекает стране великое будущее, считает, что она должна идти своим собственным, ранее никому неведомым путем, что Россия – страна, в которой, благодаря сильнейшей вере народа и его неутомимой, безграничной силе, настанет однажды счастливое время, когда все пороки будут наконец искоренены.
Лирические отступления (по главам)
Глава I:

  • О толстых и тонких. В этом лирическом отступлении Гоголь никому не отдает предпочтения. Он показывает отсутствие содержание и в тех и в других.
  • Глава III:

  • Лирическое отступление об умении русского человека обращаться с людьми разных чинов. В этом лирическом отступлении Гоголь говорит о том, что русский человек, как никто другой, умеет, используя разные «тонкости в обращении», по-разному говорить с людьми разного положения и статуса.
  • Лирическое отступление о близости Коробочки к светской аристократке. Гоголь считает, что женщина-аристократка мало чем отличается от Коробочки, т.к. живет в праздности, не занимается хозяйством.
  • Глава V:

  • Отступление о романтических явлениях и возвышенных порывах души. Гоголь говорит о том, что среди «черствых, шероховато-бедных и неопрятно-плеснеющих низменных» рядов жизни или среди «обноообразно-хладных и скучно-приятных сословий высших», человеку непременно встретится явление, которое пробудит в нем чувство, не похожее на те, что «суждено ему чувствовать всю жизни». И в нашей жизни, печальной и однообразной, обязательно появится «блистающая радость».
  • Лирическое отступление о метком русском слове. Гоголь выражает свою любовь к русскому слову, к его меткости и силе. Он говорит о том, что «бойкий русский ум, что не лезет за словом в карман, не высиживает его, как наседка цыплят, а влпеливает сразу, как пашпорт на вечную носку, и нечего прибавлять уже потом, какой у тебя нос или губы, – одной чертой обрисован ты с ног до головы!». Гоголь искренне любит русское слово и восхищается им – «но нет слова, которое было бы так замашисто, бойко так вырвалось бы из-под самого сердца, так бы кипело и животрепетало, как метко сказанное русское слово».
  • Глава VI:

  • Лирическое отступление о свежести восприятия души в юности и охлаждения ее в старости. Гоголь говорит, что в юности все было ему интересно, «любопытного много открывал … детский любопытный взгляд. Всякое строение, все, что носило только на себе напечатленье какой-нибудь заметной особенности», – все его поражало. С возрастом же он стал равнодушен ко всему новому, «ко всякой незнакомой деревне» и к ее «пошлой наружности».
  • Обращение к читателю о необходимости беречь свои юношеские пылкие, яркие чувства, не растерять их – «нынешний же пламенный юноша отскочил бы с ужасом, если бы показали ему его же портрет в старости. Забирайте же с собою в путь, выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество, забирайте с собою все человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымите потом!» Эти лирические отступления непосредственно связаны с сюжетом, с Плюшкиным и его историей. Помещик был счастлив в молодости, и душа у него была живая, но с возрастом исчезло и счастье и душа усохла и пропала.
  • Глава VII:

  • Очень важное в идейном плане лирическое отступление о двух типах писателей. Гоголь в нем фактически рассуждает о своем месте, месте писателя-сатирика, в русской литературе.
  • Первый тип писателя – романтики, им рукоплещет толпа, т.к они описывают достоинства человека, его хорошие качества, красивые характеры; второй тип писателя – реалисты, которые описывают все как есть, «тину мелочей, повседневные характеры». «Современный суд назовет их ничтожными и низкими», за ними не признается таланта, горька их судьба, одиноки они на жизненном поприще.

    Не признает критика, что «равно чудны стекла, озирающие солнцы и передающие движенья незамеченных насекомых».

  • Гоголь же утверждает равновеликость тех и других писателей, потому что «высокий восторженный смех достоин стать рядом с высоким лирическим движеньем и что целая пропасть между ним и кривлянием балаганного скомороха!»
  • Глава X

  • Об ошибках каждого поколения. «Какие искривленные дороги выбирают поколения!» Новые поколения исправляют ошибки старого, смеются над ними, а потом допускают новые.
  • Глава XI:

  • О связи Гоголя с Русью:
  • Русь не привлекает разнообразием природы и творениями искусства. Но Гоголь чувствует неразрывную связь со своей страной. Гоголь понимает, что Русь ждет от него помощи, чувствует ответственность. «Что глядишь ты так, и зачем всё, что ни есть в тебе, обратило на меня полные ожидания очи?.. И ещё, полный недоумения, неподвижно стою я, а уже главу осенило грозное облако, тяжёлое грядущими дождями, и онемела мысль пред твоим пространством» Русь способна вызывать вдохновение. Именно России Гоголь предрекает великое будущее.

