Икона 16 века

Иконопись Руси середины и конца XVI века

В XVI столетии русская живопись заметно обогащается тематически; в нее проникают сюжеты реальных исторических и бытовых событий; постепенно утрачиваются прежняя цельность, монументальность и величавость образов; ясные и простые ранее композиции становятся дробными, замысловатыми. Колорит, особенно по сравнению с работами дионисиевского направления, темнеет, теряет прозрачность. Все чаще проявляются в иконах дидактические черты; использование аллегорий и символов объясняется стремлением к иносказательности художественного языка. Любовь к рассказу, к нравоучительным сюжетам проявляется все отчетливее и становится типичной для живописи середины столетия.

Свидетельством распространения влияния московского искусства может служить эрмитажная икона XVI века «Страшный суд», где в наглядной и назидательной форме предстает легенда о страшном суде. Изображение на иконе неторопливо и подробно повествует о всех этапах суда, которого не минует ни один человек.

Для облегчения восприятия сложной, многофигурной композиции иконы вся плоскость доски зрительно поделена на две части: слева — аллегорическое изображение рая, справа — ада. Повествование начинается в верхней части иконы, где помещена фигура Христа, творящего суд, и апостолов — первых проповедников христианства. Ниже — изображения народов, идущих на суд, отличающихся друг от друга типами лиц и покроем одежд. Взвешивание добродетелей и пороков происходит на весах, после чего грешники отправляются в ад — к нему ведет извивающееся тело змея с помещенными на нем двадцатью кругами с изображением различных «мытарств» — пороков, наличие которых способствует попаданию в огонь — символ ада. Среди этих «мытарств» аллегорические изображения празднословия, лжи, клеветы, чревоугодия, лености, убийства, ереси, злопамятства и т. п. Группа направляющихся в рай, возглавляемая апостолом Петром, у которого, по преданию, находились ключи от дверей рая, помещена около здания, обозначающего вход в рай. Всю нижнюю часть иконы занимает ряд клейм с изображением различных мучений, которым подвергнутся грешники.

В каждом из этих десяти клейм помещены фигурки людей, подвешенных за руки, за ноги, за язык, кипящих в смоле, горящих в огне и т. п.; каждую сценку сопровождает поясняющая надпись.

Икона была призвана устрашить зрителя, наглядно иллюстрируя человеческие грехи и добродетели, приводящие к адским мучениям или райским удовольствиям. Дидактические тенденции, характерные для этой эпохи, вылились в назидательность и нравоучительность символического языка иконы. Многословие, перегруженность аллегориями, отсутствие ярко выраженных местных стилистических особенностей делают икону «Страшный суд» типичным памятником русской иконописи XVI столетия. Но несмотря на определенную перегруженность, композиционное решение иконы кажется еще достаточно ясным и логически оправданным. Некоторая измельченность форм вызвана многофигурностью и сложностью самого сюжета, необходимостью размещения на плоскости доски большого числа фигур и эпизодов. Яркость, декоративность колорита иконы, составленного из интенсивных и одновременно достаточно темных (но сравнению с прозрачной живописью дионисиевского времени) цветовых пятен, показывает, что художник живо ощущал роль цвета в создании выразительных образов и в композиционном построении иконы.

В 1580—1590-е годы в русской иконописи параллельно существуют два основных направления. Первое, получившее название «Годуновской школы» (большинство произведений этого направления исполнялось по заказу царя Бориса Годунова и его родственников), отличалось стремлением восстановить строгий, величественный стиль живописи конца XV столетия и использовало возвышенную идейную проблематику предшествующей поры. Для другого направления, именуемого «строгановской школой» (по имени заказчиков и собирателей икон этого стиля — сольвычегодских купцов Строгановых, известных меценатов XVI — начала XVII века), характерны особая изощренность технических приемов живописи и ювелирная тщательность проработки деталей.

предыдущая страница | главная | следующая страница

Иконы XVI века

В XVI веке рождается новый принцип искусства: устанавливаются открытые связи между искусством и конкретной действительностью. Для художников этого времени характерен напряженный интерес к реальному миру. Происходит, с одной стороны, тесное сближение общехристианских понятий и исторических событий, с другой — стихия повседневной жизни проникает в икону. Стиль искусства становится общерусским, исчезает принципиальная разность школ. Это — результат объединения Московского государства, достигшего небывалой мощи. Формирование стиля происходит в столице, в Москве. И в первой половине века на Москву митрополитом Макарием, тонким потоком искусства, вызываются мастера со всех городов Руси.

Приезжают в столицу и многие местные иконы-святыни. Особенно много живописцев появляется на Москве после страшного пожара 1547 года, уничтожившего многие ценные произведения искусства — фрески, иконы.

Мастера Москвы в своем творчестве обращаются к древним художественным традициям. Особенно привлекает их живопись XIV века и зодчество времени Андрея Рублева. Но наследие древнего искусства творчески переосмысливается. Новое мировоззрение, слияние многих художественных традиций рождает самостоятельный стиль искусства. Отличительная его черта — конкретность, определенность форм, их общественность. В произведениях XVI века возникает изображение реального мира.


