Философия советского периода

Развитие русской философии в советский период

Принято считать, что в советский период русская философия не имела никаких перспектив для своего развития. Поэтому ее «возрождение» обычно связывается с «обретением утерянного», т.е. возвратом духовного наследия русской эмиграции, сохранившей, якобы, всю мощь и силу «аутентичной российской философской традиции».Философия русской эмиграции представляет собой религиозно-идеологическую архаику, отражающую исключительно духовные запросы ее создателей, а не философии в ее современных трансформациях. Она целиком была устремлена в прошлое и жила воспоминаниями. Самым захватывающим было — воспоминание о мистических прозрениях, богоискательстве. Неудивительно, что со временем она вообще слилась с богословием, утратив всякое позитивное философское содержание.

В СССР положение русской философии, при всем давлении официальной идеологии, никогда не достигало критического накала. У нее были две «отдушины», которые оберегали ее от воздействия «диалектического материализма». Первая — это передовая наука, жаждавшая союза с подлинной философией и стимулировавшая ее развитие. Вторая — классическая русская литература, предельно насыщенная антропологизмом, экзестенциальным постижением действительности. На их почве и произрастала русская «апокрифическая философия», всеми корнями уходившая в глубины национальной ментальности, в плодоносные слои отечественного любомудрия. При этом особое место заняли такие направления, как философская антропология и космизм, благодаря которым русская философия советского периода сохранила приоритетное положение в современной интеллектуальной жизни человечества.

Но, разумеется, дело не исчерпывается только этими направлениями. Как показывают новейшие исследования, в советский период сложились и другие идейные течения, разрушающие ложное представление о «перерыве» в развитии русской философии. Прежде всего это касается философии языка и культурологии. Первое направление представлено имяславческим онтологизмом А.Ф. Лосева и «новым реализмом» Ю.С. Степанова, второе — семиотической теорией культуры Ю.М. Лотмана и М.К. Петрова.

а) Философия языка. Если Лосев, следуя традициям афонского имяславчества, придерживался номиналистической трактовки языка, то Степанов в основном примыкал к линии классического реализма, восходящей к Аристотелю.

В мировоззрении философа Лосева, по его собственным словам, синтезировались «античный космос с его конечным пространством и Эйнштейн, схоластика и неокантианство, монастырь и брак, утончение западного субъективизма с его математической и музыкальной стихией и восточный паламитский онтологизм». Однако все это перекрывалось влиянием имяславчества, возникшего на Афоне в начале ХХ в.

Своеобразие его состояло в том, что в нем проросли идеи средневекового номинализма, представлявшие опасность для церкви своим уклоном в сторону лингвистического (языкового) пантеизма. Согласно воззрениям имяславцев, «имя, выражая сущность предмета, не может быть отнятым от него: с отнятием имени предмет теряет свое значение»». Прилагая эту формулу к Иисусовой молитве, они доказывали, что Сын Божий находится всем своим бытием в имени своем «Иисус Христос». Таким образом, выходило, что имя Господа есть сам Бог. Движение имяславчества вызвало резкое недовольство официальной церкви. Многие монахи подверглись преследованиям, а само учение оказалось под запретом. Зато оно привлекло внимание таких видных представителей философии «русского духовного ренессанса»», как Булгаков и Флоренский, немало размышлявших над имяславческими проблемами.

Однако наиболее последовательным сторонником идей афонских монахов стал Лосев.Он сформулировал «тезисы об имени Божием»:

1. Имя Божие — энергия сущности Божией.

2. Имя Божие, как энергия сущности Божией, неотделимо от самой сущности и потому есть сам Бог.

3. Имя Божие есть сам Бог, но Бог сам — не имя; Бог выше всякого имени и выше познания человеческого и ангельского.

4. Имя Божие не есть звук и требует боголепного поклонения.

5. В имени Божием — встреча человека и Бога.

Из тезисов видно, что Лосев излагает учение имяславцев в терминах паламизма, который он дополняет диалектической методологией. Суть последней раскрывается в его книге «Философия имени» (1927). С точки зрения философа, диалектика «обязана быть вне законов тождества и противоречия, т.е. она обязана быть логикой противоречия». В этом отношении диалектика просто воспроизводит противоречия самой жизни, а потому и является истинным философским реализмом. Метод диалектики состоит в логическом примирении, синтезировании противоречий, сближении их антиномических смыслов. Тем самым созидается реальность бытия, ибо «для диалектики — реально все то, что она вывела, и все, что она вывела, реально».

Следовательно, можно говорить о самотождественности понятия и реальности, и синтез противоречий с этой точки зрения означает возведение их в новое понятие. Предельным понятием, или категорией, схватывающей все противоречия в высшем синтезе, выступает имя, в котором универсально явлена «встреча всех возможных и мыслимых пластов бытия». В имени, — отмечал Лосев, — какое-то интимное единство разъятых сфер бытия, единство, приводящее к совместной жизни их в одном цельном, уже не просто «субъективном» или просто «объективном», сознании. В итоге Лосев приходил к несложной номиналистической формуле: «имя вещи есть сама вещь». Но вещь — это одно из энергийных состояний сущности. Соответственно, в иерархии энергийных состояний «имя переходит дальше, становится инобытийным», т.е. «дорастает» до сущности. Оно как бы самоотождествляется с сущностью, трансформируясь непосредственно в онтологию бытия.

Аналогичным образом воспринимал философию языка Степанов. Однако, в отличие от Лосева, он акцентировал внимание не на проблеме соотношения слова и сущности, а на проблеме истинности и предметности языковой номинации. При этом целью его было построение металогики, возможность которой он выводил из идеи сочетания «языков разных логических типов» в любом естественном языке. Он выделял три логических модели естественного языка. Первая модель включает слова, которые группируются только в один класс, т.е. «не могут быть сведены трансформацией к какому-либо другому более простому выражению», поскольку сами представляют собой «предельно простые выражения». Например: «кошка», «собака», «барсук» — таковы имена этого класса языка.м

Вторая модель естественного языка содержит представление о единстве объекта и субъекта. «Кошка ловит мышь», «человек ест яблоко» — типичные высказывания этого языка. Соответственно, существенной чертой его становится сочетаемость, благодаря которой все грамматические предложения принимают форму аналитических или синтетических суждений. В рамках этой модели естественного языка «возникает понятие интенсионального, или возможного, мира, отличного от реального мира экстенсионалов».

Таким образом, возможный мир создается средствами языка, и этим подтверждается истинность реальной философии Канта. Третья модель характеризуется наличием элемента «Я», т.е. имени говорящего. По существу это особый класс имен — носителей данного языка. «Я» имеет свойство удвоения, дуализации. Так, в положении Декарта: «Я мыслю, следовательно, я существую», — имеется по крайней мере два субъекта, два «Я». Одно — то, которое мыслит или воспринимает мир, — эмпирическое, конкретное «Я». Другое — то, которое как бы заставляет сказать: «Я мыслю» или «Я воспринимаю мир». Первое, эмпирическое, «Я» принадлежит миру и должно быть устранено из теоретического рассуждения. Тогда и произойдет «феноменологическая редукция», и оставшееся, второе «Я» станет надежной основой философско-логического анализа. Следовательно, «новый реализм» подходит к идее языковой металогики на основе философии гуссерлианства, отождествляя в конечном счете философию языка с философией вообще, на манер того, как это делал Лосев.