  • О дороге.
  • Трепетное отношение к России, к дороге, к самому движению. Дорога для Гоголя – источник вдохновения.

  • О быстрой езде.
  • Это отступление характеризует Чичикова как по-настоящему русского, и обобщает характер любого русского человека. Гоголь тоже любит русскую езду.

  • О Кифе Мокиевиче и Мокии Кифовиче (об истинном и ложном патриотизме).
  • Это отступление имеет литературный характер (как и о двух типах писателей). Гоголь пишет, что задача настоящего писателя, истинного патриота – сказать святую правду, «заглянуть поглубже в душу героя. Выставить наружу все пороки». Замалчивать пороки, прикрываясь патриотическим чувством, – это ложный патриотизм. Не забвение, не почивание на лаврах требуется от истинного гражданина, а действие. Важно уметь находить пороки в себе, в своем государстве, а не видеть их только в других.

  • О птице – тройке.
  • Поэтичное, пронизанное любовью Гоголя к России и верой в ее светлое будущее лирическое отступление. Автор рисует сказочный образ коней, их полета, наделяет их чудесной, фантастической, неподвластной рассудку силой. В нем можно увидеть намек на христианский путь развития России: «Заслышали с вышины знакомую песню, дружно и разом напрягли медные груди и, почти не тронув копытами земли, превратились в одни вытянутые линии, летящие по воздуху, и мчится вся вдохновенная Богом!..». «Русь, куда же несешься ты? Дай ответ. Не дает ответа» – однако Гоголь не видит конечной точки пути России, но верит, что другие государства дадут ей дорогу.

    / Сочинения / Гоголь Н.В.

    / Мертвые души / «Лирические отступления» в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»

    «Лирические отступления» в поэме Н. В. Гоголя «Мертвые души»