Деталь царских врат
Конец XV век — начало XVI вв.
Из Отроча монастыря

Уже в самом начале века эта новая тенденция искусства проявляется у народных провинциальных мастеров. В царских вратах из села Маркова Ярославской области в сценах с евангелистами мастер с особенной любовью воспроизводит деревянную резьбу архитектуры. Даже горки, на фоне которых сидят Иоанн и Прохор, напоминают деревянные резные коньки, украшавшие избы. В крестьянских типах евангелистов отразился все тот же интерес художника к окружающему. К середине века возникают новые сюжеты в иконописи, древние сюжеты как бы осмысливаются вполне мирски, Изображение реальных поз и жестов людей, конкретных деталей быта наблюдается во многих произведениях этого времени. Рождается повествовательное искусство с его многообразием сцен и психологических ситуаций, с его вниманием к деталям.

В иконе «Рождество Богородицы» середины века из г. Дмитрова рассказ поражает своей живостью. Этот сюжет пользовался большой популярностью в XVI веке.

В среднике иконы представлена сцена рождения. Девы с дарами подходят к Анне, матери Марии. Служанки приготовились купать младенца. Иоаким, отец Марии, с интересом глядит из окна на эту долгожданную в его доме радость. Все полно движения, живого чувства.

Темные, плотные цвета придают большую материальность фигурам. Архитектурные формы фантастичны, но в них ощущается весомость, они тесно замыкают пространство, так что создается образ уютного интерьера. Подробно рассказывает художник историю, рождения и жизни Богоматери. Клейма «читаются» слева направо через средник. Интимно представлены сцены ласкания маленькой Марии, ее первых шагов (седьмое и восьмое клейма). Психологически сложна сцена, где Марию отдают в жены старцу Иосифу. Он растерян, в недоумении разводит руками (одиннадцатое клеймо). На иконе представлена бытовая выразительность лиц и поз. Конкретность изображения чувства создает в иконе, несмотря на условное решение пространства, фантастичность архитектурных форм, художественно убедительный образ действительности. Но эта действительность еще и чудесно опоэтизирована. Человеческими чувствами наделена в иконе природа. Дерево низко кланяется Марии, прощающейся с миром перед смертью.

Во второй половине XVI века создается своеобразный монументальный стиль, который воплотил философские идеи своего времени. Но философская широта замысла у мастеров монументального стиля сочетается с умением раскрыть индивидуальные чувства и мысли. Особое внимание художники уделяли изображению лица, так как только через него возможно передать внутренний мир человека.


Икона «Иоанн Преддтеча оглавный»
Середина XVI вв.
Из Успенского собора г.Дмитрова

Сама композиция иконы второй половины века из Дмитрова — изображена только голова Предтечи — говорит о поисках особой выразительности лица. В трагическом изломе сошлись брови Иоанна. С мольбой устремлен взгляд его скорбных глаз. Лоб, нос, подбородок как бы высечены из камня сильными и точными ударами резца. Тревожно звучат на сумрачном зеленом фоне огнистые охры лица, Ощущение трагичности своей судьбы достигло здесь огромной силы обобщения. Жестокая и суровая действительность времени Ивана Грозного легла в основу понимания художником судьбы Предтечи — обличителя и пророка.


Икона «Иоанн Преддтеча крылатый»
1560-е годы. Московская школа
Из Троицкого монастыря близ г.Александров

Неразрешимую скорбь являет нам лицо Иоанна на иконе из Махрищского монастыря. Мастер создает его графическими приемами, заостряет выразительность каждой черты лица. На этой иконе Предтеча изображен с крыльями, символически обозначающими его христианское самоотречение. Эту аскетическую идею развивают и другие аллегорические изображения на иконе. Предтеча держит чашу со своей головой — символ жертвенной смерти.

У его ног изображено бесплодное дерево, которое, должно быть, посечено секирой,— символ жизни ничем не жертвующей во имя людей и потому не имеющей смысла. Эту мысль подтверждает и надпись на свитке с текстом из Евангелия о том, что «древо неплодное посещается». Такие сложные символические построения были близки людям XVI века.

Безрадостен колорит иконы, холодный и глуховатый: художник использует различные оттенки коричневого и зеленого цвета. Неожиданно тревожно вспыхивает киноварь на крыльях и на древке секиры. Махрищский монастырь, откуда происходит икона, расположен недалеко от Александровой слободы, бывшей центром опричнины. Есть документы, позволяющие считать, что икона написана по заказу самого царя.


Фрагмент иконы «Богоматерь Знамение»
Вторая половина XVI в.
Из г.Дмитров

Мастер иконы «Богоматерь Знамение» из Дмитрова строит образ на переосмыслении древних художественных форм. Лицо Богоматери сурово и исполнено внутренней силы. Строгая симметрия фигуры контрастирует с асимметричностью лица, глаз, что придает большую силу н н ляду Богоматери. Такой композиционный эффект был популярен в XIV веке. Мощным рельефом активно выступает ее фигура на темном фоне иконы. Сильно выявленная пластичность изображения также находит аналогии в живописи XIV века.

Если трагизм материнского подвига поднят здесь до высот философского обобщения, то в образе «Владимирской богоматери» того же времени из Иосифо-Волоцкого монастыря раскрывается живое чувство любви, беззащитность перед судьбой.

Читайте далее: Иконописное искусство XVII века

Добавить комментарий

Закрыть меню