Несомненно, и имяславческий онтологизм Лосева, и «новый реализм» Степанова способствовали обновлению идейно-тематического содержания русской философии, расширению сферы ее ментальных приоритетов.

б) Культурология. Совершенно новые тенденции привносила в русскую философию и «апокрифическая» культурология советского периода. Наиболее полнокровно это реализовалось в семиотической теории культуры Лотмана и Петрова.

Правда, сущность их учений во многом была различной. Лотман рассматривал культуру как «надындивидуальный интеллект», или «сверхиндивидуальное единство», обладающее всей полнотой информации. Она соединяет «различные индивидуальности в мыслящее целое», создавая таким образом общее семиотическое пространство. Лотман обозначал это пространство, или континуум, термином «семиосфера», по аналогии с «ноосферой» Вернадского.

Однако если ноосфера имеет материально-пространственное бытие, развиваясь как часть космоса, то семиосфера, согласно определению Лотмана, представляет собой пространство, в котором совершается «реализация коммуникативных процессов и выработка новой информации», т.е., собственно, культуры.

Семиосфера характеризуется рядом признаков. Во-первых, ей присуща «отграниченность» от окружающего ее внесемиотического или иносемиотического пространства. Другими словами, в определение культуры всегда входит понятие границы, которое «соотносительно понятию семиотической индивидуальности». Осознание границы зависит от способа кодирования, т.е. разграничения «своего» и «чужого». Поэтому граница — это билингвиальный механизм, переводящий внешние сообщения на внутренний язык семиосферы и наоборот. В то же время все механизмы перевода, обслуживающие внешние контакты, принадлежат к структуре семиосферы.

Во-вторых, семиосфера обладает структурной неравномерностью. Это значит, что несемиотичность внешнего пространства в одном отношении может вполне обернуться семиотичностью в другом. Кажущееся посторонним с точки зрения данной культуры, для внешнего наблюдателя может представиться ее семиотической периферией. Это позволяет рассматривать семиосферу в разрезе ядра и периферии. В ядре располагаются доминирующие семиотические системы, имеющие в основном замкнутый, самодостаточный характер. Напротив, периферийные семиотические образования представлены отдельными фрагментами или частями информации. Однако выступая в качестве «чужих» для данной системы, они выполняют в целостном механизме семиосферы функцию катализатора, содействуя процессам «усиленного смыслообразования». В силу этого всякое культуротворчество необходимо принимает диалогический характер.

В-третьих, Лотман подробно исследовал механизм «пересечения» культур, их взаимного влияния. На его взгляд, внешняя культура, чтобы вторгнуться в наш мир, должна «подвергнуться переименованию», «выразиться на языке внутренней культуры». Процесс этот тем сложнее, чем отдаленней по своей природе иная культура. Кроме того, культуры с той и с другой стороны обладают четкой и строгой организацией. В момент, когда они оказываются втянутыми в общее семиотическое пространство, происходит взрыв, приводящий к резкому возрастанию информативности всей системы. Кривая развития перескакивает здесь на совершенно новый, непредсказуемый и более сложный путь. Доминирующим элементом, который возникает в итоге взрыва и определяет будущее состояние культуры, может стать любой элемент той или другой культурно-семиотической системы. Однако уже на следующем этапе возникает предсказуемая цепочка событий. Разнонаправленность сменяется закономерностью, и культурный процесс, перейдя на новый уровень, вновь стабилизируется в семиотическом равновесии. Таким образом, обмен с внесемиотической сферой образует неисчерпаемый резервуар динамики культуры. Эта динамика, согласно Лотману, «не поддается законам энтропии, поскольку постоянно воссоздает свое разнообразие, питаемое незамкнутостью системы».

Культурологический оптимизм Лотмана гармонировал с антропо-историософским оптимизмом Бахтина, создавая новые смыслопорождающие механизмы в русской философии.

Подход Петрова к культуре более отражал его приверженность к социологическим критериям, которые он сочетал с принципами семиотики, теории знаковых систем. С точки зрения автора, в современном мире существует три типа социальности, каждый из которых обладает особым набором средств, необходимых для их самовоспроизводства и сохранения преемственности в смене поколений. В этом отношении функционально все социальные типы идентичны. Но функциональная идентичность не означает структурной идентичности. Структурные различия обусловливаются «культурной несовместимостью» социальных типов: набор институтов любого из социальных типов образует замкнутую, целостную и устойчивую во времени систему, так что попытки убрать из системы тот или иной институт или, напротив, ввести в систему инородный институт вызывают различного рода «системные эффекты» и ее «защитные реакции».

Из этого следует, что культурный процесс в основе своей альтернативен и не может быть сведен к одному знаменателю. Каждая форма социальности несет собственное культурное своеобразие. Однако «основываясь на ключевых структурах распределения деятельности по индивидам и интеграции различений в целостность», можно выделить три культурных типа: лично-именной, профессионально-именной и универсально-понятийный. Первый тип характерен для первобытных коллективов, второй тип соответствует традиционным обществам (Китай, Индия), третий — современному, западноевропейскому. Основой для такой типологии служит «социальная наследственность», под которой понимается преемственное воспроизведение людьми определенных навыков, умений, ориентиров. В качестве же «социального гена» духовно-культурной наследственности выступает знак с его способностью фиксировать и долго хранить значение. Помимо знака невозможна никакая передача массива знаний, выработанных поколениями. Поэтому он имеет для развития социума тот же статус, что и деятельность. Но если деятельность в своей сущности единична, конечна, то знак относительно свободен от суммы обстоятельств и независим от перипетий жизни отдельного индивида. Вместе с тем «знак сам по себе менее всего расположен к активности и самодвижению», а стало быть, для трансляции знаний необходимы соответствующие институты и механизмы. В своей совокупности знаковая система культуры и связанные с нею социальные институты и механизмы составляют «социокод», который лежит в основе каждого культурного типа, регламентируя его содержание и развитие.

Этим объясняется, почему, например, страны традиционной культуры, не говоря уже об обществах лично-именного типа кодирования, не имели и не могли иметь опытной науки и ее технологических приложений. Появление последних означает «культурную революцию, замену традиционного социокода новым, близким по строению к европейскому». Но в силу каких причин сложившийся социокод подвергается радикализации? Петров предлагал следующее объяснение. Поскольку в трансляции знаний участвует индивид не только как деятельное существо, но и как воспитуемая личность, то приходится считаться с имеющимися у него физическими и ментальными ограничениями. «В процессе обучения-воспитания индивиду нельзя дать больше, чем он способен взять и пронести по жизни, развертывая субъективность в деятельность». Поэтому корпус знаний подвергается фрагментированию, т.е. определенного рода сокращению, сжатию, рассчитанному на интеллектуальную «вместимость» личности, которая, в свою очередь, совершает интеграцию полученного знания в некую деятельностно-целесообразную целостность.