    “Мертвые души” — лиро-эпическое произведение — поэма в прозе, которая объединяет в себе два начала: эпическое и лирическое. Первый принцип воплощается в замысле автора нарисовать “всю Русь”, а второй — в лирических отступлениях автора, связанных с его замыслом, составляющих неотъемлемую часть произведения.
    Эпическое повествование в “Мертвых душах” то и дело прерывается лирическими монологами автора, оценивающего поведение персонажа или размышляющего о жизни, об искусстве, о России и ее народе, а также затрагивая такие темы, как молодость и старость, назначение писателя, которые помогают больше узнать о духовном мире писателя, о его идеалах.
    Наибольшее значение имеют лирические отступления о России и русском народе. На протяжении всей поэмы утверждается идея автора о положительном образе русского народа, которая сливается с прославлением и воспеванием родины, в чем выражается гражданско-патриотическая позиция автора.
    Так, в пятой главе писатель славит “живой и бойкий русский ум”, его необыкновенную способность к словесной выразительности, что “если наградит косо словцом, то пойдет оно ему в род и потомство, утащит он его с собой и на службу, и в отставку, и в Петербург, и на край света”. На такие рассуждения Чичикова навел его разговор с крестьянами, которые называли Плюшкина “заплатанным” и знали его только потому, что он плохо кормил своих крестьян.
    Гоголь чувствовал живую душу русского народа, его удаль, смелость, трудолюбие и любовь к свободной жизни. В этом отношении глубокое значение имеют рассуждения автора, вложенные в уста Чичикова, о крепостных крестьянах в седьмой главе. Здесь предстает не обобщенный образ русских мужиков, а конкретные люди с реальными чертами, подробно выписанными. Это и плотник Степан Пробка — “богатырь, что в гвардию годился бы”, который, по предположению Чичикова, исходил всю Русь с топором за поясом и сапогами на плечах. Это и сапожник Максим Телятников, учившийся у немца и решивший разбогатеть враз, изготавливая сапоги из гнилушной кожи, которые расползлись через две недели. На этом он забросил свою работу, запил, свалив все на немцев, не дающих житья русскому человеку.
    Далее Чичиков размышляет о судьбах многих крестьян, купленных у Плюшкина, Собакевича, Манилова и Коробочки. Но вот представление о “разгуле народной жизни” настолько не совпадало с образом Чичикова, что слово берет сам автор и уже от своего имени продолжает повествование, рассказ о том, как гуляет Абакум Фыров на хлебной пристани с бурлаками и купцами, наработавшись “под одну, как Русь, песню”. Образ Абакума Фырова указывает на любовь русского народа к свободной, разгульной жизни, гуляньям и веселью, несмотря на тяжелую крепостную жизнь, гнет помещиков и чиновников.
    В лирических отступлениях предстает трагическая судьба закрепощенного народа, забитого и социально приниженного, что нашло отражение в образах дяди Митяя и дяди Миняя, девчонки Пелагеи, которая не умела отличить, где право, где лево, плюшкинских Прошки и Мавры. За этими образами и картинами народной жизни кроется глубокая и широкая душа русского народа.
    Любовь к русскому народу, к родине, патриотические и возвышенные чувства писателя выразились в созданном Гоголем образе тройки, несущейся вперед, олицетворяющей собой могучие и неисчерпаемые силы России. Здесь автор задумывается о будущем страны: “Русь, куда ж несешься ты?” Он смотрит в будущее и не видит его, но как истинный патриот верит в то, что в будущем не будет маниловых, собакевичей, ноздревых, плюшкиных, что Россия поднимется к величию и славе.
    Образ дороги в лирических отступлениях символичен. Это дорога из прошлого в будущее, дорога, по которой идет развитие каждого человека и России в целом.
    Произведение завершается гимном русскому народу: “Эх! тройка! Птица-тройка, кто тебя выдумал? Знать у бойкого народа ты могла родиться…” Здесь лирические отступления выполняют обобщающую функцию: служат для расширения художественного пространства и для создания целостного образа Руси. Они раскрывают положительный идеал автора -России народной, которая противопоставлена Руси помещичье-чиновной.
    Но, помимо лирических отступлений, воспевающих Россию и ее народ, в поэме есть и размышления лирического героя на философские темы, например, о молодости и старости, призвании и назначении истинного писателя, о его судьбе, которые так или иначе связаны с образом дороги в произведении. Так, в шестой главе Гоголь восклицает: “Забирайте же с собою в путь, выходя из мягких юношеских лет в суровое ожесточающее мужество, забирайте с собою все человеческие движения, не оставляйте их на дороге, не подымете потом!..” Тем самым автор хотел сказать, что все самое хорошее в жизни связано именно с юностью и не нужно забывать об этом, как это сделали описанные в романе помещики, став “мертвыми душами”. Они не живут, а существуют. Гоголь же призывает сохранить живую душу, свежесть и полноту чувств и оставаться такими как можно дольше.
    Иногда, размышляя о скоротечности жизни, об изменении идеалов, автор сам предстает как путешественник: “Прежде, давно, в лета моей юности …мне было весело подъезжать в первый раз к незнакомому месту… Теперь равнодушно подъезжаю ко всякой незнакомой деревне и равнодушно гляжу на ее пошлую наружность; моему охлажденному взору неприятно, мне не смешно… и безучастное молчание хранят мои недвижные уста. О моя юность! О моя свежесть!”
    Для воссоздания полноты образа автора необходимо сказать о лирических отступлениях, в которых Гоголь рассуждает о двух типах писателей. Один из них “не изменил ни разу возвышенного строя своей лиры, не ниспускался с вершины своей к бедным, ничтожным своим собратьям, а другой дерзнул вызвать наружу все, что ежеминутно перед очами и чего не зрят равнодушные очи”. Удел настоящего писателя, дерзнувшего правдиво воссоздать действительность, скрытую от всенародных очей, таков, что ему, в отличие от писателя-романтика, поглощенного своими неземными и возвышенными образами, не суждено добиться славы и испытать радостных чувств, когда тебя признают и воспевают. Гоголь приходит к выводу, что непризнанный писатель-реалист, писатель-сатирик останется без участия, что “сурово его поприще, и горько чувствует он свое одиночество”.
    Также автор говорит о “ценителях литературы”, у которых свое представление о назначении писателя (“Лучше же представляйте нам прекрасное и увлекательное”), что подтверждает его вывод о судьбах двух типов писателей.
    Все это воссоздает лирический образ автора, который долго будет еще идти рука об руку со “странным героем, озирать всю громадно-несущуюся жизнь, озирать ее сквозь видный миру смех и незримые, неведомые ему слезы!”
    Итак, лирические отступления занимают значительное место в поэме Гоголя “Мертвые души”. Они примечательны с точки зрения поэтики. В них угадываются начинания нового литературного стиля, который позднее обретет яркую жизнь в прозе Тургенева и особенно в творчестве Чехова.