Собственно, именно принятый в данном обществе способ фрагментации и интеграции знания определяет структурные контуры того или иного культурного типа. Вместе с тем, очевидно, что общий объем знакового воплощения культуры оказывается шире ее фрагментированного применения. Это порождает противоречия, в результате которых «в социокоде, в одном из фрагментов и в соответствующем канале трансляции появляются новые элементы знания, или модифицируются наличные, или одновременно происходит то и другое». Данные процессы Петров обозначает термином «трансмутация». Особенность трансмутации заключается в том, что она представляет собой одноразовый акт, и либо удается, либо не удается, и, кроме того, всегда содержит уникальное и новое, обусловленное деятельностью одного индивида — новатора.

Таким образом, при определенных условиях внутри одного культурного типа формируются предпосылки для развития культурной революции, перехода его в новое качественное состояние. Разумеется, так бывает не всегда и в большинстве случаев носителям традиционной ментальности удается подавить нежелательные трансмутации. Однако прорывы все же случаются, и это свидетельствует об относительности и условности «культурной несовместимости» народов. Подтверждение тому, согласно Петрову, дает западноевропейский тип культуры, который, по его словам, принял эстафету «развитости» от традиционных обществ, долгое время бывших «лидерами культурного процесса с точки зрения объема трансмутируемого знания». Следовательно, если трансляция обеспечивает непрерывное сохранение культуры, то трансмутация вызывает отпочкование в культуре, приводящее к появлению нового культурно-исторического типа.

Отмеченная Петровым закономерность имеет принципиальное значение для философии культуры, поскольку не только показывает механизм существования самобытных цивилизаций, но и формы их универсализации, превращения в общечеловеческое достояние. После Данилевского это действительно новое слово в русской культурологии, и оно, несомненно, еще более упрочит позиции отечественного любомудрия в общеевропейской интеллектуальной традиции.

Итак, русская философия советского периода, говоря словами профессора А.С. Колесникова, не только вплотную подошла к выработке новой «парадигмы» планетарного мировосприятия, мирооценки, мироразмерности человека и человекоразмерности мира, но и непосредственно связала свои поиски «с потребностями в новом типе рациональности».

Список литературы

Для подготовки данной работы были использованы материалы с сайта http://istina.rin.ru/

Теги: Развитие русской философии в советский период Реферат Философия

В советский период отечественной истории (1917- 1991 г.г.) исключительную поддержку получила материалистическая традиция в философии.

В Советском Союзе в 20-х годах единственным философским течением становиться

марксизм, который со временем обрел статус официального учения. Философия постепенно превратилась в служанку политики.

Это становиться возможным в условиях:

-отсутствия свободы интеллектуального творчества

-жестокого контроля со стороны государства и правящей партии

-использования философии для идеологического обоснования практики советского

строя и перспектив его исторического развития.

Основные этапы философии в СССР.

1-й этап с 1922 — 1930 гг.

Это время, когда идеологические тиски уже были, но ещё не сжались и в рамках материалистической философии оставалось место для дискуссий и споров.

2-й этап 1930 — 1953 гг.

Сталинский. Это время теоретического упадка, полной вульгаризации и догматизации марксизма.

3-й этап 1953 — 1991 гг.

Явное оживление философской мысли начинается примерно с 60-х годов хотя до этого:

-с 1956 г. философию преподают как самостоятельный предмет не только в гуманитарных вузах и университетах, но и в технических.

После распада СССР в 1991 г. усилился драматический процесс переоценки ценностей, пересмотра отношения к марксизму вообще и марксистской философии в частности. В философских исследованиях, равно как и в других областях культуры, идут трудные поиски элементов нового мировоззрения, духовно-мировоззренческих оснований происходящих реформ в контексте цивилизационных перемен в современном мире. В философской жизни страны возобладало мнение о необходимости преодоления тотального господства какой-либо одной доктрины, отказа от оценок марксизма как «единственно верного учения». Культурную ценность представляет все богатство мировой философской мысли, составной частью которой является и русская философия.

Важную роль в философской жизни страны играют Институт философии Российской академии наук, философский факультет МГУ, философские центры в ряде городов. Расширению научных связей российских философов с зарубежными коллегами способствовало проведение в 1993 г. в Москве XIX всемирного философского конгресса.

В советское время (1917 – 1991) философия основывалась на принципах, которые были сформулированы Марксом и Энгельсом и получили свое развитие в трудах В.И.Ленина.

Правда, в первые годы после Октябрьской революции еще продолжалась деятельность мыслителей религиозно-идеалистического направления. Но уже в 20-е годы «единственно верной теорией» был провозглашен марксизм, отклонение от которого стало социально опасным.

В 1922 году вышла работа Ленина «О значении воинствующего материализма», которая призываларазоблачать и преследовать всех идеалистов как «дипломированных лакеев поповщины» и крепить союз философов-материалистов с представителями передового естествознания, систематически изучать гегелевскую диалектику с материалистических позиций.

Осуществление первой задачи привело к уничтожению всякого инакомыслия в советской России. Все, кто не принимал идеологическую доктрину большевиков, должны были отказаться от своих взглядов. В противном случае либо их ожидала вынужденная эмиграция, либо они подвергались репрессиям. На так называемом «философском пароходе» в 1922 году были высланы из СССР такие философы-идеалисты, как Н.А.Бердяев, П.А.Сорокин, С.Л.Франк, Н.О.Лосский и многие другие. Философская отечественная мысль лишилась самого главного условия для своего развития – интеллектуальной свободы.

Уничтожение прежней культуры философствования в России сопровождалось созданием организаций по подготовке марксистских кадров, таких как Институт красной профессуры, Социалистическая (Коммунистическая) академия, Общество воинствующих материалистов и др. Однако допускались еще разногласия в рамках самой марксистской доктрины. В созданном в 1922 году журнале «Под знаменем марксизма» велись многочисленные философские дискуссии, которые разворачивались, например, вокруг марксистского представления об азиатском способе производства, проблемы соотношения биологического и социального в жизни человека и общества, тектологической концепции А.А.Богданова.

Еще в начале ХХ столетия обозначились разные подходы у Ленина и у Богданова к наследию Маркса. Богданов подходил к философии с позиции принципа организации, с точки зрения тектологии — науки о всеобщих организационных связях. В силу этого он трактовал марксизм как идеологию, организующую социальный опыт. Ленин считал принцип организации ревизионистским, разрушающим непротиворечивость марксистской теории. Переизданная в 20-е годы работа Богданова «Всеобщая организационная наука (тектология)» была подвергнута резкой критике. Только спустя десятилетия в тектологии увидели предвосхищение основных идей современной теории систем и кибернетики.

За то, что в своих трудах Богданов опирался не на идею диалектически противоречивого развития, а на принцип организации, предполагающий сохранение в обществе равновесия, его называли «механистом».

Дискуссия, которая развернулась между «механистами» и «диалектиками» стала основной философской дискуссией в 20-е годы.

«Механисты» акцентировали внимание на раскрытии механизма явлений, детальном изучении предметов. Они утверждали, что философские принципы – это лишь выводы из наук и что философы должны совершенствовать свою методологию на основе новейших достижений науки.

«Диалектики» во главе с А.М Дебориным полагали диалектику единственным методом естествознания. Все остальные методы, по их мнению, должны быть лишь ее конкретизацией.

Дискуссия завершилась подавлением философии «механистов», и до конца 20-х годов ведущая роль в философской жизни страны принадлежала группе Деборина.

С 1930 года начинается новый этап в истории советской философии. Он связан с ужесточением политического и идеологического режима. Партийно-государственная идеология уже категорически не допускала никаких разногласий в рамках марксистско-ленинского учения. Она превратила Маркса, Энгельса и Ленина в непревзойденных гениев, чьи идеи ни при каких условиях не могут быть подвержены сомнению.

Поскольку позиции, отстаиваемые Дебориным, в частности, его представления о материи, вошли в противоречие с ленинизмом, то по инициативе Сталина началось подавление его группы с помощью молодых сталинистов во главе с М.Б.Митиным. Философию деборинцев квалифицировали как «меньшевиствующий идеализм», а самих деброинцев называли «прямой агентурой троцкизма».

Вершиной творческого развития марксизма был объявлен «Краткий курс истории ВКП(б)», вышедший в свет в 1938 году, с большой статьей Сталина «О диалектическом и историческом материализме». Эта статья стала основой преподавания философии в учебных заведениях и методологии научного знания в СССР. По сути дела философия в своей основе была сведена к данной статье. Против тех мыслителей, чьи взгляды не укладывались в рамки такой философии, начиная с 30–х годов развернулись репрессии. Так, к 10 годам лагерей был приговорен и направлен на строительство Беломорско-Балтийского каналаА.Ф.Лосев. Только с связи с инвалидностью (потерей зрения) он был освобожден досрочно. Расстреляли П.А.Флоренскогои Г.Г.Шпета.Умер в лагере Л.П.Карсавин.

К началу 50-х годов философия окончательно превратилась в партийную идеологию и использовалась для обоснования закономерностей советского строя и раскрытия его исторических преимуществ и великих перспектив.

После смерти Сталина в 1953 году, с началом «хрущевской оттепели» наблюдается оживление отечественной философской мысли, поскольку был несколько ослаблен прессинг догматического марксизма-ленинизма на советских философов. На страницах философских журналов стали публиковаться работы зарубежных (буржуазных) мыслителей. Однако идеологический контроль за развитием философии в стране продолжал осуществляться.

Несмотря на жесткие политические тиски, интеллектуальная жизнь в СССР не прекратилась. Работая в марксистской парадигме, советские философы активно обсуждали проблемы сознания, гносеологии, методологии науки, разрабатывали темы человека, ценностей и культуры. С конца 50-х годов они стали принимать активное участие в международных философских конгрессах и симпозиумах.

Значительный вклад в развитие советской философии внесли В.Ф.Асмус, М.М.Бахтин, Э.В.Ильенков, М.С.Каган, М.Б.Кедров, В.Ж.Келле, М.Я.Ковальзон, П.В.Копнин, А.Ф.Лосев, Ю.М.Лотман, М.К.Мамардашвили, Н.П.Мотрошилова, А.Г.Спиркин, В.С.Степин, И.Т.Фролов и многие другие.

Марксистская концепция не выдержала проверки временем. Однако это вовсе не значит, что проблемы, поставленные марксизмом как важнейшие философские проблемы, не существуют. Например, марксистская разработка проблем отчуждения легла в свое время в основу «критической теории» философов франкфуртской школы Маркузе, Адорно и др., которые назвали свое учение неомарксизмом. Философия и практика марксизма привела также к рождению персоналистских и экзистенциалистских концепций как в Европе, так и в России. Поэтому в современной России, освободившейся от политизированного и идеологизированного марксизма, в условиях интеллектуальной свободы возрождение прежней культуры философствования осуществляется посредством разработки вопросов, заданных, в том числе, и марксистской философией.

Контрольные вопросы:

1. Какова периодизация русской философии?

2. Какова специфика древнерусской философии?

3. Каково значение распространения исихазма в философской мысли Древней Руси?

4. В чем смысл концепции «Москва – Третий Рим»?

5. Каковы основные идеи философии М.Грека?

6. Выделите основные черты русской философии ХУШ века.

7. Каков вклад М.В.Ломоносова в развитие русской философии?

8. Каково влияние западноевропейских просветительских идей на формирование философских взглядов А.Н.Радищева?

9. Какие идеи П.Я Чаадаева обусловили начало полемики между славянофилами и западниками?

10. В чем смысл полемики между славянофилами и западниками?

11. Что означает понятие «соборность»?

Каковы особенности антропологического материализма Н.Г.Чернышевского?

13. Каковы основные положения философии всеединства В.С.Соловьева?

14. Каковы основные категории философии Н.А.Бердяева?

15. Каковы основные идеи русского космизма?

16. Каковы особенности развития философии в советский период?

Основная литература:

Алексеев П.В., Панин А.В. Философия. М., 2009.

Введение в философию: Учебное пособие для вузов./Авт.колл.: Фролов И.Т. и др. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2002.

Введение в философию: Учебное пособие для вузов./Авт.колл.: Фролов И.Т. и др. 2-е изд., перераб. и доп. М., 2002.

Канке В.А. Философия. Исторический и систематический курс. М., 2001.

Кузнецов В.Г., Кузнецова И.Д., Момджян К.Х., Миронов В.В. Философия. М., 2009.

Марков Б.В. Философия. СПб., 2009.

Налетов И.З. Философия. М., 2007.

Спиркин А.Г. Философия. М., 2006.

Философия: учебник/ под ред. В.Д. Губина и Т.Ю. Сидориной. М., 2008.

Философия: учебник/ под ред. А.Ф. Зотова, В.В. Миронова, А.В. Разина. М., 2009.

Философия: учебник/ под ред. В.Н. Лавриненко. М., 2008.

Дополнительная литература:

Алексеев П.В. История философии. М., 2006.

Бердяев Н.А. Философия свободы. Смысл творчества. М., 1989.

Бердяев Н.А. Смысл истории. М., 1990.

Вернадский В.И. Философские мысли натуралиста. М., 1988.