    Беру!

    50161 человек просмотрели эту страницу. Зарегистрируйся или войди и узнай сколько человек из твоей школы уже списали это сочинение.

    Темы лирических отступлений в поэме «Мёртвые души».

    Гоголь давно мечтал написать произведение, в «котором бы явилась вся Русь». Это должно было быть грандиозное описание быта и нравов России первой трети XIX века. Таким произведением стала поэма «Мертвые души», написанная в 1842 г.

    Почему же Гоголь назвал свое произведение поэмой? Определение жанра стало ясно писателю только в последний момент, так как, еще работая над поэмой, Гоголь называет ее то поэмой, то романом. Жанр романа не удовлетворил Н. В. Гого­ля, так как роман — это эпическое произведение, рас­крывающее историю судьбы конкретного человека, а замыслом автора было показать «всю Русь». Жанровая уникальность «Мертвых душ» в том, что это достаточно большое по объему произведение — по­эма в прозе.

    Чтобы понять особенности жанра поэмы «Мертвые души», можно сопоставить это произведение с «Божественной комедией» Данте, поэта эпохи Возрождения. Ее влияние чувствуется в поэме Гоголя. «Божественная комедия» состоит из трех частей. В первой части к поэту является тень древнеримского поэта Вергилия, которая сопровождает лирического героя в ад, они проходят все круги, перед их взором проходит целая галерея грешников. Фантастичность сюжета не мешает Данте раскрыть тему своей родины — Италии, ее судьбы. По сути, Гоголь задумал показать те же круги ада, но ада России. Недаром название поэмы «Мертвые души» идейно перекликается с названием первой части поэмы Данте «Божественная комедия», которая называется «Ад». Гоголь наряду с сатирическим отрицанием вводит элемент воспевающий, созидательный — образ России. С этим образом связано «высокое лирическое движение», которым в поэме по временам заменяется комическое повествование.

    Значительное место в поэме «Мертвые души» занимают лирические отступления и вставные эпизоды, что характерно для поэмы как литературного жанра. В них Гоголь касается самых острых российских общественных вопросов. Мысли автора о высоком назначении человека, о судьбе Родины и народа здесь противопоставлены мрачным картинам русской жизни.

    Лирическое отступление — внесюжетный элемент произведения; композиционно-стилистический приём, заключающийся в отступлении автора от непосредственного сюжетного повествования; авторскоерассуждение, размышление, высказывание, выражающее отношение к изображаемому или имеющее к нему косвенное отношение. Может принимать форму воспоминаний, обращений автора. Применяется в эпических или лиро-эпических произведениях.

    Лирические отступления дают автору возможность непосредственно общаться с читателем. Их взволнованность, задушевность обладают особой силой убеждения. При этом лиричность отступлений не означает, что писатель замыкается в мире исключительно собственного «я»: они передают важные для всех мысли, чувства, настроения. Общезначимое содержание выражается в них обычно от лица рассказчика или лирического героя, воплощающего типическую позицию современника, его взгляды и чувства.

    В «Мертвых душах» Гоголь соединяет лирическое и эпическое начала. Поэтичность произведению придают лирические отступления, которые есть в каждой главе поэмы. Они вводят образ автора, придают про­изведению глубину, широту, лиризм. Тематика лири­ческих отступлений разнообразна. Автор размышля­ет о господах «средней руки», «о юношестве и юно­сти», о городских людях, судьбе писателя в России. Особенно интересны размышления о воспитании, метком русском слове, о России, о «толстых и тонких».