Галактионов А.А., Никандров П.Ф. Русская философия 1Х-Х1Х вв. Л., 1989.

Гриненко Г.В. История философии. М., 2004.

Гулыга А.В. Русская идея и ее творцы. М., 1995.

Замалеев А.Ф. Курс истории русской философии. М., 1996.

Зеньковский В.В. История русской философии. Л., 1991.

История русской философии /Под ред. М.А.Маслина. М., 2001

Ломоносов М.В. Избранные философские произведения. М., 1950.

Лосский Н.О. История русской философии. М., 1991.

Новая философская энциклопедия: В 4-х т. М., 2000-2001.

Русская философия. ХIХ- начало ХХ в.: Антология. СПб., 1993.

Русская философия. Малый энциклопедический словарь. М., 1995.

Русский космизм. Антология. М., 1993.

Русская философия: Энциклопедия. Под общ. ред. М.А. Маслина. М., 2007.

Соловьев В.С. Соч.: В 2 т. М., 1989.

Сухов А.Д. Русская философия. М., 1995.

Толстой Л.Н. Исповедь. Так что же нам делать?//Собр.соч. Т. 16. М., 1983.

Федоров Н.Ф. Сочинения. М., 1982.

Философия: энциклопедический словарь /под. ред. А.А. Ивина. М., 2009.

Флоренский П.А. Соч.: В 2 т. М., 1990.

Чаадаев П.Я. Сочинения. М., 1989.

Шпет Г.Г. Очерки развития русской философии. М., 1989.

Базы данных, информационно-справочные и поисковые системы:

Портал «Гуманитарное образование» http://www.humanities.edu.ru/

Федеральный портал «Российское образование» http://www.edu.ru/

Федеральное хранилище «Единая коллекция цифровых образовательных ресурсов» http://school-collection.edu.ru/

Ч А С Т Ь 2

Философию советского периода можно разделить условно на несколько этапов. Первый этап (1922—1930). Это время, когда идеологические тиски уже были, но еще не сжались, и в рамках материалистических представлений оставалось место для дискуссий и споров.

Второй этап (1930—1953). С этого момента в советской философии на долгие годы утверждается один авторитет — И.В. Сталин. В 1938 ᴦ. выходит ʼʼКраткий курс истории ВКП(б)ʼʼ, где содержится написанный им философский раздел, ставший непререкаемым каноном для всœех, работающих в философии. С каждым годом всœе более нарастает догматизация философского знания, душится всякое живое движение мысли.

Третий этап (1953 — до конца 80-х гᴦ. ХХ в.). С 1956 ᴦ. философию преподают как самостоятельный предмет не только в гуманитарных вузах и университетах. В 1958 ᴦ. возникает еще один журнал ʼʼФилософские наукиʼʼ, погибший впоследствии в начале 90-х годов в результате коммерциализации интеллектуальной жизни, а ныне вновь возрожденный, хотя и в значительно меньших масштабах. С конца 50-х гᴦ. советские философы начинают принимать участие в международных философских конгрессах.

Философы обнаружили, что кроме марксизма-ленинизма в его сталинском проявлении есть еще и сам Маркс, которого можно и нужно читать. С начала 60-х гᴦ. одна за другой выходят книги, посвященные раскрепощенному творчеству прочтению классиков. Это работы М. М. Розенталя, Э.

В. Ильенкова, Л. А. Маньковского, Б. М. Кедрова, Н. И. Лапина, В. В. Кешелавы, В. А. Вазюлина. Рассматривается проблема соотношения идей раннего и позднего Маркса, анализируется внутренняя логика и диалектика ʼʼКапиталаʼʼ, изучаются гуманистические аспекты ʼʼЭкономическо-философских рукописей 1844 ᴦ.ʼʼ.

Новое свободное чтение классиков дает толчок развитию диалектической логики. По всœей стране возникают группы ʼʼдиалектиковʼʼ, единых в своих взглядах на то, что диалектическая логика — сердце марксизма и здесь не существует национальных различий: диалектические школы мы находим в Москве (Э.В. Ильенков, Г.С. Батищев, В.С. Библер), в Казахстане (Ж.М. Абдильдин), в Азербайджане (3.М. Оруджев), в Ростове-на-Дону (А.М. Минасян), на Украинœе (В.А. Босœенко). С начала 70-х гᴦ. выходит целый сериал исследований, посвященных диалектике и ее роли в общественной жизни, это многотомные издания, в которых диалектика анализируется как объективный процесс и метод познания.

Контрольные вопросы:

1. В чем особенность русской философской мысли X—XVIII вв.?

2. Что было неожиданного в философской позиции П.Я. Чаадаева для русского общества?

3. Что является центральным понятием в философской системе П.Я. Чаадаева?

4. Что составляет радикальное отличие западников от славянофилов (рассказать об одном представителœе каждого движения)?

5. Почему В. Соловьева называют первым профессиональным философом?

6. В чем особенность русской философии периода рубежа XIX—XX вв.?

7. В чем суть философской позиции В.В. Розанова?

8. Что является центральным понятием в философии Н.А. Бердяева?

9. Что такое русский космизм? Кто является его представителями?

10. Как развивается русская философия после 1917 года?

11. В чем особенность русской философии советского периода?

Философия советского периода

В советский период отечественной истории (1917- 1991 г.г.) исключительную поддержку получила материалистическая традиция в философии.

В Советском Союзе в 20-х годах единственным философским течением становиться марксизм, который со временем обрел статус официального учения. Философия постепенно превратилась в служанку политики.

Это становиться возможным в условиях:

-отсутствия свободы интеллектуального творчества

-жестокого контроля со стороны государства и правящей партии

-использования философии для идеологического обоснования практики советского строя и перспектив его исторического развития.

Основные этапы философии в СССР.

1-й этап с 1922 — 1930 гг.

Это время, когда идеологические тиски уже были, но ещё не сжались и в рамках материалистической философии оставалось место для дискуссий и споров. Для этого был основан философский журнал «Под знаменем марксизма».

Какие проблемы решались?

1) Соотношение в жизни человека и общества биологических и социальных факторов.

2) Дискуссия вокруг марксистского понятия базиса и представлений об азиатском способе производства.

3) В 1925 г. была впервые опубликована работа Энгельса «Диалектика природы», где систематически был изложен диалектический материализм. Это послужило стимулом для внутрипартийной философской полемики, получившей известность как спор между механистами и диалектиками.

-механисты (во главе с Н.И. Бухариным)

— подчеркивали материализм диамата за счет диалектики, которую считали лишь подсобным методом

— защищали автономию естественных наук против философской диктатуры.

— в идее развития более подчеркивали эволюцию, чем качественные скачки и чем революцию.

-Диалектики (профессор Деборин) считали именно материалистическую диалектику главной сутью марксизма.

Тогда же, в 20-е годы, в России работают такие ставшие впоследствии знаменитыми авторы, как Михаил Бахтин («Философия поступка», 1921 г.), Алексей Федорович Лосев (с 1927 по 1930 гг. Им написано восемь томов произведений), Густав Густавович Шпет, Лев Семенович Выгодский, создавший культурно- историческую теорию развития психики.

2-й этап 1930 — 1953 гг. Сталинский.

Это время теоретического упадка, полной вульгаризации и догматизации марксизма.

В 1938 г. вышел в свет «Краткий курс истории ВКП(б)», где в качестве 4-го раздела была не большая по объему статья «О диалектическом и историческом материализме».

Эта статья была объявлена «вершиной марксистского философского мышления» и положена в основу преподавания философии и методологии научного познания. Вся философия свелась к «цитатничеству» классиков марксизма.

Тем не менее в этот период:

1) В.И. Вернадский создает «Размышления натуралиста», где развивается идея ноосферы.

2) Кета Романович Мегрелидзе создает книгу » Основные проблемы социологии мышления», на которой впоследствии учились философскому раздумью целые поколения советских философов.

3) Возникает целый ряд формальных философских структур:

— на базе МГУ и ЛГУ создаются философские факультеты

— с 1947 г. начинает выходить существующий поныне журнал «Вопросы философии».

3-й этап 1953 — 1991 гг.

Явное оживление философской мысли начинается примерно с 60-х годов хотя до этого:

-с 1956 г. философию преподают как самостоятельный предмет не только в гуманитарных вузах и университетах, но и в технических;

-в 1958 г. — возникает ещё один философский журнал «Философские науки»;

-с конца 50-х гг. Советские философы начинают принимать участие в международных философских конгрессах.

Главные темы работы советских философов:

1. Новое прочтение К. Маркса (-соотношение идей раннего и позднего Маркса, -анализ внутренней логики и диалектики «Капитала») М.М. Розенталь, Э.В. Ильенков, Б.М. Кедров.

2. Развитие диалектической логики. Диалектика анализируется как объективный процесс и метод познания. (Ильенков, Байтищев, Библер)

3. Формирование отечественной методологии науки.

Стремление соединить системные представления и диалектику (до этого системный метод считался «буржуазным» и не мог использоваться как научный метод) (Штофф, Швырев, Мамчур, Степин. Ракитов).

4. Под видом критики происходит, знакомство с западной философией. (Мельвиль, Матрошилова, Богомолов, Быховский и др.)

5. Раскрытие проблем гносеологии и теории познания. (П.В. Копнин, В.А. Лекторский, В.С. Швырев)

6. Обсуждение проблемы сознания. Развернулась многолетняя дискуссия об идеальном между Э.В. Ильенковым и Д.И. Дубровским. Продолженная Михайловым, Библером, Мамардашвили.
7. Обсуждение, прежде запрещенной, темы ценностей.

«Лекции по марксистко- ленинской эстетике» М.С. Кагана утверждают право на существование аксиологического подхода к сознанию.

8. Выдвижение комплекса взаимосвязанных проблем «деятельность — культура — человек».

-над проблемой деятельности и практики работали А.П. Огурцов, Б.А. Воронович, М.С. Каган.

-по теме культура сформировались противоположные точки зрения:

— «Деятельностная» или технологическая позиция (Э.С. Маркарян, В.Е. Давидович)

— «Кормативно- ценностная» (В.М. Межуев, Л.Н. Коган, А.С. Злобин)

-в теме человека (хотя экзистенциональные проблемы обсуждать не разрешалось) обсуждались темы:

— сущности человека, его свободы, истории, диалектика его жизни

— ставились вопросы философской познаваемости человека и единства человечества.

9. Темы, связанные со спецификой философского знания.

Она определялась как наука или не наука, выяснялось как она соотносится с другими видами сознания. (Т.И. Ойзерман, П.В. Алексеев).

10. Осмысление социальной жизни.

Даже в условиях существенных ограничений, по- разному интерпретировались марксистские положения с целью сделать предписанную схему как можно более гибкой, позволяющей вмещать и охватывать те феномены, о которых специально не задумывались классики марксизма. (В.Ж. Келле, М.Я. Ковальзон, Ю.К. Плетников).

Выводы:

1. Диалектико-материалистическая философия в СССР, несмотря на сложные политические и идеологические условия (начиная с 1917 г. и по н.в.), в основном сохранила своё методологическое значение, приобрела начало плодотворных идей из работ известных советских ученых: общественников и естественников, историков философии, этиков, эстетиков.

2. Сегодня в России философы продолжают работать, творить. Освободившись от жестких рамок официального марксизма они ищут новые пути в теории, открывают для себя и других прежде неведомые пласты бытия, переживания, мышления.

Русская философия — это живой и динамичный организм. Она имеет сравнительно не долгую историю, но тем не менее, она внесла значительный вклад в сокровищницу мировой философской мысли.

2. Русская философия несёт на себе отпечаток национальной культуры, национального характера, национального психологического склада, особого типа мышления и мировоззрения, т.е. она является одним из ресурсов ретроспективного портрета народа.3. Философские концепции отечественной философии всегда были связаны с конкретными социально- политическими обстоятельствами в стране.

4. В русской философии никогда не было «голого» копирования западных философских теорий. Русские мыслители как бы отталкивались от чужого учения и предлагали самостоятельные построения.

5. Русская философия в своей основе высоконравственна. Нередко нравственный аспект был тем стержнем, вокруг которого строилась вся система.

6. Обращение к истории русской философии позволяет военным кадрам обогатить свой державный мир, расширить мировоззрение.

Развитие философии в Советском Союзе

Большой вклад в развитие отечественной философии советского периода внес В.И. Ульянов (Ленин) (1870–1924). В книге «Материализм и эмпириокритицизм» В. Ленин полемизируя с махистами — сторонниками Э. Маха и Р. Авенариуса, подверг критике их гносеологию, которая абсолютизировала роль ощущений в познании и приходила к агностизму. В. Ленин всесторонне проанализировал основной вопрос и важнейшие категории философии (материя, опыт, время, пространство, причина, свобода и т. д.), а также развил марксистскую теорию познания, а именно, создал теорию отражения; проанализировал роль практики и ощущений в познании; исследовал проблему истины. В другой работе «Философские тетради» В. Ленин подверг критике и переосмыслил гегелевскую диалектику.

Наиболее яркой дискуссией, охватившей в 1920-е годы многих философов и ученых, была дискуссия между «механистами» и «диалектиками». Первых представляли: И. Скворцов-Степанов, А. Тимирязев, В. Сарабьянов, вторых — А. Деборин, Н. Карев и др. Спор шел о соотношении философии и естествознания: «механисты» преувеличивали значение естествознания, вторые материалистической диалектики.

В 1930 годы ситуация в духовной сфере значительно изменилась. Развитие философии в годы сталинизма находилось под определяющим влиянием «Краткого курса истории ВКП(б)» 1938 г. и особенно второго параграфа четвертой главы «О диалектическом и историческом материализме», написанного самим И. Сталиным.