    Во второй главе, где ведется повествование о Мани­лове и его супруге, Н. В. Гоголь пишет, в частности, о том, какое воспитание получают девицы в пансионах. Ироничный тон повествования («…в пансионах… три главные предмета составляют основу человеческих добродетелей: французский язык, необходимый для счастия семейственной жизни; фортепьяно, для дос­тавления приятных минут супругу, и… собственно хо­зяйственная часть: вязание кошельков и других сюр­призов») дает понять читателю, что автор не считает такую методику воспитания правильной. Доказа­тельством бесполезности подобного воспитания явля­ется образ Маниловой: в их доме «чего-нибудь вечно недоставало: в гостиной стояла прекрасная мебель, обтянутая щегольской шелковой материей… но на два кресла ее недостало, и кресла стояли обтянуты просто рогожею…», «ввечеру подавался на стол очень ще­гольской подсвечник из темной бронзы с тремя антич­ными грациями, с перламутным щегольским щитом, и рядом с ним ставился какой-то просто медный инва­лид, хромой, свернувшийся на сторону и весь в сале…». Времяпрепровождение супругов заключает­ся в длинных и томных поцелуях, приготовлении сюрпризов ко дню рождения и т. д.

    В пятой главе слово «заплатанной», которым на­звал Плюшкина простой мужик, заставляет автора задуматься о меткости русского слова. Автор обыгрывает хоро­шо известную пословицу: «Произнесенное метко, все равно что писанное, не вырубливается топором». Раз­мышляя об особенностях других языков, Гоголь под­водит итог: «…нет слова, которое было бы так замашисто, бойко, так вырвалось бы из-под са­мого сердца, так бы кипело и животрепетало, как мет­ко сказанное русское слово».

    Размышления автора о тонкости обращения разо­блачают подхалимов, которые обладают фантастиче­ской способностью определять свою линию поведе­ния, манеру обращения с людьми разного социально­го положения (причем эту особенность он отмечает исключительно у русских). Ярким примером такого хамелеонства служит поведение Ивана Петровича, «правителя канцелярии», который, когда находится «среди своих подчиненных,— да просто от страха и слова не выговоришь! гордость и благородство… Про­метей, решительный Прометей! Высматривает орлом, выступает плавно, мерно». Но, подходя к кабинету начальника, он уже «куропаткой такой спешит с бу­магами под мышкой…». А уж если он в обществе и на вечеринке, где люди чуть немного повыше его чином, то «с Прометеем сделается такое превращение, какого и Овидий не выдумает: муха, меньше даже мухи, уничтожился в песчинку!».

    После посещения Ноздрёва Чичиков в дороге встречается с прекрасной блондинкой. Описание этой встречи завершается замечательным авторским отступлением: “… везде хоть раз встретится на пути человеку явленье, не похожее на все то, что случалось ему видеть дотоле, которое хоть раз пробудит в нем чувство, не похожее на те, которые суждено ему чувствовать всю жизнь”. Но все это совершенно чуждо Чичикову: его холодная осмотрительность здесь сопоставляется с непосредственным проявлением человеческих чувств.

    В конце пятой главы “лирическое отступление” носит совершенно иной характер. Здесь автор говорит уже не о герое, не об отношении к нему, а о могучем русском человеке, о талантливости русского народа.Внешне это “лирическое отступление” как будто мало связано со всем предыдущим развитием действия, но оно очень важно для раскрытия основной идеи поэмы: подлинная Россия — это не собакевичи, ноздрёвы и коробочки, а народ, народная стихия.

    В заключении первого тома гимном во славу Роди­ны звучат слова автора о России. Образ необгонимой тройки, несущейся по дороге, олицетворяет саму Русь:

    НАИЗУСТЬ:

    «Не так ли и ты, Русь, что бойкая необгонимая тройка несешься? Дымом дымится под тобою дорога, гремят мосты, все отстает и остается позади. Остановился пораженный божьим чудом созерцатель: не молния ли это, сброшенная с неба? что значит это наводящее ужас движение? и что за неведомая сила заключена в сих неведомых светом конях? Эх, кони, кони, что за кони!

    Вихри ли сидят в ваших гривах? Чуткое ли ухо горит во всякой вашей жилке? Заслышали с вышины знакомую песню, дружно и разом напрягли медные груди и, почти не тронув копытами земли, превратились в одни вытянутые линии, летящие по воздуху, и мчится вся вдохновенная богом!.. Русь, куда ж несешься ты? дай ответ. Не дает ответа. Чудным звоном заливается колокольчик; гремит и становится ветром разорванный в куски воздух; летит мимо все, что ни есть на земли, и, косясь, постораниваются и дают ей дорогу другие народы и государства».

    Добавить комментарий

    Закрыть меню