Развитие марксистской философии в СССР в послевоенные период происходило противоречиво: с одной стороны, высказывалось немало плодотворных, глубоких идей в различных областях философского знания, с другой стороны, эти идеи, если они открыто не подавлялись, утопали в царстве догматизма и схоластики.

В 60-70-х годах XX в. в трудах советских философов, — В. Штоффа, В. Швырева, Е. Мамчура, В. Степина, — весьма интенсивно разрабатывались проблемы методологии и логики научного познания. Известные философы, — Б. Кедров, М. Розенталь, Э. Ильенков, Н. Лапин продолжали работу над проблемами материалистической диалектики. Кроме того, Э. Ильенков и Д. Дубровский разрабатывали проблему идеального.

Плодотворно разрабатывались проблемы человека и личности. В работах известных советских ученых В. Тугаринова, И. Кона, А. Леонтьева, Л. Буевой, И. Фролова были проведены глубокие исследования структуры личности, соотношения в ней социального и биологического, о путях и формах совершенствования личности.

С 1985 года философия в СССР развивалась под знаком перестройки и ее поражения. Для теоретической сферы перестройка и ее провал означали падение авторитета и влияния марксизма в советской философии. Марксизм утратил монопольное положение, уступив место другим философским течениям и школам. Существенно изменилась тематика философских исследований. Важное место среди них заняло осмысление явлений современной жизни.


Бытие как проблема философии. Монистические и плюралистические концепции бытия. Материальное и идеальное бытие. Специфика человеческого бытия. Пространственно-временные характеристики бытия. Проблема жизни, ее конечности и бесконечности, уникальности и множественности во Вселенной.

Под бытием в самом широком смысле этого слова имеется в виду предельно общее понятие о существовании, о сущем вообще. Бытие есть все то, что есть – «вся видимая же и невидимая», как утверждается Символом Веры. Это и материальные вещи, это и все процессы (физические, химические, геологические, биологические, социальные, психические, духовные), это их свойства, связи и отношения. Плоды самой буйной фантазии, сказки, мифы, даже бред больного воображения – все это тоже существует как разновидность духовной реальности, как часть бытия. Антитезой бытия является Ничто. Бытие и Ничто не могут существовать друг без друга, то все исчезло бы.

Бытие не безразлично для составляющей его реальности.

Проблема бытия, реальность чего-либо – это фундаментальная мировоззренческая и методологическая проблема. Дело в том, что объективную реальность, действующую во всех существующих вещах и явлениях, мы не в состоянии охватить своим мышлением ни во всем ее объеме, ни во всех способах ее проявления. Критерий реальности несводим к критерию чувственной достоверности.

Философские теории, утверждающие внутреннее единство мира, называются монистическими (от греч. monos — один, единственный). Таких теорий в философии большинство.

Однако история философии знает и иные, дуалистические (от лат. dualis — двойственный) и плюралистические (от лат. pluralis — множественный) концепции.

Монизм — способ рассмотрения многообразия явлений мира в свете одного начала, единой основы («субстанции») всего существующего и построения теории в форме логически последовательного развития исходного положения. Монизм первоначально имел форму наивного представления о «первовеществе», из которого возникли все вещи, например «вода» (у Фалеса), «огонь» (у Гераклита). Главную проблему философского монизма составляет понимание взаимоотношения материального и идеального, предполагающее решение основного вопроса философии в духе материализма или идеализма.

Плюрализм — философская позиция, согласно которой существует несколько или множество независимых и несводимых друг к другу начал или видов бытия (плюрализм в онтологии), оснований и форм знания (плюрализм в гносеологии).

Термин «плюрализм» был предложен немецким философом X. Вольфом в 1712. Плюрализм противоположен монизму и имеет различные формы: 1) дуализм, согласно которому существуют два начала — материальное и идеальное; 2) крайние варианты, где начал не два, а множество, и где вообще отвергается идея единства мира.

Античный атомизм — материалистический вариант плюрализма, поскольку атомы у Демокрита качественно различны и несводимы друг к другу. Этому противостоит идеалистический вариант плюрализма, представленный в философии Г. Лейбница, согласно которой мир состоит из бесчисленного множества духовных субстанций — монад. Монады абсолютно индивидуальны и лишены всякой реальной связи друг с другом — как выразился Лейбниц, «монады не имеют окон», т.е. каждая замкнута в самой себе.

Слово «материя» первоначально означало «лес, дрова, древесина», а материальное понималось как вещественное. Вещество, однако, так или иначе упорядочено, имеет какую-либо структуру и форму. Этот порядок и форму материальных вещей Платон назвал «идеей» (греч. idea, eidos, лат. forma — «вид, облик»). Материя как таковая оказалась у него пассивным и хаотическим началом бытия. Вещи, вселенная существуют благодаря соединению материи c идеей — с активной, деятельной субстанцией, которая приводит материю в порядок и, как всеобщий закон, управляет материальными вещами. Применительно к человеку это означало, что душа, идеальная субстанция, управляет телом.

Важнейшими свойствами идеального являются: непротяженность и невещественность, содержательное сходство образа и сопряженного с ним предмета, способность образа становиться единицей субъективного мира человека, объяснение же природы образа зависит от позиций философа. Чаще всего «идеальное» противопоставляют «реальному», т.е. протяженному и вещественному существованию. В марксистской теории познания идеальное трактуется как субъективный образ объективного мира.

Проблема в том, как объяснить связь материального и идеального, логически вывести одного из другого, т.е. показать, как дух происходит из материи или материя возникает из духа. Платон не сумел этого объяснить, позднее философы либо ограничились констатацией существования материального мира (Аристотель, Декарт, Гегель), либо принялись доказывать, что этот мир тел — плод моего воображения (Беркли, Юм, Фихте). Кант утверждал, что человеческому разуму вообще не дано знать, существует ли нечто материальное по ту сторону моего сознания.

Материалистическое объяснение природы идеального предложил К. Маркс. Под «идеальным» он понимал форму представления сущности одной материальной вещи в натуральном теле какой-либо другой вещи. Деньги, например, идеальны, поскольку они представляют природу любого товара, эквивалентно выражая ее в весовых частях золота, в ассигнациях или хотя бы в электронных полях. Идеальны любые (не только денежные) знаки, выражающие сущность тех или иных материальных вещей, событий, процессов. Так понимаемое идеальное может существовать лишь в «пространстве» человеческой деятельности и в вещах, созданных трудом человека.

Специфика человеческого бытия

Особенность человеческого существования состоит в возникновении специфической, уникальной для живой природы, “нежесткой” и неуниверсальной детерминации бытия человека со стороны его тела. Нежесткость проявляется в таких, например, фактах, как способность человека регулировать, контролировать свои фундаментальные потребности, удовлетворяя их не в простом соответствии с повелениями природы, а в пределах и формах, определяемых обществом, историей, собственной волей и самосознанием индивида. Неуниверсальность же состоит в том, что многие действия человека, которые могли бы определяться (и иногда определяются) своего рода эгоизмом телесных потребностей, очень часто регулируются другими мотивами — духовно-нравственными, социальными. Наиболее ярко это проявляется в жертвенных поступках, но не только в них.

Специфика существования человека: в соединении пересечении взаимодействия трех относительно разных измерений бытия. Человек это: данная мыслящая и чувствующая «вещь» (тело); индивидуальная особь, эволюционировавшая к виду homo sapiens и взятая на данном витке его развития, существующего мира; социально – историческое существо. Все 3 измерения, взятые в единстве – исходные характеристики бытия человека.

Жизнь человека связана с жизнью рода, следовательно, для каждого из индивида есть место на едином “генеалогическом” древе человечества; каждое переходящее существование включено в необратимую историческую цепь человеческого бытия и цель бытия природы в эволюции социального мира и образует одно из звеньев социально – исторического бытия.

Человеческое бытие – реальность, объективная по отношению к сознанию отдельных людей и поколений. Люди существуют до, вне и независимо от сознания каждого отдельного человека. Каждый из нас – реальность для самого себя: мы существуем, а вместе с нами реально существует наше сознание.

Каково же место и значение бытия человека в целостном единстве бытия?

Было немало философских идей и концепций, общий смысл которых: человек не более чем песчинка в необозримом мире. Даже бытие человеческого рода – «краткий» эпизод в безграничной длительности мира.

Сейчас актуализируются другие идеи: миллионы лет, столетия и даже десятилетия жизни человечества – важные «мгновения», ибо они включены в уникальный «человеческий эксперимент», люди не только существуют в мире, но способны и влиять на мир и на самих себя. Они способны познавать собственное бытие и бытие как таковое. Человек должен осознавать свою противоречивую роль в единой системе бытия и исполнять ее с большой ответственностью.

Природа, человек, мысли, идеи, общество равно существуют. Различные по формам своего существования, они образуют целостное единство бесконечного, непреходящего мира.

Особенно тревожно стоит вопрос об ответственности каждого человека за судьбы человечества, за бытие человеческого рода и за планету земля.

Итак, особенность человеческого бытия определяется:

возможностью регулировать свои потребности в пределах и формах, определяемых обществом;

человек – пересечение относительно разных бытийных измерений

а) реально существует отдельный человек (мыслящая и чувствующая вещь);

б) человек – существо разумное, находящееся на определенном витке развития;

в) человек – социально-историческое существо.

Человеческое бытие – реальность, объективная по отношению к сознанию отдельных поколений и людей.

Элементы философского пространства, в частности, такие основные измерения человеческого бытия как история, общественная жизнь, политика, выступающие в качестве взаимосвязанных предметных секторов.

Понятие «пространство» обозначает свойство вещей обладать размерами и занимать определенное положение по отношению друг к другу. Понятие «время» указывает на свойство вещей иметь какую-то длительность — скорость развертывания процессов, их ритм и темп. Из этих определений видно, что категории пространства и времени характеризуют реальные параметры сущего. Вместе с тем в философии и науке часто используют понятия перцептуального (психическое восприятие человеком реальных пространственных и временных свойств) и концептуачьного (теоретические представления о них) пространства и времени.

К основным свойствам пространства обычно относят:

• размерность — способность вещей и явлений обладать некоторыми параметрами, которые могут быть измерены и зафиксированы (скажем, длина, ширина, высота вещи, ее положение в той или иной системе координат). В макромире размерность пространства реализуется в его трехмерности.

• изотропность — свойство «равенства», физической тождественности всех пространственных измерений, т. е. характеристики объектов не зависят от таких параметров, как длина, ширина и т. д.

Основным свойством времени чаще всего считают:

• необратимость (одномерность) — способность процессов развертываться лишь в одном направлении: от настоящего к будущему (так называемая «стрела времени»).

Современное естествознание в принципе допускает существование в микромире даже 10- и 11-мерных структур и обратимых во времени процессов.

В истории философии сложились две основные концепции пространства и времени:

1) Субстанциальная концепция рассматривает пространство и время как особые самостоятельные сущности. Пространство предстает в ней как абсолютная пустота, вместилище вещей и явлений (Демокрит и Ньютон), а время — как бесконечный поток состояний и событий. Эта концепция имеет своих сторонников — как среди физиков, так и философов — и сегодня: например, французский философ Ж Дидье определяет пространство как гомогенную и бесконечную среду, в которой расположены объекты, а время — как смену событий, разворачивающихся в этой среде.

2) Реляционная концепция понимает пространство и время как систему отношений, которые не обладают самостоятельным существованием, а выступают как особые характеристики вещей, их атрибуты (Аристотепь. Лейбниц, Эйнштейн). В современной науке реляционная концепция конкретизируется в ряде физических теорий (квантовой механике, квантовой теории поля, космологии, теории относительности).

В результате формируются неклассические представления о пространстве и времени, в частности:

• пространственные и временные характеристики тел зависят от скорости их движения (чем выше скорость, тем тело короче и тем медленнее течет для него время);

• пространство и время взаимосвязаны, образуют 4-мерный континуум пространство-время,

• свойства пространства и времени зависят от распределения и плотности вещества: вблизи тел с большой массой пространство «искривляется», а время течет медленнее.

В трактовке времени выделяют две концепции:

— динамическую (указываются прошлое, настоящее и будущее течение событий);

— статическую (отрицается «течение» времени, т. е. нет разницы между временными событиями).

Пространственно-временные характеристики неживой природы в значительной мере зависят от уровня ее структурной организации. С развитием химии, биологии и социальных наук трансформируются физикалистские представления о пространстве и времени, т. к. существует множество форм, отличных от протяженности и длительности неживых систем.

Сформировались следующие основные понятия:

— пространство химической реакции, химические часы, свидетельствующие о взаимодействии химических веществ и регулярном изменении их свойств;

— биопространство, в котором существование живых систем связано с нарушением так называемой зеркальной «симметрии» (аминокислоты поляризуют свет только влево, а нуклеиновые кислоты только вправо). Биосфера является таким биопространством;

— биотоп (греч. topos — место) — участок среды обитания биоценоза, характерен для пространства надорганизменных структур; экологическая ниша, которую занимает каждый вид; биологическое время — внутреннее время живых существ, которое зависит от физиологических процессов организмов.

Жизнедеятельность человека задала пространственные и временные формы своего осуществления, что позволяет выделить:

— социальное пространство — социально организованная среда, которая необходима для подлинно человеческого бытия людей. Основные характеристики социально-исторического пространства: динамизм, глобализм, противоречивость, с одной стороны, и интегративизм, неделимость, целостность — с другой;

— социальное время понимается как исторический процесс, допускающий параллельное развитие культурных и цивилизационных процессов, их ветвление и т. д.

Добавить комментарий

Закрыть меню